Ребенок не по плану (СИ)

— Ты Моника? — Напряжение, скручивающее в узел мои внутренности, потихоньку спадало. Я в безопасности. Я выполнила свою миссию и скоро увижу Катрину. И поговорю с Валерой.
— А что, больше похожа на Билла Гейтса? Слушай, Ди, у меня мало времени. Ты просила о встрече со мной. Я пошла у тебя на поводу. — Я молчала, изучая носки своих ботинок. Все слова вылетели из головы, но Моника сверхъественным образом догадалась о причине моего молчания.
— О чем ты хотела поговорить? Наверное, спросить, не сплю ли я с твоим мужем?
  
Глава 89
 
— О чем ты хотела поговорить? Наверное, спросить, не сплю ли я с твоим мужем? — Моника не стала мудрить и отогнала машину на парковку возле какого-то стоматологического кабинета, расположенного в квартале. И ударила по тормозам, кивнув мне на переднее сидение.
— Перебирайся сюда, поговорим. Я люблю смотреть в глаза собеседнику. — Мне стало неловко, но я все-таки перелезла на переднее сидение. Моника внимательно посмотрела мне в глаза и немного театральным движением отбросила волосы с лица.
Я даже позавидовала этой девушке, в которой чувствовался поистине французский стиль и изящество. Это ж надо, собираясь на «операцию», Моника была одета в стильные облегающие джинсы от Диор стального цвета, в объемный свитер на два оттенка светлее, который скрывал даже оружие на тонкой девичьей талии.
Рисковая девчонка. Обутая в черные замшевые ботильоны на небольших клинообразных каблучках, Моника чувствовала себя очень уверенно. Я представляла, что выгляжу как мокрая курица с волосами, которые торчат во все стороны, как неукрощенное пламя.
Мои кудри вели себя отвратительно по питерской дождливой погоде, хотя у Моники прическа лежала волосок к волоску. А мои собственные джинсы выглядели так, словно их сняли, изваляли в грязи, и потом по ним еще проехался грузовик.
— Итак, на чем мы остановились? — Моника едва заметно улыбнулась. Я нахмурилась и выпалила:
— На том, спишь ли ты с моим мужем?!
— А если бы даже и так? — Этот ответ ударил меня под дых. Ее издевательский голос резанул тупой ножовкой по нервам, и я почувствовала, как на глаза навернулись слезы. Моника, наоборот, раскованно откинулась на спинку кресла и скучающе взглянула на часы от булгари на своем запястье.
— Ты так и не ответила. — Нашла в себе силы прошептать я.
— Нет. — И снова я вздрогнула, услышав прямо противоположный ответ.
— Ты же только что сказала…
— Что я сказала, девочка? — Глаза Моники опасно сверкнули, и я ощутила, как ее тонкая рука уперлась в мою грудь. Сильным, тренированным движением — не вырваться, даже если захочу. — Сначала я намекнула, что да. Потом ответила — нет. Какому ответу ты поверишь больше? Каких доказательств ты потребуешь от меня? Или от Дана? Все твои страхи — только в твоей голове, chery. Пора тебе понять, что любые мои слова — бессмысленны. Если ты хочешь придумать красивую историю про то, что я любовница Дана и поверить в нее — флаг тебе в руки. Переубеждать не собираюсь. Но просто подумай головой… Дан все поставил на карту ради тебя и твоей дочери. Он готов рискнуть жизнью и свободой, только бы быть вместе с вами. И ты считаешь, что после таких поступков он будет гулять на сторону со своей подругой француженкой? Тогда я скажу тебе одно, милая. Ты совсем не знаешь Дана и очень низко его ценишь. И жаль, что он влюбился именно в тебя — пустую себялюбивую девчонку, которая верит выхваченным из воздуха перепискам. И не слушает ни своего мужа, ни даже собственного голоса разума, если он, конечно, есть в наличии. Какой смысл жить в браке, если ты не доверяешь Дану, скажи мне? — Я сидела, как вкопанная, чувствуя, как мои щеки заливает краска стыда. Иногда такое бывает — ты смотришь на вещи однобоко, со своей колокольни. Варишься в собственных мыслях, раздуваешь проблему с ничего.
Обижаешься и делаешь виноватым второго человека. А потом, приходит кто-то третий, смотрит на ситуацию со стороны, и говорит несколько взвешенных фраз, и все сразу становится на свои места.
 
Будто щелкает что-то в голове, и ты больше не обвиняешь мужа в измене, а… отпускаешь подозрения и разрешаешь себе довериться ему. Не искать подвоха, не читать чужие переписки, не заглядывать в его телефон.
А просто слушать себя и сердце. И смотреть в его глаза, понимая, что, если он соврет — ты и так узнаешь. Почувствуешь раньше, чем первое слово лжи слетит с его красивых губ. Но этого не будет. Не будет лжи потому, что он любит тебя, а ты — его, и ваши чувства сильнее тех испытаний, что сейчас встали на вашем пути.
  
Глава 90
 
— Не люблю читать длинные нотации, надеюсь, мы поняли друг друга. А тебе будет над чем подумать в сыром подвале, куда Дан запрет тебя после твоей спец операции. — Холодно улыбнулась Моника и я тихо выдохнула. Значит, она все-таки поможет мне, и не сдаст Дану раньше времени. Ее слова про «сырой подвал» я пропустила.
— Да. Я должна встретиться с Валерой и поговорить. Пойми меня, он мой бывший муж, и украл Катрину только затем, чтобы отомстить мне и Дану. Я не могу допустить повторения!
— Мне жаль тебя разочаровывать, Диана, — Моника кивнула мне в знак того, что поняла меня и завела мотор, — Но такие слизняки, как Валера, не исправляются. Их можно только запугать до потери пульса. Итак, Диана, в последний раз спрашиваю. Ты не передумаешь? Может, стоит оставить спасение Катрины на Дана? Вспомни, что это может оказаться ловушкой, в которой вместо Валеры тебя подкараулит гораздо более опасный враг…
— Я не передумаю. Поехали. — Хмуро заявила я. Моника пожала плечами и выехала из переулка.
— Окей. Тогда вперед!
* * *
Неприятности начались, когда мы выехали за город.
— А где Валера? — Уточнила я у напряженно вцепившейся в руль Моники. Она изредка бросала взгляды на часы на своем хрупком запястье, словно сверяла время. Но взгляд ее мне почему-то не нравился.
— Валера в загородном доме, который он снял как раз для того, чтобы замести следы. — Отрывисто бросила Моника, и я поняла, что она не слишком расположена к общению.
— Умный мальчик. — Вздохнула я, откидываясь на спинку кресла авто и на минуту закрывая глаза. — Я в нем и не сомневалась.
Все произошло внезапно. Моника в очередной раз бросила острый взгляд на зеркало заднего вида и прошипела:
— За нами хвост! Держись, Диана! — И прибавила газу. Меня почти вжало в сидение от той скорости, до которой она разогналась. Я даже не успела испугаться.
— Кто это может быть? Валера?
— Нет! — Моника повернулась, глядя на меня в упор, и я почувствовала, как моя душа в буквально смысле уходит в пятки. Лицо моей новой знакомой было искажено от ужаса. — Это Гюрза или ее люди! Тот самый враг, о котором тебе говорил Дан, но ты не поверила…
— Черт! — Мой страх начал постепенно набирать обороты. Я стиснула зубы, чтобы не вскрикнуть, когда наша «милая загородная прогулка» начала напоминать американские горки. Моника выворачивала руль в совершенно немыслимом темпе, сбивая преследователей с толку, но… все тщетно. Черная машина с тонированными стеклами мчалась за нами, как приклеенная. Еще немного, и она поравняется с нами, и…
— Бжж! — Противно взвизгнули тормоза, когда черная машина проскочила прямо перед нашим носом и неожиданно затормозила, преграждая нам путь. Моника едва успела с силой ударить по тормозам и нажала кнопку блокировки дверей.
— Все пропало, Ди! Они нас достали! — В голосе Моники прорезались истерические нотки, когда двое мужчин в одинаковых черных одеждах и в черных масках, скрывающих лицо, спокойно подошли к машине. В руках у одного был небольшой лом, которым он, не заморачиваясь, двинул в стекло со стороны водителя. Быстро открыл дверь, разблокируя все двери, и вытащил Монику наружу. Я оцепенела от ужаса, увидев, как на нее надели черный мешок и потащили куда-то в сторону. А второй мужчина подошел к двери с моей стороны и дернул за ручку. Дверь открылась. Не произнеся ни слова, он поднес руку к моей шее и нажал на какую-то точку за ухом. Я почувствовала, как проваливаюсь в неизвестность, теряя сознание…