Системный Кузнец V (СИ)

— Аш-Шариб… — прошелестел голос из-за спины. — Слышала, что первая попытка создать Звездную Кровь провалилась. Это правда?
Ни капли злорадства или упрека, только спокойный интерес.
— Да, — ответил просто, не оборачиваясь. — К сожалению, не вышло.
Позади послышался легкий вздох. Я не видел её, но кожей чувствовал, как девушка движется — бесшумно и грациозно, словно пантера, выбирающая момент для прыжка. Решил: пусть играет, пока мне нравится эта игра, буду участвовать.
  
Наконец, Кларисса выплыла из тени слева. Черная статуэтка, ожившая в мерцании факелов. Остановилась рядом и заглянула в глаза.
— Но твой дух всё еще крепок, — серьезно произнесла девушка. — Неудача не сломила тебя, мальчик. Я вижу это.
«Мальчик».
Слово резануло по самолюбию, как ножом по стеклу — я все еще заперт в юном теле. Для неё я — талантливый ребенок, вундеркинд с молотом — эта данность до сих пор была горькой пилюлей, которую не мог проглотить.
Досада наверное скользнула по моему лицу, и Кларисса это заметила.
Сделала еще один шаг — теперь была совсем близко. Почувствовал исходящее от девушки живое тепло и манящий аромат — смесь луговых трав и горького миндаля. Запах далекой и жаркой страны, которой, может быть, даже нет на картах этого холодного мира.
— Ты знаешь, кто я, Аш-Шариб? — прошептала она, и тягучий, гортанный акцент, снова ударил по нервам.
Я не знаю, что Кларисса делала. Магия? Феромоны? Древние чары обольщения? Никогда раньше не ощущал такого дурманящего эффекта — присутствие девушки не просто манило, а сшибало с ног, как взрывная волна.
Изо всех сил старался держать лицо, изображая спокойствие, но понимал, что проигрываю по всем фронтам. Дыхание сбилось, предательски выдавая волнение. Кожа покрылась мурашками, в голове туман.
Что она спросила? Ах, да. Кто она.
— Ты… — мотнул головой, отгоняя наваждение. — Не знаю. Рабыня? Служанка… Наложница?
Голос не дрожал, а проваливался, исчезал на гласных, словно не хватало воздуха.
— Рабыня… — повторила Кларисса — в тоне звучал интимный задор. — Да. Рабыня. Служанка… В прошлом. Теперь — нет. Наложница… м-м-м…
Сделала еще один шаг — теперь нас разделяло лишь дыхание. После зловонного смрада Брандта её аромат опьянял, тепло тела обжигало даже через одежду. Голова закружилась.
— Наложница… — снова произнесла девушка, слово прозвучало как заклинание, подкашивающее колени.
Черт возьми, что происходит⁈ Можно мне билет обратно на Землю? Туда, где я тушу пожары, а не схожу с ума от голоса экзотической ведьмы?
— Я не наложница. Я — возлюбленная.
Кларисса тихо хихикнула, тут же прикрыв рот ладонью, и резко отвернулась, разрывая контакт. Отпрянула на несколько шагов, словно испугавшись откровенности, и подошла к двери, ведущей в купальню — рука легла на ручку.
— Тебе нужно помыться, Аш-Шариб. И хорошо пахнуть.
Нахмурился, пытаясь собрать расплывающиеся мысли.
— Для встречи с Торгримом? — спросил с вымученной иронией. — Не знал, что глава Клана так требователен к ароматам своих гостей.
— Ты не понимаешь, — она обернулась через плечо, и глаза сверкнули в полумраке. — Это покажет, кто ты теперь. Мастер должен пахнуть не потом, а сандалом.
— Это Барон так решил?
— Это я так хочу.
Разговор ускорился, превратившись в фехтование фразами — Кларисса больше не играла, а диктовала условия. И мне это, черт возьми, нравилось.
Я не понимал и половины происходящего. Разум сигналил «стоп», но тело жило своей жизнью.
Сделал несколько решительных шагов к ней — еще немного и потеряю контроль. Схвачу за тонкую талию, прижму к холодной стене, и плевать на всё. Плевать, что я сорокалетний мужик в теле подростка, плевать, что между нами социальная пропасть шириной в океан. Плевать на Барона и на Торгрима, на весь этот чертов мир.
Заставил себя остановиться в полуметре, впиваясь взглядом в лицо. Уголки её губ дрогнули, глаза расширились — кажется, Кларисса видела шторм внутри меня. И ждала с интересом.
— Ты… — начал я. В голосе бушевала буря, но удержал ту как мог. — Возлюбленная Барона?
Прямой вопрос, как удар ножом.
— Да, — ответила с улыбкой, не отводя взгляда. — Но я никогда не буду его… а он никогда не будет моим.
Я не знал, что это значит, но почему-то на душе стало легче, словно тяжелый камень упал с груди.
Черт возьми. Похоже, сердце мальчишки Кая не выдержало — втюрился. Как идиот, как сопливый пацан, влюбился в недоступную женщину-загадку.
Надо остыть, срочно.
— Зачем ты хотела встретиться? — спросил твердо, почти грубо, пытаясь вернуть разговор в безопасное русло.
Кларисса опустила голову, пряча глаза. Пауза затянулась.
— Аш-Шариб… — наконец произнесла та тихо. — Ты можешь стать великим — я это чувствую.
Подняла на меня взгляд, в нем появилась неожиданная уязвимость.
— Я просто хотела… чтобы ты это знал, чтобы ты верил в себя. Не сдавайся, спаси всех нас.
Всё поплыло перед глазами — слова ударили не по эго, а глубже, прямо в душу. Это было не обольщение, а вера, которой так не хватало. Кларисса смотрела на меня как на единственную надежду.
Слова сработали лучше любого допинга — проникли во Внутренний Горн, напитав десятикратной силой. Почувствовал, как расправляются плечи, как страх отступает — смогу, сделаю этот проклятый сплав. Я не буду спать, не буду есть, сдохну, но сделаю. Ради того, чтобы этот взгляд не погас.
Может, в этом и есть её суперспособность? Вдохновлять обреченных на смерть?
Девушка смотрела на меня, не отрываясь — во взгляде было обещание. Восхищение? Чем тут восхищаться? Грязным, уставшим кузнецом-подростком?
Порывисто схватил её за руку — ладонь оказалась горячей, как разожженный горн — пульсирующий жар, который пронзил до костей. Она не отстранилась — я сжал её пальцы, вкладывая в движение всю страсть, что скопилась от со вчерашнего вечера. Дыхание стало тяжелым и рваным.
В золотых глазах снова мелькнула искра… не насмешки, а забавы. Как будто девушка увидела, что мальчишка наконец-то решился стать мужчиной, и это её радовало. В этом не было зла, но заставило меня немного остыть и включить голову.
Но руку не выпустил.
— Кларисса… — прошептал. — Не знаю, что ты делаешь… Но это должно быть вне закона.
Попытался улыбнуться, но губы слушались плохо, а голос дрожал.
Кларисса снова издала тихий смешок, прикрыв рот свободной рукой.
— Там, откуда я родом… — произнесла она, убирая ладонь от лица. Улыбка стала грустной. — Умение владеть разумом мужчины — единственное оружие, которое позволяет женщине выжить.
И я понял: Кларисса не шутит — за экзотической красотой и томным голосом скрывалась история выживания похлеще моей.
Повисла тишина — мы просто держались за руки в полумраке зала. Пыл угас, оставив ровное тепло и ощущение близости.
— Тебе нужно искупаться, — мягко сказала девушка, кивнув на ворох одежды, который всё это время сжимал под мышкой. — И надеть это. Сегодня может решиться многое — не упусти свой шанс.
Кларисса осторожно высвободила пальцы и отстранилась — в глазах всё еще горел огонь, но теперь тот был далеким, как звезда.
— Сегодня… — я сглотнул. — Ты не предложишь искупаться со мной?
Старался, чтобы прозвучало как ирония, но в голосе прорезалась настоящая досада.
— Сегодня тебе это не нужно, Аш-Шариб, — твердо ответила Кларисса. — Сегодня тебе нужна ясная голова, а не дурман. Иди.
Я замолчал, переваривая слова.
Может, она права — сейчас не время для игр. Но внутри кольнула острая досада. Упустил шанс — тот был так близко — протяни руку… А с другой стороны?
  
Вздохнул, опуская взгляд.
С другой стороны — на мне висит долг, который раздавит любого. Нужно работать ночами, нужно создать невозможное. Преодолеть пределы, которые не снились местным мастерам. Нужно выжить — сейчас действительно не до этого.
Поднял глаза — девушка смотрела серьезно, без прежней игривости.