Мой дикий адвокат (СИ)
— Раф, а помнишь мальчишник? — спрашиваю у друга, разглядывая эскортницу в красном платье и дорогом колье. Мы никогда не говорили с ним на эту тему, но сейчас меня разрывает от любопытства.
— Пф! — закатывает он глаза и широко улыбается. — После того, как твоя невеста протащила стриптизершу через весь зал за волосы, это невозможно забыть.
Усмехаюсь. Снова залпом выпиваю свой виски и стягиваю с плеч пиджак, потому что становится жарко.
Я собирался сделать Злобиной предложение.
Рассказал об этом Рафу, он как раз был в России. Решили это дело обсудить в компании друзей, придумать что-то интересное. Пошли в стрип-бар как взрослые мальчики. В итоге, все переросло в попойку, а в апогее вечера мне, пьяному в слюни, такой же гашеный Раф заказал приват “в честь окончания холостой жизни” и, когда я почти спал, сидя на диване, на мне извивалась какая-то шмара в красном латексе.
К счастью, она просто танцевала у меня на коленях и оставляла следы красной помады на моей морде.
В этот самый момент в клуб разъяренной фурией влетела Жанна и под замершую музыку и дикие визги уволокла стриптизершу на улицу. А потом и меня, домой. Но, когда я проснулся утром, ее уже и след простыл из квартиры.
— Скажи… — обращаюсь к Рафаэлю и немного медлю.
Мы с ним все сразу обсудили на следующий день, потому что он чувствовал себя виноватым в случившемся. Извинялся. И я конечно же поверил лучшему другу. Но сейчас прошло время и я хочу услышать еще раз, что он не при чем. Или при чем. Плевать, я просто хочу правду.
— Ты реально был рад за меня? Или все же тебе не нравилась идея со свадьбой и ты подстроил тот дебильный стриптиз? — смотрю на него пристально.
23. Надо дать
— Дэн, — хмурится Рафаэль.
— Я без обвинений, — сразу предупреждаю его. — Просто интересно.
— Дэн, я твою Жанну в тот день в клубе увидел впервые. Мне вообще было фиолетово, кто она, честное слово. Я, конечно, считал, что ты дебил — жениться так рано — и прямо сказал тебе об этом, но вот таким образом срывать твои планы уж точно не собирался. Я же все рассказал: позвонила мать и спросила, где мы. Все. Не веришь?
— Верю, — усмехаюсь и тянусь к бутылке.
До нас, пьяных в лоскуты, никто не мог дозвониться. Когда до Рафа дозвонилась его мать, то позвонила моей и успокоила, что все живы. А моя уже сообщила Жанне, и та приехала забрать меня в самый неподходящий момент.
Дебильное совпадение, которое поставило крест на наших отношениях. Шлюхами я брезговал даже в молодости, даже когда был свободен, просто напился до невменяемости. Я ее не то, что трахнуть бы не смог. Я засыпал уже! Но ревнивой Злобиной это было объяснить практически нереально. Я пытался, но бестолку.
Она съехала обратно в общагу и общалась со мной через губу. Конечно, я пообещал Жанне, что все равно приеду с практики в отпуск и заберу ее с собой. Чтобы готовилась переводиться. Времени дожать ее немного не хватило, и я уехал на стажировку, так и не съехавшись с возлюбленной обратно.
И я реально планировал вернуться, тогда уже сделать ей нормальное предложение и забрать во Владивосток, но не приехал. Потому что сначала меня загрузили работой по самое небалуй, а потом оказалось, что Жанна меня не ждет и торопился, разгребая ночами запросы, я совершенно напрасно.
— Да и в итоге все оказалось к лучшему, — тяну Рафу его стакан. — Я реально поторопился. Просто встретил тут ее случайно в следственном.
— И? — с интересом смотрит он на меня, хитро щурясь.
— И просто вспомнилось.
— Да ну не пизди, — вздыхает Рафаэль. — Ты так спрашиваешь, будто сожалеешь. Напомнить, что она начала встречаться с другим спустя пару месяцев после того, как ты уехал? А ты звонил мне ночью пьяный и орал в трубку, что застрелишь эту тварь?
— У меня было утро, — усмехаюсь и делаю глоток из бокала.
Даже виски кажется сейчас не таким горьким, как то воспоминание, когда я набухался на дежурстве и разрядил обойму в холодильник в отдыхайке. Единственный залет на работе, который с трудом удалось замять только благодаря дяде-начальнику. Дурацкая молодость… И Жанна мне будет говорить, что я боюсь взрослеть? Да я охуенно чувствую себя в сорок пять!
Замолкаем, оба зависая взглядами на одной из девушек, потому что она начинает медленно снимать с себя платье.
Стриптиз я люблю. Это красиво, когда у стриптизерши все хорошо с пластикой и чувством ритма.
— И что, как дела у нее? — невзначай бросает Раф свой вопрос и задумчиво обрисовывает в воздухе пальцами силуэт танцовщицы.
Несмотря на то, что занимается он жестким бизнесом, хобби у него прямо противоположное. Раф — художник. У меня дома даже висит пара его картин. Прозвище у него, конечно же, Санти.
— Замужем. Дочь взрослая.
— Не твоя?
— Нет, чуть младше.
— Ну и забей тогда. Или ты хочешь отомстить?
Морщусь и делаю еще глоток.
— Да нет, зачем? Двадцать лет прошло.
— А в чем тогда проблема? — оборачивается он на меня и, немного помолчав, хмурит брови. — Ты что? Еще скажи, что все это время любил ее. Дэн, любовь — это не про нас.
— Нет. — сжимаю зубы. — Не любил.
Но забыть не смог почему-то.
— Все, давай бухать. Херня какая-то, а не веселье. — с грохотом ставлю стакан на стол.
— Тебе приват заказать? — усмехается Рафаэль.
— Ты знаешь, я эту грязь не люблю. — брезгливо морщусь.
— Тобой помещения можно дезинфицировать вместо бактерицидной лампы. Выливайте хлорку, холопы, она вам больше не понадобится — Доманский пришел! — орет он громко и театрально.
— Клоун.
— Ну, ты же хотел веселья. — гоготнув, друг наливает нам еще по порции виски и мы чокаемся.
Замечаю, как экран телефона, лежащего на столе, загорается и гаснет тут же. Беру его и читаю входящее сообщение.
“С тобой все хорошо? Хочешь, приеду за тобой?” — Эмма.
Вздохнув, смотрю на время. Как бы уже достаточно поздно и я довольно сильно подшофе, а завтра на работу.
— Как тебе? — поворачиваю экран с ее фото к Рафаэлю, отвлекая его от созерцания шлюх.
— Я б дал, — хохочет он. — Твоя?
— Нет. — отмахиваюсь. — Пока просто общаемся.
Но, наверное, надо дать. Что я ломаюсь как девственница? Пишу ответ.
“Приезжай”.
Вечер продолжается и мы упиваемся еще сильнее. Кто-то из друзей тискает проституток, Раф зависает, разглядывая родинки на руках пышногрудой блондинки и задумчиво рисуя по ним пальцами.
— Все, — усмехаюсь, — клиент готов, девочки. Он вас не будет трахать, не волнуйтесь.
— Слышь, — отвисает Рафаэль и скалится. — Допиздишься.
— Боюсь-боюсь. — улыбаюсь ему в ответ.
— А ну-ка, все сюда! — громко подзывает Раф свободных кукол и сгребает их в кучу. — Вот этому товарищу устройте шоу. А то слишком стерильный!
— Э! — возмущаюсь, когда он буквально заваливает на меня девушек. — Стоп!
— Двойную оплату той, кто снимет с него футболку! — гогочет Рафаэль.
Рычу, зыркая на него сердито, но тут же отвлекаюсь, потому что несколько пар рук начинают меня активно тискать. Пытаюсь их отстранить, но мягко не получается, а грубо я не могу, все же это слабый пол.
— Хорош, ну! — рычу, получая поцелуй в шею и морщусь, сдвигая особо ретивую рыжую со своих колен. — Сдаюсь! Я всем оплачу по двойному тарифу, если слезете с меня.
— А я по тройному, если разденете, — не унимается Раф.
Стону от злости.
— В четыре раза! — уворачиваюсь. — Считаю до одного! Раз!
Эскортницы, хихикая, наконец слезают с меня и делают виноватые скромные мордашки, а я передергиваюсь на радость хохочущему Рафаэлю.
— Я рад, что мы редко видимся, придурок. — хмуро смотрю на друга, но беру из его рук стакан виски, чокаюсь с его. — Все, я домой, в ванную.
— С Хлоргексидином? — усмехается Рафаэль.
Усмехнувшись в ответ, встаю и замираю, потому что в дверях випки стоит Эмма и ошарашенно смотрит на меня.
24. Демонстративный дурак
Протискиваюсь между девушек и подхожу к Эмме.