Феи Гант-Дорвенского леса (СИ)

— Разумеется! — с готовностью кивнул пикси. Тилли прыснула от того, насколько потешно он смотрелся в своей одежде из листьев и с бурундучьими пятнышками по всему телу! — Хоть весь дом стащу для тебя, красавица!
— Весь дом не надо, — торопливо произнесла Кейтилин, — а лучше-ка принеси немного хлеба, овощей, зерна для каш, горшочек масла и котелок. И молоко не забудь!
— Ууу, как много тащить, — пригорюнился Имбирь. Но тут же, увидев расстройство в глазах Кейтилин, оживился и торопливо заговорил: — Но, конечно, я всё это сделаю! Положись на меня, златовласка!
И тут же исчез, как будто бы его и не бывало.
Кейтилин замерла, рассматривая свою руку, а потом прыснула и рассмеялась. Тилли же слегка хихикнула и улыбнулась, но хохотать не стала: уж слишком тяжелым было настроение после пробуждения. К тому же она была уверена, что этот негодяй снова их обманет и обдурит; и что тогда им делать?
Но, с другой стороны, они хотя бы его прогнали. Теперь девочки могут отправляться в дальнюю дорогу без него, и никто больше не станет им вредить.
— Хороша придумка, — сухо заметила она, когда Кейтилин наконец отсмеялась. — Но ты бы хоть с вещами помогла, королевишна. Мне что, за тебя всё собирай, что ли?
— Ой, прости, — тут же смутилась Кейтилин. — Конечно, я тебе сейчас помогу!
Она быстро и деловито начала поднимать валяющиеся на земле предметы. Неожиданно для Тилли, Кейтилин работала старательно и аккуратно, и потому вскоре полянка была пуста. Всё то время, пока девочки были заняты работой, Тилли поглядывала на Кейтилин, размышляя, стоит ли её спрашивать, к какому доктору она отправила Имбиря или нет… Может быть, это какой-то плохой человек, которому надо было насолить. Но тогда почему она так мало попросила у Имбиря? Сказала бы: «Сломай ему двери и всю посуду, а также стащи из угля очаг, чтобы больше никогда в его доме не было тепла! И усы ему нарисуй». Вечно эти богатенькие не додумывают дела до конца!
А, может, он и не враг ей вовсе? Может, напротив, какой-нибудь друг, который всегда готов поделиться чем-нибудь вкусным. Но зачем тогда у него воровать?..
Тилли не находила ответа на этот вопрос, и её мучало ужасное любопытство.
  
Глава 16
 
— Ну пойдём уже наконец!
Тилли с раздражённым рыком уселась на землю и демонстративно скрестила руки на груди. За всё то время, что они торчали на полянке, солнце окончательно встало и коснулось своими теплыми лучами верхушек деревьев. Кейтилин любовалась природой, не обращая внимания на рассерженную спутницу. Девочка в пятый раз перебрала вещи и аккуратно положила их обратно; вид заметно опустевшей корзинки расстраивал Тилли, оттого она злилась ещё сильней.
— Да какого чёрта нам вообще его нужно ждать?! — ворчала она. — Ушёл он давным-давно, и скатертью дорога!
— Потерпи немного, — ответила Кейтилин, порядком уставшая от жалоб Тилли. — До города не близко. Скоро он должен вернуться…
— Скоро! Да как скоро, балда? Сколько ты собираешься его ждать, два дня, три?
— Но он может показать нам дорогу, Тилли. Мы же за этим его и взяли.
— Ага, покажет! Дыру в башке он тебе покажет! — Тилли встала и отряхнула юбку от сухих листьев. — Правда, пойдём уже, нечего его ждать. Наверняка смотался уже, а теперь где-нибудь сидит у себя на ветке и ржёт над нами. Так мы только время потеряем.
Кейтилин молчала. Тилли выжидающе посмотрела на неё: и чего только у этой девчонки в голове творится, интересно знать! Она как будто бы на самом деле ждала этого проходимца. Вот чудная! Нашла кому доверять! Тилли нисколько не сомневалась в том, что Имбирь просто воспользовался предлогом, чтобы смыться: понял, наверное, что за корзинку-то его не простят, вот и умотал куда подальше!
Однако, как бы сильно Тилли не злилась на поведение Кейтилин, на её молчание и упрямое ожидание, девочка испытывала легкое смущение перед подругой. Обычно Кейтилин легко обижалась на слова Тилли, и в такие моменты Тилли было очень легко на неё сердиться, но теперь, когда Кейтилин вот так стоит и молчит…. Неужели она в самом деле верит этому Имбирю? После всего того, что с ними произошло?
 
Тилли этого не понимала. И потому она не знала, как себя сейчас следует вести и что делать. Не ждать же, в самом деле, этого пикси…
— Пойдем, — сказала она уже без прежнего раздражения. — Нет никакого смысла его ждать. Если он в самом деле такой знаток леса, то сам нас догонит. А если нет, то справимся как-нибудь без него.
Кейтилин медленно пожала плечами. Девочка выглядела очень серьёзной и сосредоточенной, и было неясно, услышала ли она слова Тилли или же очень крепко задумалась.
— Ладно, — наконец произнесла она, когда Тилли уже собралась повторить своё предложение. — Наверное, ты права. Но я всё равно беспокоюсь: будет очень неловко, если Имбирь не придёт… то есть, придёт на полянку и не увидит там нас.
— У других фей спросит, — торопливо ответила Тилли, выхватывая у Кейтилин корзинку. — Пошли уже, а то весь день потеряем!
Кейтилин робко последовала за Тилли, то и дело оглядываясь по сторонам. Вероятно, ждала, что вот прям сейчас появится Имбирь с награбленным, и тогда им не придется беспокоиться о еде и о том, куда же этот паршивец пропал. Но Тилли была настроена решительно: она быстро шла вперёд, и феи, сидящие на её пути, с обиженными вскриками и испуганными ойканьями разлетались в стороны.
«Да не наступлю, дураки, не бойтесь», — сердито думала Тилли, на секунду задерживая ногу над землёй, чтобы дать волшебному народцу разбежаться. Самое время было подумать о еде… точнее, о том, как они будут её доставать. Хорошо, если по дороге они будут встречать ягоды и грибы… но откуда? Ведь до того им не попадалось ничего съестного. Хотя они прежде не искали еду, но вряд ли обе девочки проглядели бы ягоды и грибы. Особенно Тилли.
А охота… От одной мысли о ней сердце Тилли застучалось сильней, а пальцы крепко-накрепко сжали ручки корзины. Конечно, мясо — это хорошо… но убивать животных в волшебном лесу — опасность, большая опасность. Феи обычно такого не прощают. Да и справится ли она? Ей не страшно убить животное, хотя в первый раз её, наверное, стошнит, но не это представлялось Тилли проблемой: звери ведь убегают, сопротивляются. А если у них будут острые зубы? Или копыта? Или что ещё? Чем они будут свежевать дичь? Топором?
Ох, как это всё тяжело. Одно было ясно наверняка: по дороге надо собирать всё, что можно съесть. Ну, кроме ядовитого, само собой.
Хотя знает ли Кейтилин, как отличить одно от другого?
— Эй, златовласая, — заговорила Тилли, не поворачиваясь к подруге, — в твоих этих книжках написано, как ядовитые ягоды отличить от обыкновенных?
— Я читала, что неядовитые грибы и ягоды обычно поклеваны птицами, — раздался в ответ голос Кейтилин. — И не называй меня больше златовласой!
— Это ещё почему? — искренне удивилась Тилли.
— Потому что это некрасиво! И невежливо! У меня вообще-то имя есть!
— Ага, дура набитая твоё имя, — хихикнула Тилли.
— Чего-о-о?
Кейтилин тут же остановилась, и Тилли недоуменно обернулась к ней. Глаза девочки сверкали от обиды, и придавали нескладному образу Кейтилин грозности. На секунду Тилли даже показалось, что Кейтилин сжала кулачки. Неужто обиделась?
— Эй, я ж шучу, — неловко произнесла девочка, делая шаг назад. Странно, раньше бы её ничего подобное не смутило бы… — Ну пойдём, э…
— Шутит она! — рассерженно ответила Кейтилин. — А если я тебя так назову?
— Ну назови, — пожала плечами Тилли. Она искренне не понимала, в чем проблема. — Хочешь — назови. Я не против.
 
— Ну нельзя же так! — Кейтилин стояла на месте, сжимая маленькие кулаки. Тилли мрачно посмотрела на неё: в этот момент спутница казалась ей похожей на слабого мальчишку, готовящегося к драке. Ох, скольким таким она давала лещей… — Ты вообще понимаешь, что ты меня обидела?
— Да почему?! Что я сказала-то?
— Никого нельзя называть дураками! Тебя мама этому не учила?