8 Призраков. Том II (СИ)

Рывок откатился, и я его тут же использовал, вне фактического боя сработал безотказно. С бешеным ускорением я торпедой вылетел на место бойни и парой ловких движений подобрал меч и револьвер, на ходу заменяя патроны на шоковые. Если бы не незримая нить, связывающая меня с персональным оружием, это сделать было бы в разы сложнее, но даже так вышло слишком просто. Враг сбежал?
Секундную радость от спасительной мысли прервал знакомый свист с примесью ужаса.
Я уже передал управление своим рефлексам, полностью готовый совершать невообразимые простому человеку кульбиты уклонения, но звук был сверху. Не понимая, какого хрена происходит, я тупо задрал голову вверх и вместо звездного неба увидел лишь надвигающуюся тьму.
Тело само дернулось вперед и растянулось в прыжке. Я неуклюже упал на живот, инерционно пробороздив горелую землю. За спиной раздался глухой грохот упавшей ветки от исполинского дерева. Ветки. Толщиной с водопроводную трубу. Но все же это была ветка, которая предательски загородила мне путь к отступлению и в тот же миг, в паре метрах от меня, приземлился механоид-снайпер и вскинул боевые конечности. Добрый вечер.
Даже думать не хочу, каким гениальным уголком своей микросхемы этот механический древолаз соорудил ловушку и откуда он знал, что я вернусь. Но теперь все свелось к старой доброй пистолетной дуэли. Ну как пистолетной: револьвер против руки-испепелителя. Ну а в остальном весьма канонично. Шучу. Ни разу не канонично и уж тем более не честно.
Стрелять я начал первым, просто в корпус, боясь промахнуться. Первое попадание дало искру надежды, ибо казавшийся до этого неуязвимым механоид ощутимо дернулся и даже синий свет в винтовке потускнел и почти погас. Но как разгорелась искра, так и потухла спустя три подряд рикошета без видимых эффектов. Последние два патрона в барабане я дострелял уже на инерции и не удивился бесполезным отскокам типичных пробивающих снарядов от монолитной брони. Шоковыми были только первые четыре.
Раньше я задавался вопросом, но теперь я уверен точно. Будь у этой твари рот, она бы сейчас точно ухмылялась. Ее черед стрелять.
Вспышка. Выстрел.
Ухмыляющаяся коробка разлетается на куски и двухметровый обезглавленный механоид падает к моим ногам.
Едва выскребая остатки моральных сил, я с облегчением выдохнул и завалился на спину, уставившись в умиротворенное звездное небо.
Двадцать один процент здоровья. Пять длительных дебафов. Откат всех боевых способностей и пустой рюкзак. Вот итог моего боя один на один с первым же мобом нового измерения. Ну и смерть, конечно. Неминуемая смерть в честном бою лицом к механической роже. Но, на мое счастье, зашел в ковчег я не один.
— Тоже синхронка на сто десять помогла? — громко спросил я, не поворачивая головы.
— Не, — протянул низкий голос в ответ, — энергетический дробовик. Ваншотит эти ведра, скучно даже.
— Скучно, говоришь, — истерически засмеялся я.
— Этот был мой! Мы же договорились по очереди! — раздался тонкий женский голос в отдалении.
Лайя говорила настолько редко, что я едва смог опознать ее на слух.
— Пф, сама тормозишь, — возразил Эстебан, — двенадцать восемь, — злорадно добавил колумбиец и присел рядом со мной, присоединившись к созерцанию звезд.
— Ой, а вот и потеряшка нашелся. Черт, да ты еле живой! Припасы у Мигеля, я мигом, — переменившимся на обеспокоенный тоном проговорила снайпер нашей команды и побежала назад вглубь леса.
— О чем это она? Не сдохнешь ведь, зачем суета, — безразлично выдал младший из колумбийцев, пожав плечами.
И был прав. Может, выглядел я и паршиво, но смертельных дотов не было, угрозы внезапного нападения, очевидно, тоже.
— Не сдохну, — согласился я и приподнялся на локтях, — что за двенадцать восемь?
— Ну, я же сказал, скучно стало. Решили считать, кто сколько механоидиков положил, — с ноткой жадности ответил Эстебан, — давай с нами. Сколько у тебя?
— Монстры… — только и смог тихо выпалить я.
  
Глава 10
  
— Не парься ты так, просто этот тип мобов тебя контрит. Я бы тоже не устоял с таким один на один, как и Элли. Только Эд со своим дробовиком да Лайя с энергетическими патронами на винтовку способны их убить, — успокаивал меня Мигель, попутно перераспределяя припасы между участниками собравшегося вместе отряда.
Мое предположение про индивидуальные зоны для каждого было не совсем верным, на самом деле мы просто «упали» в рандомные точки и не так уж далеко друг от друга. Используя радары, колумбийцы довольно быстро нашли друг друга и Лайю с Элли, после чего занялись моим поиском.
Поначалу гневно матерясь. Они думали, что я включил радарную маскировку на марлине. Это было верно только отчасти. Просто она была активна, когда мы прыгнули в пропасть, и я выключил ее, но уже после пробуждения, только когда наконец смог оценить обстановку. Но этого короткого времени оказалось достаточно, чтобы отряд ошибочно пошел искать вдоль леса в западном направлении, в то время как я был на востоке от их точки падения.
И все же в итоге погружение обошлось без потерь. Самым пострадавшим оказался я. Здоровье мне смогли восстановить до семидесяти трех процентов — нынешний максимум. Необходимо посетить больницу или дождаться истечения таймеров длительных дебафов. Еда и вода помогли поднять синхронизацию до ста процентов, и мой арсенал пополнился потраченными в бою стимуляторами, аптечками и гранатами. Вместо зажигательной я получил более эффективную в нынешних условиях шоковую. С учетом внушительной грузоподъемности Мигеля, за наше снабжение я был спокоен.
— Пусть так, но это же стартовая зона. Откуда тут узкопрофильные мобы? — негодовал я.
Единственный в отряде, кто умудрился отстать в прокачке за каких-то полчаса. Легко нафармив больше двух десятков механоидов, все остальные подняли уровень до тридцать первого. Мне же лишь отсыпали опыт за содействие в убийстве одного. Обидно.
— Какая разница, просто есть, — резко встряла рыжеволосая.
Не смотря на слова Элли, я отчетливо видел, что ее тоже бесит собственная беспомощность в нынешней ситуации. Ночью от нас даже в разведке пользы нет. Ни радаров, ни зрения, ни возможности реализовать скорость в густой чаще леса. Подбирать лут да подносить амуницию дамагерам — вот наша роль.
— Отставить нытье, — засмеялся Эстебан, — выдвигаемся, папка всех убьет.
— С дробовиком-то, конечно, — фыркнула Элли и одарила Эда ехидной улыбкой.
— На, — не растерялся здоровяк и, пожав плечами, кинул свое орудие девушке.
— Не лови! — начал кричать Мигель, но было поздно.
Гордость рыжеволосой оказалась сильнее разума, и она выставила руки, чтобы поймать дробовик. Хруст костей эхом разлетелся по лесу. Но еще громче звучал нескончаемый поток гневных ругательств, которому едва удавалось заглушить садистский смех колумбийца.
— За что мне это, — обреченно мотая головой, запричитал лидер отряда и вытащил из рюкзака аптечку и костный восстановитель.
— Ты больная, — сквозь смех проговорил Эстебан и водрузил дробовик обратно на плечо, — под него нужна сила сорок.
В ответ рыжеволосая волевым усилием показала руки с поднятыми вверх средними пальцами. Да так и держала, пока Мигель не закончил обработку ранений.
На этой оптимистичной ноте мы двинули дальше на север. Для каждого из нас день был бесконечно длинным, и вперед нас двигало лишь одно желание — поскорее достичь безопасной зоны и отдохнуть. Не только я заметил странную перемену в ощущениях.
 
Мало того, что само погружение в ковчег прошло тяжелее, чем в песочницу, но и все остальное давалось сложнее: дышать, идти, сражаться. Будто в нулевом измерении был искусственный ограничитель, упрощающий жизнь, и тут его отключили. Разбирать и анализировать логи решили завтра на свежую голову. Движение по темному лесу со сниженной видимостью и кишащими вокруг неизвестными мобами требовало полной концентрации.