Эльф: инструкция по применению (СИ)

Этот человек появился вечером. Появился в третий раз и опять занял тот же стол, что и накануне. Опять наблюдал за залом, то и дело останавливая свой взгляд на орчихе.
Этим вечером в трактире на удивление царило спокойствие. небывалая вещь для подобного рода места, но тем не менее. Никто не хотел вышибить соседу глаз или зуб, никто этим вечером не искал ссоры, и не мечтал о драке стенка на стенку, и не хотел опробовать новый способ метания кружек в стену. Орчиха почти расслабилась, когда почувствовала на себе пристальный взгляд.
  
Посетитель смотрел на неё уже не скрываясь. Выглядел он как купец: в широком кафтане, дорогих бархатных штанах, пропавших специями и дорогим маслом, даже с кольцом гильдии, с золотым кольцом! Все вроде было в порядке, все вроде бы укладывалось в картинку, но именно что вроде. Было что-то в этом посетителе такое… что-то неуловимое, что выделяло его изо всех, хотя он и очень старался не выпячивать свою инакость. Возможно, для других и получалось, только орчиха все равно поглядывала в его сторону чаще, чем в другие. От таких тихих неприятностей подчас куда больше, чем от самого шумного горлопана.
Посетитель перехватил ее взгляд и кивнул, подзывая. Орчиха подумала, оглядела зал — вроде, спокойно, — и подошла.
— Доброго вечера, мадам, — учтиво и не стараясь скрыть, а словно бы и даже нарочито выпячивая, акцент, сказал посетитель.
Девушка буркнула в ответ что-то, что при желании можно было принять и за пожелание хорошего вечера, и за «пошел к черту».
Посетитель заулыбался еще шире.
— Для вышибалы вы выглядите чересчур нежно. Но вижу, с какой опаской поглядывают на вас гости, о-ля-ля! вы меня восхищаете, мадам. Присядьте, сделайте одолжение.
Что-то удержало орчиху от грубого отказа. Что-то во взгляде этого гостя было такое, что отказать никак не получалось. Посетитель, разумеется, о своей силе знал и глаз не отводил. Улыбался, и со стороны это, наверное, даже выглядело как приятная беседа, но разве что только со стороны. Девушка села.
— Давно ищу такую, как вы. У меня есть работа для надежного воина, но при этом умного, наблюдательного и честного. Смесь в наше время редкая. Но в вас я уверен.
— Говорите.
— Сотня монет.
Девушка недоверчиво прищурилась.
— И за какую же работу столько платят? — уточнила она.
— Вы не поняли. Больше я плачу не за саму работу, а за вашу честность и умение… скажем так, правильно выбрать путь, чтобы минимизировать риски. А доставить нужно груз. Небольшой, мадам, он вас не обременит. Достаточно легкий мешочек. Вон туда, к горам. В монастырь, — посетитель неопределенно махнул рукой. — Но несмотря на всю его малость и небольшой вес — мешочек очень важный. И второе условие — доставить надо срочно. Но верхом нельзя, нет, нельзя. И по тракту напрямую тоже нельзя. Все в строжайшей тайне и в обход.
— Почему не послать с купцом? У них в обозах всегда охрана, а сделать все в строжайшей тайне не так уж и сложно, если надежный. Или гонца?
— Потому что это не посылка с орехами. А гонец, простите, не защитится, если к нему вдруг возникнет… интерес определеного рода. А на тракте интерес может быть. Да и слишком прямой путь, знаете ли, вызывает лишние вопросы. Мне нужна сила. И умение думать, когда некуда деться.
— А если я откажусь?
— Ничего страшного. Я найду кого-то другого. Но, увы, это будет уже не вы. А я вас… давно приметил. Несколько дней наблюдал. Будет несколько обидно, что вы не возьметесь за такую работу, но я переживу, — радостно улыбнулся человек, но что-то мелькнуло в его широкой улыбке такое, что заставило орчиху поежиться. «Мне не отказывают, разве ты не поняла?» — читалось в его взгляде.
— Платят как?
— Половина сейчас, — незнакомец вытащил небольшой мешочек и бросил его на стол. Мешочек тяжело звякнул. — Половина — по возвращении, если всё пройдёт гладко. Если подойти с головой, риск будет минимален, мадам, а деньги — как за максимальный. Соглашайтесь. У меня лучшие предложения на рынке.
— Значит, риск все же есть.
— Риск есть всегда. Главное — не задавать вопросов и не открывать мешок. Поверьте, я бы и сам донёс, но — купцы вызывают интерес. А вы — вызываете уважение. И почти не вызываете вопросов.
— Сопровождение?
— Нет. Только вы. А как и куда идти — я покажу. Карта останется в вашем распоряжении, мадам. Вернете после задания.
Он достал из-за пазухи свиток, перевязанный тонкой атласной ленточкой и развернул его: — Взгляните, мадам. Дорога не прямая. По тракту — нельзя. Лучше обходами. Вас могут попытаться остановить, но — вам же и решать, как реагировать. Вы не выглядите как та, кого легко допросить.
Орчиха помолчала. Потом спросила равнодушно:
— Когда выходить?
— На рассвете. Отсюда. Я встречу вас у заднего входа. Только вы и моя посылка. Буду с нетерпение ждать встречи, мадам.
Странный посетитель поднялся, бросил на стол несколько монет и вышел из трактира.
Длинный день завершился. Орчиха подмела двор, обновила солому в зале, чтоб не воняла, и поднялась к себе. светало хоть и не совсем рано, но времени оставалось не так много, а хотелось еще немного поспать.
Эльф сегодня в зале не появлялся, и была надежда, что он, как обычно, вернется только под утро.
— О, гроза кабаков и тихий ужас пьяных купцов. Что такая мрачная? — встретил ее знакомый голос. Орчиха вздохнула:
— Ухожу, — просто сказала она, стягивая пояс и доставая котомку из-под стола.
— Прямо сейчас? — Эльф приподнялся на тюфяке, на котором валялся и зажег свечу, не вставая. — Мы только начали веселиться.
— Мне предложили дело. Сопроводить груз. Ценный. Через горы. Платят много. Утром выхожу.
— Хм. А мне ты оставляешь кого гонять? Старика с пером?
— Может, хочешь место вышибалы занять? Всё равно сидишь без дела. Старика не трогай.
— Ах, как мило. Я тут душу вложил в местную экономику — и вот тебе благодарность. Ладно. А что за груз?
— Не твоё дело.
Эрель лениво созерцал ее сборы и благодушно улыбался.
— А если поконкретнее?
— Не знаю, — призналась орчиха. — Мешок запечатан. Что-то для горных монахов. Нужно просто доставить.
— Уже интересно и пахнет загадкой, — дурашливо прошептал эльф. — Ладно, мои вещи тоже собери.
— С чего это?
— С тобой пойду.
— И на кой ты мне сдался? Мне компания не нужна.
— А я тебя и не спрашивал, девчонка. Кстати, звать тебя как? Имя у тебя ведь есть?
— Догадался. Есть.
— Я в нетерпении, солнышко. Как зовут этот сгусток доброты, ума и энергии?
Нахальный напор всегда сбивал орчиху с толку. Вместо того, чтобы ответить как-нибудь так же, или огрызнуться — ну действительно, ну не его дело! — или вообще съездить легонечко по противной, ухмыляющейся роже…
— Грнаргретия, — буркнула она, запихивая в котомку свернутый плащ.
— Гр… Гнр… Нет, это невозможно. А… а, ладно. Гнара, так Гнара. Буду так тебя звать.
— Нет.
— Уже да. Я не выговорю, уж прости тупого эльфа. И называю тебя Гнара, решено. Вещи собери мои. И аккуратнее там.
— Мне не нужен в компанию балабол с острыми ушами.
— А мне не нужен тыквенный пирог, но если дают — ем. Так что не возражай, женщина. Сказал иду — значит, иду. Тебя точно спрашивать буду в последнюю очередь.
Она устало выдохнула, уже знала — спорить бесполезно. Если этот балабол ушастый что-то себе в голову вбил — так и будет, хоть мир перевернется.
— Тогда вставай на рассвете. И не отсвечивай у задней двери. По условиям я одна должна идти. И не ной в горах!
Эльф закатил глаза с видом мученика.
— Прекраснейшие песни, созданные высшей расой, это чудо называет нытьем… О, Боги! Теперь я просто обязан пойти и воспользоваться временем нашего путешествия, чтобы вбить в твою прелестную орчью головку истинные понятия о красоте! Вот увидишь, тебе ещё повезло со мной. Почти не говорю во время походов. Ну… первые два дня точно помолчу. А потом займусь твоим образованием.