Из пыли и праха

— Что значит «при нем»?
— Окружает ли она его тело. Парит ли над ним. Как-то так.
Джета задумалась. Никогда еще Рут не была настолько откровенной с ней, и это смущало. Девушка не знала, кому и чему верить. Костяная птица у нее на коленях защелкала, подобно отмеряющим время часам.
— И что она дает, эта пыль?
— Ах, — тихо вздохнула Рут.
Лицо ее освещали уличные фонари. Экипаж уже сворачивал на мощенную булыжником улочку, где они сняли жилье.
  
— Это, дитя, очень хороший вопрос.
Уже на следующее утро Джета и Рут приступили к мрачным поискам утопленника, судя по слухам, найденного в озере у Карндейла. Снег больше не выпадал, но воздух был прозрачен от холода, а серые улицы города оставались мрачными и негостеприимными.
Проходили дни. Призрак ребенка не появлялся, а костяная птица, напротив, никуда не исчезала. Ранним утром Рут заходила в комнату Джеты с настойкой в руках и бросала подозрительный взгляд на клетку с новой питомицей.
Сначала они проверили кладбища и опросили смотрителей, надеясь получить сведения о недавно умерших, но местные жители не сообщили им ничего полезного. После этого они перешли к моргам. Даже несмотря на приглушающую талант настойку, тяга костей порой казалась Джете настолько сильной, что приходилось закрывать глаза, сжимать челюсти и терпеть снисходительные замечания джентльменов о том, что хрупким дамам не стоит посещать подобные мрачные места. Если бы только они знали настоящую причину ее недомогания!
Наконец они приехали в морг Уильяма Роберта Макрея — обшарпанное, мрачное заведение из камня и кирпича. Уже на пороге Джета сразу ощутила нечто особенное и замешкалась там, пока ее не подтолкнула Рут, но и тогда она зашла неохотно. Дверь захлопнулась, звякнул колокольчик. Внутри царил полумрак — на низком прилавке горела одна-единственная свеча в блюдце. Пламя качнулось из стороны в сторону и застыло.
— Это он? Он здесь? — зашептала Рут, вглядываясь в лицо Джеты.
— Не знаю… что-то не так, — покачала та головой.
Они оказались в узкой прихожей с закоптившимся от грязи и дыма окном. В воздухе ощущался резкий металлический привкус — пахло какими-то химикатами, которыми пользовался владелец морга. На вешалке висели две дешевые на вид шляпы. На маленьком столике лежал старый номер «Панча». Рядом со свечой стояла чернильница, а чуть поодаль лежало старинное бронзовое пресс-папье со статуэткой герцога Веллингтона на коне. Бледно-зеленая дверь с оловянной ручкой вела в заднюю комнату.
Через мгновение послышался скрип половиц, и в приемную вошел крепкий мужчина в рубашке без пиджака. Похоронных дел мастер, как догадалась Джета по кожаному фартуку. Закрывать за собой дверь он не стал.
И там, в проеме, виднелся призрак мальчика.
Джета замерла в тревоге. В ушах ее зашумела кровь. Темный коридор тускло освещался горевшей где-то вдалеке лампой. Окутанные едва заметным голубоватым сиянием волосы мальчика медленно колыхались, будто под невидимой водой. Взгляд у него был недетский, серьезный.
Джета скосила глаза на Рут, но та не заметила призрака, хотя он стоял у них на виду. Не обратил на него внимания и хозяин. Джета вновь пережила ту внезапную, непреодолимую жалость к мальчику, которую испытала в подвале Карндейла, и с большим трудом заставила себя отвести взгляд.
Хозяин был невысоким, почти лысым, с пышными бакенбардами. В мерцании свечи блестели оловянные пуговицы на его фартуке. Почесав подбородок, он настороженно посмотрел на сумку Рут, будто опасаясь, что она захочет что-то продать.
— Мистер Макрей к вашим услугам. Чем могу быть полезен?
Пока Рут рассказывала о поисках мертвеца, Джета рискнула повнимательнее рассмотреть призрака. Тот медленно повернулся, бросив через плечо немигающий взгляд, исполненный невыразимой печали, и растворился во тьме. С его уходом с сердца Джеты словно спала тяжесть, она медленно покачала головой и пришла в себя. К этому времени Рут как раз закончила свой рассказ.
— Утопленник из Карндейла? Ну да, знаю такого. Странное дело. Кое-кто говорит, что он имеет ко всему этому какое-то отношение, хотя я не понимаю, какое именно. Я мертвецами занимаюсь уже сорок лет и ни за что не сказал бы, что он погиб прошлой осенью.
Глаза Рут замерцали.
— Прошу прощения, так он здесь?
— Ах, простите, — внезапно встревожился хозяин морга. — Вы с девушкой его родственники? При нем не было никаких документов, из одежды сплошные лохмотья.
— Да-да, мы родственники, — поспешила ответить Рут.
— Ну что ж, тогда приношу свои соболезнования.
Рут кивнула и, снимая палец за пальцем перчатки, перевела взгляд на Джету, которая до сих пор ничего не сказала.
— Повелитель пыли здесь, Джета.
Владелец морга нахмурился и прочистил горло:
— Вы сказали «пыли», миссис?
Свет на мгновение померк, будто от порыва ветра. Владелец морга рассказал им о татуировках на теле и о том, как сами собой они двигались по рукам и груди. Говорил он неуверенно, не представляя, как отнесутся к его рассказу предполагаемые родственницы. Вдруг они и сами знают об этом? Или же слышат впервые. Заткнув почерневшие большие пальцы за пояс фартука, он рассказал и о висевшем в воздухе облачке пыли. Если ему не верят, то он готов сослаться на свидетелей. То же могут подтвердить и его помощник, и приехавший из Лондона детектив-инспектор. И кстати, им повезло, что тело до сих пор не утилизировали, хотя должны были. Или не отослали для дальнейшего расследования. Правда, им придется заполнить кое-какие бумаги. Сделав паузу, он спросил:
— Так вы хотите посмотреть на него?
— Да.
Он снова помолчал, переведя взгляд на Джету.
— Зрелище не для юных глаз. Покойник в морге — это не то же, что в гостиной на поминках.
— О, моей внучке уже доводилось видеть смерть, мистер Макрей, в самых разных обличьях, — ответила Рут.
Скривившись, но ничего больше не сказав, он повел их по наклонному коридору в помещение для вскрытия, где над столом с одним из покойников среди трубок и банок с зеленой жидкостью дергано, словно марионетка на веревочках, суетился мужчина в очках. Это и был тот самый помощник. Джета ощущала растущую тягу от костей мертвецов, но ребенка-призрака нигде не было видно. Хозяин морга не останавливаясь спустился по темной лестнице в холодный подвал, где зажег фонарь, и повел их вдоль стен, мимо полок с телами. В конце помещения Макрей открыл тяжелую дверь, ведущую в небольшую каморку. Подвесив фонарь на крюк, он отрегулировал свет, и они увидели цель своих поисков — труп повелителя пыли, того самого внушающего страх Джейкоба Марбера.
Вдруг Джете показалось, что по трупу пролетела какая-то тень, и она испуганно вздохнула. А затем увидела, что это призрак мальчика, сидящий на теле. Знакомый ей призрак, но с очень большим ртом. И этим ртом мальчик… облизывал белую кожу на груди мертвеца. На лице призрака не было глаз, одни черные впадины. Изо рта торчали зубы, тоже черные и слишком многочисленные для человека. Вдруг призрак поднял голову и посмотрел прямо на нее. Изо рта у него капало. Джета в ужасе отпрянула.
И призрак тут же исчез.
Остальные опять ничего не заметили. Рут деловито обошла труп, позвякивая сумкой. Нижняя часть тела была деликатно прикрыта тканью, но татуировки на руках и груди были хорошо видны. И они действительно двигались в свете фонаря. Джета осторожно, прислушиваясь к своему участившемуся сердцебиению, двинулась вперед.
При жизни повелитель пыли явно был красив. С густой черной бородой, выразительными бровями. Но теперь его лицо от губ до уха пересекала рваная рана, один глаз вытек. На груди и ноге виднелись синяки. Совсем непохоже на утопленника — казалось, что он умер насильственной смертью.
  
— Мисс, если вид вас немного смущает… — начал было владелец морга, но Джета проигнорировала его и провела пальцами в перчатке по руке мертвеца, разглядывая странные, шевелящиеся татуировки и размышляя о том, что тут делал призрак.