Нок-Сити (ЛП)
— Ну же, давай выпьем кофе. Серьезно, мы и так едва успеем пересечь кампус. — Поворачивая нас обеих к маленькому кафе на углу, она подмигнула парням через плечо. — Надеюсь, вы готовы к спринту, ребята.
Тем не менее, они не предприняли никаких попыток ответить, просто молча последовали за нами. Я осмелилась оглянуться через плечо и увидела Фауста, обводящего взглядом окрестности, с плотно сжатыми челюстями и едва дышащего. Честно говоря, он выглядел уставшим. Как и у Меррика, у Фауста, казалось, были фиолетовые тени под глазами, что заставило меня задуматься, спали ли мужчины вообще. Должно быть, я смотрела слишком долго, потому что наши взгляды встретились и задержались на мгновение. Я была первой, кто отвел взгляд, в то время как он просто тупо смотрел в ответ. Придя в себя, я проигнорировала неприятный переворот на живот и позволила Трикс увести меня.
Мы взяли свои напитки, и я проглотила булочку. Пока мы шли в класс, мне потребовалось всего две минуты, чтобы залпом выпить горячую фасолевую воду, как любила называть ее Трикс, пока она пила чай. Гражданский курс прошел как по маслу, а затем мы отправились на три публичных выступления. Вскоре мы вышли в послеполуденную жару. Свежий воздух, о котором говорил Грегори, давно испарился, и я чувствовала, как у меня на шее выступили капельки пота. Раньше я любила летнюю жару и долгие дни, но в последние несколько месяцев я обнаружила, что все больше и больше жажду осени и зимы. Мне не хотелось думать о том, почему это было так.
Кампус колледжа был сегодня забит людьми. Все люди при дневном свете. Хотя вампиры были единственной расой, неспособной противостоять солнечному свету, я предположила, что остальные дарклинги решили жить ночью в знак солидарности. Это стало чем-то вроде негласного правила, сегрегации вида. Даже в этом прогрессивном городе, где мы все должны были жить в гармонии, существовала пропасть, которую, казалось, все неохотно пересекали.
Время от времени храбрая ведьма или оборотень выходили на свет, посещая занятия по изучению человека или даже пару семинаров, но на это смотрели неодобрительно. Я никогда не понимала, в чем тут дело. Весь смысл убежищ, подобных Нок-Сити, заключался в объединении людей и дарклингов. Можно было бы подумать, что по прошествии семидесяти лет предрассудки должны были развеяться, но люди были настойчивы в своем стремлении занять вершину пищевой цепочки. Будь то оружие или просто численность, казалось, что они всегда были на высоте.
Мне все еще казалось странным относиться к людям как к группе, частью которой я больше не была. До трагедии, случившейся двенадцать месяцев назад, я была одной из них. Я была невежественной, самоуверенной и маленькой. Я никогда не переставала думать о том, на что была похожа жизнь дарклингов и как убеждения моего отца бросали вызов их праву на нормальную жизнь в городе, который должен был их приютить. Как Райан Харкер пришел к власти, извергая свою ненависть и отвратительную доктрину, было загадкой, которую я до сих пор не могла разгадать. Хотя я не была полностью слепа к этому. Я была просто бессильна под его давлением, поэтому предпочла притвориться, что этого не существует. Позорно, я знаю.
— Мы собираемся куда-нибудь сегодня вечером, — сказала Трикс, пока мы ждали, когда за нами заедет Грегори. Она стучала по своему телефону, не глядя на меня, уверенная, что я просто соглашусь с этим, как обычно.
— Круто, веселись. Не делай ничего такого, чего бы не сделала я. — Мне действительно не хотелось никуда идти, не сегодня вечером. Не тогда, когда я просто хотела пойти домой и мысленно настроить себя на то, чтобы провести следующий вечер с Карсоном и его друзьями.
— Мы, то есть ты и я, Рен. Ты идешь, и мне плевать, что ты собираешься сказать Элоди. Скажи ей, что у тебя учебная группа, или ты трахаешься с Карсоном. Честно говоря, мне даже плевать. Тебе двадцать четыре, так что ты придешь в «Ру» сегодня вечером.
Я чувствовала, как взгляд Меррика прожигает дыру у меня в затылке. Было трудно сдержать румянец на щеках. Мне не нужно было давать этому человеку больше оружия против меня. Да, хорошо…В последнее время я была чертовски жалкой, но на это была причина, даже если я и не призналась во всем своему кузине.
«Ру». Трикс любила это место. Я была там всего один раз с ней и ее друзьями-активистами. «Ру» был вампирским клубом в центре города, и там было темно, сексуально, и попасть в него было действительно трудно.
— Мы будем часами стоять в очереди. — Пробормотала я, не слишком впечатленная.
Трикс закатила глаза.
— Ты хоть представляешь, кто ты?
— Э-э-э…
Положив руки мне на плечи, Трикс посмотрела мне прямо в глаза, как будто это делало ее доводы еще более заманчивыми.
— Появление дочери сенатора в их клубе было бы здорово для вампиров. Они, вероятно, предоставят нам VIP-столик и бесплатные напитки.
— Значит, ты хочешь пойти со мной из-за моего статуса. — Я скрестила руки на груди, пытаясь сдержать ухмылку. Я знала, что моя кузина на самом деле не была такой поверхностной.
Ее глаза сузились.
— Ты идешь.
— Хорошо. — Простонала я. Спорить было бессмысленно.
— Но мы собираемся у тебя дома. Мой папа вернется из Чикаго только завтра, и я не думаю, что сегодня смогу больше общаться с мамой.
На лице Трикс была самодовольная улыбка, пока мы смотрели, как Грегори останавливает лимузин.
— Я думала, ты посмотришь на вещи моими глазами. Просто смирись с этим, Рен. Тебе нужно завязать. Я видела тебя вчера по телевизору. Ты выглядела так, будто тебе в задницу засунули шест.
Я фыркнула.
— Сука.
— Неудачница..
— Радикалка… — Принцесса.
Моя рука в ужасе метнулась к груди, — Ладно, ой.
Она только рассмеялась, отвернулась и обняла Грегори за плечи.
— Привет, старина Грег!
— И вам привет, мисс Касуэлл. — Он похлопал ее по спине, покачав головой. — Куда едем?
— Ко мне домой. — Объявила она, уже садясь в лимузин. — Мы собираемся куда-нибудь сегодня вечером, так что ты нужен нам наготове.
Я виновато улыбнулась Грегори, пожала плечами и сказала:
— Девушка получает то, что хочет.
Он только усмехнулся, скользнув глазами по двум телохранителям позади меня. Он коротко кивнул им.
— Заходите, мисс Харкер.
Я уже собиралась скользнуть внутрь вслед за Трикс, когда почувствовала руку на пояснице. Все мое тело окаменело от неожиданного прикосновения, а синяк чуть ниже ребер вызвал острую пульсирующую боль. Я почти забыла, что он там был, благодаря тяжелой ноге моего отца. Я была слишком медлительна, чтобы контролировать свою реакцию и не вздрагивать, поэтому резко повернула голову через плечо, только чтобы увидеть Фауста прямо за моей спиной, подталкивающего меня на заднее сиденье машины. Наши глаза встретились, и его, казалось, потемнели, когда они переместились туда, где его ладонь теперь скользила по моей спине. Его глаза как две лужицы вспаханной земли, затененные мешками фиолетового цвета, которые каким-то образом только делали его еще привлекательнее, выглядели смущенными моей реакцией.
Эта ладонь обожгла мою кожу, но это был холодный ожог. Я чувствовала это сквозь толстую ткань своего платья-свитера. Холодно… слишком холодно. Я нахмурилась от этого прикосновения, но он отстранился в мгновение ока, глядя на меня сверху вниз, словно провоцируя меня что-то сказать. Усмехнувшись, я оторвала от него взгляд и последовала за кузиной в машину, убедившись, что полностью перешла на другую сторону, избегая своих головорезов всю дорогу до дома Трикс.
ГЛАВА 3
Кампус был достаточно большим, чтобы студенческое жилье находилось чуть менее чем в миле отсюда. Сгруппированные в кучу кирпичные здания, общежития были и для парней, и для девушек, и более приятными для колледжа.
У Трикс была отдельная комната после того, как ее соседка по комнате неожиданно перевелась в прошлом семестре. За то короткое время, что ее не было, к ней больше никого не подселили, так что одна из комнат использовалась для хранения одежды и косметики моей кузины. У нее была хорошая гостиная с мини-кухней, где была не намного больше раковина, микроволновая печь и мини-холодильник, но это было лучше, чем то, чем могло похвастаться большинство общежитий.