Демонолог (СИ)

Меня накрывает изменениями.
Бодхи всё чаще уходит в совместный транс и что-то во мне редактирует. На подсознательном уровне, как он выражается. После таких трансов я отдыхаю, провожу немного времени с сестрой или в глобале, а затем погружаюсь в медитацию. Понемногу приходит ощущение энергетического океана, затопившего квартиру, дом и весь этот грёбаный мир. Прана начинает проникать в меня, я чувствую бодрость и подъем сил.
Выяснил кое-что о пробудителях.
Ребята легендарные, их Дар — чрезвычайно редкий. Как несложно догадаться, первые гуру появились в Индии и Азиатском Пандеме. Там же странствующие пробудители выработали свою уникальную философию, основанную на свободе перемещения, отказе привязываться к конкретным странам, игнорировании гильдий и кланов. Первые гуру, додумавшиеся подписать лонги с главами великих родов, пробили себе массу привилегий. Например, пробудители получали мультипаспорта, позволявшие им пересекать любые границы без виз, ВНЖ и прочих заморочек. Гуру не платят налоги, их банковские счета нельзя замораживать. Истинные имена пробудители никому не раскрывают, а в документах могут указывать свои псевдонимы. В том числе, в удостоверениях личности.
Прана не знает границ.
Вот чему учат пробудители.
Бодхи не просто зарабатывал деньги, он верил в великую миссию — раскрытие человеческого потенциала. Деньги воспринимались моим наставником в качестве дополнительной гарантии свободы. Парень с дредами принципиально не покупал квартиры и другие ценные объекты, скромно питался, проповедовал отказ от излишеств. Пиццы заказывались исключительно для нас с Полиной, сам Бодхи предпочитал веганскую еду.
Я долго пытался понять природу сверхспособностей гуру.
Пробудители не владели боевыми техниками в привычном понимании, но могли применять отдельные навыки в необычных комбинациях. Основой могущества гуру считалось умение раскрывать чакры и настраивать потоки энергии. Учителям приписывались телепатические способности, но Бодхи уверял, что не умеет читать мои мысли. И всё же, его Дар плотно завязан на ментальной составляющей. Бодхи проникает в разум своего ученика, влияет на подсознание, входит в некое подобие эмпатического резонанса. И подстегивает активацию участка головного мозга, отвечающего за поглощение праны.
Спустя четыре дня я научился избавляться от усталости, черпая энергию из окружающего мира. Каждая медитация завершалась всплеском активности — я быстро справлялся с текущими делами, носился по квартире, наводил марафет, усиленно занимался спортом. Ежедневно с меня сходило семь потов — гуру заставлял отжиматься, стоять в планке, приседать, растягиваться, качать пресс. Мышцы болели, я сам себе напоминал старика, разбитого параличом. Приток праны исправил ситуацию — боль отступила, вернулись гибкость и уверенность в собственных силах.
— Чакра заработала? — спросил я учителя на третий день тренировок.
— На треть, — кивнул учитель. — Ты закладываешь базу. Но помни о том, что необходимо накачивать энергией техники, а это — совсем другой расход.
Нас больше не отвлекали.
Изредка я находил пропущенные звонки от старых приятелей. Дважды приходили сообщения в «Скайпер». Некто интересовался, почему я забил на рейды, грозился исключением из команды. Весь этот мусор я старательно игнорировал.
Четвертый день принес новые сюрпризы.
У меня разболелась голова.
Поначалу тупая боль пульсировала в затылке, затем неприятные ощущения распространились на виски. К обеду меня так скрутило, что я лежал на кровати, вцепившись в подушку, и с трудом воспринимал действительность. Солнечный свет заставлял глаза слезиться. Пульс участился, дыхание — тоже.
Полина мне помочь не могла, ушла к подружке.
— Что за хрень? — вырвался из моего горла хриплый вопль.
— Ты пробуждаешься, — раздался спокойный голос учителя.
— Больно.
— Еще бы. Все через это проходят.
— Что… мне… делать?
— Лежи и не двигайся, — последовали сухие инструкции. — Нормализуй дыхание. Зачерпни немного праны и восстанови себя.
 
— Я не умею.
— Тогда сдохнешь. Боль будет нарастать, потом — инсульт. Тебя парализует. Ты не встанешь с постели уже никогда.
— Мы так не договаривались.
— А в глобале ничего не пишут? — в голосе Бодхи прорезался сарказм.
Каждое слово дается мне с трудом.
— Я не искал.
— Идиот.
Вероятно, он прав.
— Ты должен исполнять мои приказы, — напомнил гуру. — Делай, что говорю.
Позже я выяснил, что пробуждающаяся чакра бесконтрольно потребляет прану, затапливает энергией сосуды и перегружает весь организм. Необходимо направить силы в правильное русло. Научиться контролировать то, чем не умеют пользоваться обычные люди.
Задним умом мы все сильны.
Сейчас моя жизнь — боль.
— Дыхание! — рявкнул Бодхи. — Вспоминай, чему я учил, говнюк!
Внутри поднялась злость.
Сменилась яростью.
Нечто демоническое захлестнуло разум. Вероятно, наследие моего отца дает о себе знать. Вот только о каком наследии можно говорить, когда я попал в чужое тело?
Ярость меня спасла.
Захотелось встать на ноги и придушить ублюдка, который ничего не рассказал мне о побочных эффектах пробуждения.
Я сел на кровати, игнорируя боль. Поджал ноги, выпрямил спину. Чуть не зацепил головой потолок — я же на верхнем ярусе. Несколько раз глубоко вздохнул, закрыл глаза… и начал восстанавливаться. Напитав свое тело живительной энергией, приступил к нормализации пульса. Удивительно, но получилось. В висках перестало стучать, красная муть перед глазами отступила. Я перенаправил поток энергии в головной мозг. Представил, как нечто прохладное и успокаивающее затапливает разум…
И мне стало хорошо.
Единение с миром — вот что я ощутил.
Умиротворение.
Прана равномерно заполняла меня, циркулировала по венам и лимфотокам, пронизывала ткани и внутренние органы. Думаю, на моем лице проскользнула блаженная улыбка…
Даже ярость больше не имела смысла.
— Очень хорошо, — сказал Бодхи. — Четыре дня. Ты прям как потомственный аристо.
Да, я знаю.
Три-четыре дня — норма для аристократов второго и последующего поколений. Остальные мучаются по полторы недели. В среднем. Ну, или медитируют полжизни, растрачивая весь свой потенциал ради экономии денег.
— Что теперь?
— Просмотри свои техники. Используй магию.
— Ты издеваешься?
— Ничуть. Ты уже способен на это.
События развиваются быстрее, чем я планировал.
Тянусь к образным слепкам из арсенала Никиты Горчакова. Теперь я вижу хоровод дисков со стандартной символикой. Вроде пиктограмм, означающих конкретные умения. Я нифига не знаю об этих пикчах, но стоит сконцентрироваться на любом навыке, и приходит интуитивное понимание. Думаю, если потренироваться, можно и ветки развития отследить.
Итак, что у нас под рукой?
Горчаков, как оказалось, не был стихийным боевым магом. У моей жертвы в загашнике обнаружились простенькие ауры для укрепления мышц и костей, скоростная регенерация, адреналиновый взрыв, электрический и ледяной уроны от ударов. Впрочем, Никита усиленно развивал другую ветку — интеллект, подавление чужой воли, ментальные манипуляции, интуитивные озарения. Похоже, клан использовал этого человека в качестве детектива. Ищейка, которую послали разобраться с важным вопросом. Теперь понятно, почему я не встретил серьезного сопротивления. Мне тупо повезло со специализацией противника.
Хорошо.
Нечто терзает меня, не дает покоя.
— Бодхи, — позвал я.
— Чего тебе?
— Я не вижу ни одной техники демонологов. Только способности, полученные через поглощение.
— Всё верно.
— А почему?
— Врожденные таланты раскрываются постепенно. Думаю, через пару дней ты обнаружишь что-нибудь интересное.
— Я читал, что потомственные аристо открывают отдельные способности на четвертые сутки.
— Открывают. У них есть одно преимущество, Илья. Так называемая сила крови. Родовые способности, обретенные твоими предками. Наследие, не нуждающееся в длительной прокачке.