Извращенные узы

Я наклонилась вперед и нежно поцеловала мужа, после чего развернулась и снова расслабленно прижалась спиной к его груди. На сегодня мне было достаточно этих слов.
Вскоре мои мысли вновь вернулись к Серафине.
Она, должно быть, в неописуемом ужасе – а как же иначе? Я сама была перепугана, когда меня отдали Нино, при том, что у меня было время подготовиться к свадьбе. А эту девушку забрали силой, оторвав от дома и семьи. То, что она знает о Фальконе и Лас-Вегасе, скорее всего, еще хуже того, что рассказывали мне когда-то. Синдикат и Каморра давно находятся в состоянии войны, и это уже никогда не изменится после похищения.
  
Я содрогнулась.
Нино погладил меня по руке.
– Киара, – тихо сказал он. – Не позволяй этому событию затянуть тебя в прошлое.
– Не позволю, но мне трудно смириться с мыслью о страхе, который испытывает эта девушка, – ответила я, обернувшись.
Нино кивнул, пытаясь понять мою жалость, но не в силах уловить ее суть. Ему не было дела до Серафины. Он просто не мог разделить эти эмоции.
Я переплела наши пальцы и решила про себя, что постараюсь быть нашей с ним общей совестью.
Когда вода остыла, Нино помог мне выбраться из ванны и принялся вытирать насухо. Его прикосновения, как всегда, вызвали мурашки по всему телу, но я не позволила себе расслабиться.
После мы улеглись в постель обнаженными и обняли друг друга. Нино был по-прежнему возбужден, но не делал никаких попыток снова инициировать близость.
Я заснула в объятиях мужа, изумляясь силе любви. Несмотря на то что мне было известно о Нино и о том, на что он способен, я любила его всем сердцем.
 
Глава 2
 
Киара
Нино пошевелился и осторожно отстранился от меня. Я смотрела сквозь полуприкрытые веки, как он молча одевается в черную рубашку и джинсы. Закончив, муж бросил на меня быстрый взгляд через плечо, прежде чем отправиться на видеосъемку.
Как только дверь закрылась, я выскочила из постели и накинула халат поверх ночной рубашки. Я догадывалась, где будет проходить запись, и мне необходимо было увидеть Серафину собственными глазами. Более того, мне нужно было придумать, как помочь девушке, не предав свою новую семью – ведь именно таковыми и являлись для меня Фальконе.
Крадясь по коридору, я направилась прямиком к двери, ведущей в подвал.
– Куда это ты собралась?
Я вскрикнула от неожиданности и отпрянула от горячего дыхания на шее. Крутанувшись на месте, я сильно ударилась о грудь Савио.
На его лице мелькнула ухмылка.
– Ой, – сказал он, преувеличенно потирая ушибленное место.
– У тебя просто неприлично хорошее настроение, учитывая, что в подвале пытают девушку, – заявила я, повернувшись и намереваясь двинуться дальше, но Савио встал у меня на пути.
С его лица испарилось все веселье, что случалось крайне редко. Этот пижон вечно либо ухмылялся, либо скалился.
– Всегда кого-нибудь да пытают, – насмешливо произнес он.
Я не поверила в такое равнодушие. В случае с Нино я понимала, почему его это не беспокоит, – такова его эмоциональная предрасположенность, но у Савио не было подобного оправдания.
Он вздохнул, проведя рукой по своим безупречно уложенным темным волосам.
– Девушку не пытают.
– Ты в этом уверен? – спросила я, пробуя обойти его, но он вновь оказался у меня на пути.
– Я не могу позволить тебе спуститься туда. Приказ Нино.
Разозлившись, я быстро проскочила мимо него, но он обхватил меня за талию, оторвав от пола. Меня тут же пронзило напряжение, и я испуганно вздохнула. Савио пронес меня несколько шагов, поставил обратно на пол и заглянул в глаза.
– Давай без панических атак, хорошо? Я просто коснулся твоей талии. В этом нет никакой опасности.
Я сглотнула.
– Ударь меня еще раз, если тебе это поможет.
– Что? – спросила я, сбитая с толку, и моя паника немного отступила.
Савио одарил меня наглой ухмылкой.
– Я знаю, что тебе понравилось бить меня.
Мне стало ясно, чего он добивался, и при других обстоятельствах я, возможно, даже рассмеялась бы.
– Дай мне пройти.
– Нет, – возразил он. – И если ты попытаешься еще раз, я снова тебе помешаю.
– А мне плевать.
Я вновь попробовала пройти мимо него, но на этот раз он схватил меня за плечи и прижал к стене, крепко удерживая. Я извивалась всем телом, но он не ослабил хватку.
– Киара, я не позволю тебе пройти туда, потому что дал слово Нино. Отступись. Мне не хочется насильно удерживать тебя.
Я задрожала от его близости.
– Твою мать, – вздохнул он. – Ты же знаешь, что я никогда не причиню тебе вреда, правда?
Я подняла голову и посмотрела в его лицо и карие глаза, взгляд которых поначалу был настороженным, но теперь смягчился. Немного подумав, я кивнула и расслабилась в его руках.
Он отпустил меня и отступил назад, а затем снова провел пальцами по волосам, посмотрев на меня.
– Как бы я хотел быть там, когда Нино и Римо разделывались с ним.
Я поняла, кого он имеет в виду, и была удивлена его признанием. Мы с Савио начали общение не лучшим образом, и у меня часто складывалось впечатление, что он был недоволен ограничениями, которые привнесло в дом мое присутствие.
Савио прислонился плечом к стене рядом с дверью в подвал.
– Римо никогда бы не причинил вреда невинной девушке, в отличие от твоего дяди.
В его голосе не было и тени сомнения.
– Почему ты так в этом уверен?
– Я знаю его, – просто ответил Савио, на мгновение забыв про свою высокомерную ухмылку.
Как и Нино, он безоговорочно доверял старшему брату. Я хмыкнула, желая разделять их убежденность.
– Хотелось бы пройти на кухню, если мне это по-прежнему позволено.
Савио отступил после минутного колебания, и я прошла мимо него в направлении кухни, но он весь путь следовал за мной, словно назойливая тень.
Я свирепо посмотрела на него.
– Неужели и я теперь пленница в этом доме?
Савио поднял ладони в защитном жесте.
– Это игра Римо, а не моя. Поговори с ним, если тебе не нравится то, что происходит.
Он улыбнулся с таким видом, будто был уверен, что я никогда этого не сделаю. Впрочем, возможно, надменная ухмылка была его своеобразной защитой. Все они носили разные маски: Нино – безэмоциональность, Римо – гнев, а Савио – высокомерие. Мне пока не удалось определить маску Адамо, но он тоже носил свою, не сомневаюсь.
Я развернулась на пятках и направилась в кухню, размышляя о том, каким образом эти коварные Фальконе умудрялись с каждым днем все больше проникать в мое сердце.
Быстро позавтракав, я отправилась в библиотеку, стараясь не обращать внимания на Савио, прислонившегося к двери в подвал и что-то набирающего на телефоне. Я не собиралась проводить весь день в спальне, пока Римо играл в похитителя, а еще никак не могла перестать думать о Серафине.
* * *
Я лежала на диване, когда вошел Нино. Как только я увидела его затравленный взгляд, то сразу поняла, что что-то пошло не так. Отбросив книгу, вскочила на ноги и поспешила к мужу, пытаясь подавить все нарастающее беспокойство.
– Ты в порядке?
Нино обхватил мое лицо и крепко поцеловал, застав меня врасплох. Тело ожило, отвечая на его поцелуй, пока тот не стал еще более горячим, даже чересчур. Я с трудом оторвалась от него, тряхнув головой, хотя мое тело трепетало от желания.
– Расскажи мне, что случилось.
Нино опустил взгляд на свои запястья, где оставались шрамы, и нахмурился, а в его глазах промелькнули боль и печаль, прежде чем холодное равнодушие стерло их без следа.
– Римо провел прямой эфир для семьи Кавалларо с участием Серафины, но ее выбор оказался не таким, как он предполагал.
  
В его голосе не было эмоций, одно лишь ужасающее спокойствие.
Я отпрянула от него.
– Только не говори мне, что он предоставил Серафине тот выбор, о котором я думаю?
Мои внутренности сжались, напрягаясь все сильнее и сильнее с каждым мгновением. Нино продолжал смотреть на меня с невозмутимым выражением лица.