Дороги мертвецов (ЛП)

Наклоняясь, я достаю обручальное кольцо и держу его в центре ладони. Оно много раз резало мне кожу, когда миссис Майклс выбивала из меня дух.
Мой голос звучит лишено, безжизненно, опустошенно.
— Привет, мама.
  
ЭПИЛОГ
 
ТЕО
Сидя в свете мерцающей рождественской елки, я наблюдаю, как Харлоу беспокойно спит на диване напротив. Примерно час назад мне наконец удалось убедить ее проглотить пару таблеток снотворного.
  
Она вздрагивает, вскрикивает во сне и хватается за шею, как будто кто-то невидимый душит ее. Я подбегаю к ней и легонько встряхиваю, чтобы пробудить от сна.
Харлоу делает глубокий вдох, прежде чем снова отключиться. Вместо того чтобы вернуться на диван, я опускаюсь на ковер перед ней, оставаясь на расстоянии вытянутой руки до следующего эпизода.
Через некоторое время мои веки тяжелеют, они закрываются потрескивающее пламя камина, но вскоре вибрация телефона возвращает меня к реальности. Я отхожу в угол, чтобы ответить.
— Хантер?
— Да, — бурчит он без приветствия. — Послушай, мы заканчиваем здесь. Криминалисты извлекли тела. Завтра мы улетаем с ними обратно.
— Ладно, хорошо. — Я прислоняюсь лбом к стене. — Харлоу наконец-то уснула. Я по очереди дежурю с Лейтоном.
— Как у нее дела? — Спрашивает он.
— Плохо. — Мой голос срывается от эмоций. — Во время полета назад она была в ступоре. Ни с кем не разговаривала. Даже Бруклин не смогла разговорить ее.
Он красочно ругается.
— Все это полный бардак. Я позвоню Ричардсу и попрошу его нанести срочный визит.
— Ты думаешь, это поможет?
— Я не знаю, что еще предложить.
Харлоу издает сдавленный всхлип позади меня, и я бегу обратно к дивану, снова быстро успокаивая ее. Ее рука сжимает мою футболку.
— Это она? — Испуганно спрашивает Хантер.
— Да, она борется со сном. Ночные кошмары выглядят довольно скверно. Может быть, давать ей успокоительное было плохой идеей.
— Оставайся с ней, — приказывает он.
— Так и планировал, — огрызаюсь я в ответ. — Извини, я устал. Бруклин сказала, что собирается привести Джуда утром. Возможно, он смог бы помочь Харлоу.
— Хорошая идея. Мы должны вернуться к обеду. Суперинтендант созвал совещание. Она требует новостей.
— Что ты ей сказал?
Хантер усмехается, его голос звучит так же устало, как я себя чувствую.
— Что у нас есть еще два трупа и нет преступника. Она собирается расправиться с нами.
Я тяжело вздыхаю.
— Напомни ей, кто вообще устроил ее на эту гребаную работу. Она у нас в долгу. Нам нужно больше времени и финансирования, чтобы довести это до конца.
— Что, если его не удастся найти?
Смирение в голосе Хантера — непривычный удар под дых. Я давно не слышал такого поражения. С тех пор, как мы дождались результатов его слухового теста и получили известие, что он больше ничего не слышит без помощи, которую он так презирает. Даже сейчас он все еще мог полностью оглохнуть.
— Мы не можем сдаваться, Хант. Ни сейчас, ни когда-либо. Харлоу нуждается в нас, чтобы довести дело до конца. Мы говорим о ее жизни.
— Я знаю, — лаконично отвечает он. — Мы всегда будем защищать ее, но этот ублюдок убил свою собственную жену.
— Что? — Я задыхаюсь.
— Петля была расположена неправильно. Слишком высоко, и она была завязана сзади. Пастор Майклс повесил собственную жену.
— Чертов ад.
— Да, именно так. Этот ублюдок уже может быть где угодно.
— Тогда… мы должны выследить его садистскую задницу и притащить сюда, чтобы он понес наказание за свои преступления. Мы стольким обязаны Харлоу.
Хантер продолжает молчать.
— Ты любишь ее? — Я спрашиваю его.
— Что?
— Ты ее любишь?
Он колеблется, прежде чем ответить.
— Настолько, что это пугает меня.
— А как же Энцо? Лейтон?
— Я, блядь, не знаю, Тео. Мы все сделали бы все, чтобы она осталась в нашей жизни, чего бы это ни стоило. А как насчет тебя?
Прижав телефон к уху, я смотрю на расслабленное лицо Харлоу. Ее волосы разметались по диванным подушкам, показывая намек на растущую лысину под слоями волос.
Я осторожно провожу пальцем по ее воспалённой коже головы. Она уже даже не пытается скрывать проплешины. Этот перелёт домой разрывал мне сердце — я видел, как на ее коленях становится больше кучка выпавших волос.
Бессилие — мой старый друг, с которым я никогда не хотел заново знакомиться. Я не мог предложить ей ни капли утешения, которое было бы более привлекательным, чем боль, которой она жаждала.
— Она мне небезразлична, — отвечаю я на его вопрос. — После Алиссы я думал, что это невозможно. Я хочу, чтобы с ней все было в порядке. Я хочу быть тем, кто сделает ее счастливой, какую бы форму это ни приняло.
Хантер прерывисто дышит.
— Тогда, я полагаю, все решено. Расследование не зашло в тупик. Это только начало.
— Ну, есть еще кое-что.
— В чем дело? — спрашивает он.
Я крепче сжимаю телефон.
— Харлоу что-то бормотала, когда мы несли ее в самолет. Она сказала, что… она убила Лору. Задушила ее, чтобы она не мучилась и не умирала медленно.
Хантер резко вдыхает.
— Этого не может быть.
— Это все, что я знаю.
— Я уверен, что она просто была не в себе и спровоцирована возвращением туда. Мы сможем разобраться с этим, когда остальные из нас вернутся домой. По-моему, это звучит как бессмысленная болтовня.
— Хорошо, я все равно пригляжу за ней. Оставайся на связи.
Мы быстро завершаем телефонный разговор. Хантер имеет дело с местной полицией и цирком СМИ, которые пронюхали о нашем огромном присутствии на севере. Он улетит обратно с Энцо утром.
Слыша, как наверху выключается душ, я натягиваю одеяло на плечи Харлоу и отправляюсь на кухню разогревать лазанью, которую Бруклин принесла нам этим утром.
Когда я роюсь в холодильнике в поисках приправ, система безопасности в прихожей выходит из строя. Стеклянная бутылка с заправкой для салата в моей руке разбивается о кафельный пол, когда я бегу к двери.
— Дерьмо, дерьмо, дерьмо.
Сработало аварийное оповещение. Кто-то несколько раз пытался ввести неправильный код доступа и испортил сканирование сетчатки. Шаги Лейтона перескакивают через несколько ступенек, когда он спускается вниз.
— Что происходит? — Он кричит.
— Злоумышленник у главных ворот. — Я быстро разблокирую систему и проверяю камеру. — Там кто-то есть. Хотя лица не вижу.
— Черт. Что нам делать?
— Оставайся здесь. Я проверю.
— Нет, Тео!
— Оставайся здесь, — повторяю я на повышенных тонах.
Схватив пистолет, который Хантер держит припрятанным в нижнем ящике консоли — один из многих в доме, — я выскальзываю наружу, под проливной дождь. Все фонари включены, освещая пустую подъездную дорожку.
У ворот, съёжившись от холода, сидит тёмная фигура — видимо, сдалась после неудачных попыток прорваться. С ружьём наготове я осторожно приближаюсь.
— Ты, блядь, кто такой? — Кричу я.
Ничего.
— Вставай, или я буду стрелять. Ты вторгся на частную территорию.
Если это журналист, я врежу ему по колену ради острых ощущений. Я бы не удивился, если бы Салли Мур послала одного из своих бескровных закадычных друзей разузнать последние новости.
Фигура, наконец, шевелится, используя калитку, чтобы выпрямиться. Он пошатывается, явно пьян и одет в поношенную одежду, которая неплохо смотрелась бы на бездомном человеке. Каждый дюйм его тела дрожит от напряжения.
— Говори, что тебе нужно! — Я кричу на него.
Когда ответа нет, я предупреждающе взвожу курок. Он бросает на меня один взгляд и падает бесчувственной кучей. Я в доле секунды от выстрела, когда позади меня сквозь дождь раздаются торопливые шаги.
  
— Тео, подожди!
Харлоу, спотыкаясь, спускается по скользкой подъездной дорожке, промокшая насквозь, с дикими глазами вырывается из объятий Лейтона. Я хватаю ее за талию, прежде чем она успевает пробежать мимо меня, и сбиваю с ног.