Просто люблю

Весеннее настроение
 
Развеял ветер серость облаков,
Открылась бездна голубая,
И пробудился мир от зимних снов,
И перелётных птиц вернулись стаи…
Покрылись лёгкой дымкой тополя,
На окнах зайчик солнечный играет,
В низинах дышит и парит земля.
Весна в свои права вступает.
А за твоим окном по-прежнему зима
И по ночам ещё трескучие морозы.
О том, что в мир уже пришла весна,
Напоминает только веточка мимозы.
Она так ярко, радостно цветёт,
Как будто в жизни нет метели
И между нами весь растаял лёд,
Как тает на озёрах он в апреле.
И снова чувства будоражат кровь,
И сердце бьётся, и надежда окрыляет,
Что встретимся когда-нибудь мы вновь,
Любовь вернётся… Знаю, так бывает!
Разлучница-осень
   
Тёплая ночь…
            Небо словно в алмазах,
Полнолуние вновь
            разгоняет мой сон…
Где-то в роще берёзовой
            иволга плачет.
Плачет сердце моё,
            с ней грустит в унисон.
Эта осень-красавица,
            наша разлучница,
Переулки укрыла
            роскошным ковром.
Летом нам показалось —
            всё, может, получится,
Только осень пришла,
            посетила мой дом.
Мы с тобой, точно чайки,
            над морем летали,
Тихо осень подкралась,
            укрыла дождём,
Остудила те чувства,
            что летом пылали,
И вернула на землю —
            к заботам, делам.
И теперь я одна,
            ночь и небо в алмазах,
Полнолуние вновь
            разгоняет мой сон,
Где-то в роще берёзовой
            иволга плачет.
Плачет сердце моё,
            с ней грустит в унисон.
Сердце в ладонях
 
Я тебе принесу
            своё сердце в ладонях,
Ты его сбереги
            и любовью согрей.
И оно расцветёт,
            как подснежник на склоне
Под покровом тепла
            и весенних лучей…
Я тебе принесу
            своё сердце, послушай:
Оно тихо поёт
            нашу песню любви.
Ты запомни слова —
            они трогают душу —
И мотив, что напели
            весной соловьи.
Я тебе принесу
            своё сердце надолго,
Ты его не разбей
            на дорогах судьбы.
Как в истоке с ручья
            начинается Волга,
Так и счастье рождается
            чувством любви.
И с годами становится
            шире и глубже,
Прорастает любовью
            родных нам людей.
Не пугают тогда нас
            метели и стужи,
С каждым днём мы богаче,
            мудрей и сильней.
Я тебе принесу
            своё сердце в ладонях,
Ты его сбереги
            и любовью согрей.
И оно расцветёт,
            как подснежник на склоне
Под покровом тепла
            и весенних лучей…
Ручьи, где плещутся форели…
 
В ручьях, где плещутся форели,
Вода всегда так холодна,
Прозрачна и светла до дна
И звонче, чем капель в апреле.
А сколько тайн хранит она,
Вода, где плещутся форели!
Что ожидает нас в апреле
И что подарит нам весна?
О чём поёт ручей в апреле?
О том, что кончились метели,
О соловьях, волшебных трелях
И что весна любви полна!
Что распустились первоцветы
И что стряхнули сон поэты,
Слагают новые сонеты
О том, что в мир пришла весна.
Что стали ранними рассветы,
Скворец звенит на ветке где-то,
И как торопится к нам лето,
Что ночи жаркие без сна…
Он так весну благословляет,
Играя на своей свирели,
Любовь и музыку сплетает
Ручей, где плещутся форели.
 
Ольга Воленская
  
Росток чувств
 
Анна Антиповна всё болтала без умолку. Она по-доброму переводила весёлый взгляд с Марины на Филиппа и обратно. Молодой Лазуренко уверенно расправил плечи и подпёр спиной стену в прихожей. А Марина принимала очередную банку с домашней заготовкой.
Лазуренко привычно щурился, и на губах его играла довольная улыбка. Сидя на корточках и любуясь Оленской, он помогал укладывать банки в тряпичную хозяйственную сумку. Анна Антиповна провела рукой по его плечу, возвращая в реальность из любовных грёз. Влюблёнными глазами он следил за каждым движением хрупкой девушки.
  
Темноволосая нимфа однажды захватила в плен его сердце, оказавшись рядом там, в кафе. Фил поддался небывалому чувству с первых минут знакомства. С тех пор дома за ужинами в отсутствие его друга крутились беседы только про Марину и о Марине. Мать с отцом слушали, молча кивали и с пониманием относились к загадочной задумчивости единственного сына.