33 несчастья (СИ)

Взобравшись на нужный, восьмой, этаж, Ривая под дверью ожидает дохрена неожиданный и такой же неприятный сюрприз, который заставляет его резко застыть на месте, отчего парень сзади врезается в него. Ривай отчаянно надеется, что это наваждение, мираж, иллюзия. Пожалуйста, пусть это окажется работой больного воображения.
— Вижу, ты зря время не терял, — с фальшивым спокойствием развевает все его надежды Эрен. В больших раскосых глазах мелькает тень, но Ривай слишком зол, чтобы ее заметить. — Приятно знать, что хоть кого-то ты не игнорируешь.
  
— Какого хрена ты тут забыл? — шипит на него Ривай, опасно прищуриваясь.
— Бывший? — понимающе уточняет звезда танцпола, не отпуская руку Ривая, что, впрочем, не мешает ему смерить Эрена похотливым взглядом и плотоядно облизнуться.
— Настоящий, — нагло выдает Эрен, ухмыляясь и скрещивая руки на груди. Видимо, ситуация его нисколько не смущает, даже наоборот, забавляет.
— Ну тогда, сладкий, я согласен на тройничок, — заявляет парень, стреляя глазами в Эрена, который совершенно не смотрит в его сторону. Он занят тем, что пристальным взглядом раскладывает Ривая на химические составляющие.
— Охренеть, — это все, что может выдать Ривай в данный конкретный момент. Внутри шок от не самой приятной неожиданности мешается с гневом и раздражением, и оно лишь растет от осознания того, что по всем показателям он проигрывает Эрену. Ривай не такой молодой, черты лица резкие и хищные, скорее отталкивающие, в отличие от скульптурного совершенства — Эрена. И то, что жестоко било под дых — гребаная разница в росте. Эрен был невероятным, стройными, высоким, как в модельных заповедях — то, что называют «ноги от ушей». Ривай же был хоть и складным, но всего каких-то несчастных метр шестьдесят. Этого предательства природе он так и не простил. Так что сложно винить парня в желании затянуть Эрена в постель. Чего греха таить, даже Ривай об этом мечтал. До тех самых пор, пока не познакомился с Эреном лично и понял, что из этого тихого очаровательного омута все черти нафиг съехали, не в силах выдерживать уровень стресса.
— Да, обстановка могла бы быть и поприятнее, — молчать Эрен, по всей видимости, просто не умеет. Странно, что он дожил до своего возраста с такими привычками.
— Пошёл вон, — тихо, но со внушительной долей угрозы в голосе приказывает Ривай Эрену. — Какого хрена ты вообще забыл на моем пороге?
— Ты не отвечал на сообщения, — невозмутимо оповещает Эрен, без тени страха глядя прямо Риваю в глаза, беся его этим ещё больше.
— А с чего я должен это делать, если себя ты ответами не утруждаешь? — вопрос вырывается прежде, чем Ривай успевает решить, что оставит его при себе. Звезда танцпола переводит жадный заинтересованный взгляд с одного на другого и обратно.
— Неужели ты обиделся? — самое отвратное, что Эрен действительно выглядит удивлённым, и от этого кулаки у Ривая чешутся ещё сильнее. Таких ярких представителей от пресловутых мудаков он ещё на своём веку не встречал, а знал он их немало.
— Вести с тобой разъяснительные беседы не моя забота, — холодно цедит Ривай сквозь зубы. — Иди, куда шел, и не порти мне вечер.
— Начнем с того, что я шел к тебе, — красивые губы растягивает елейная улыбочка. — И я не порчу вечер, я делаю его ярче.
«Вот это самомнение», — пронеслось у Ривая в голове.
— Вот и тащи свою яркую задницу в клуб, уверен, она привлечет много внимания.
— Но-но, — Эрен наигранно сурово машет своим длинным пальцем, на котором снова красуется тонкое серебряное кольцо. Ривай с трудом сглатывает, пытаясь себе напомнить, что, вообще-то, безумно зол. — Я что, похож на шлюху?
— Ты похож на ангела, сладкий, — льстиво выдает звезда танцпола, а Ривай обреченно закатывает глаза и радуется, что в клубе они почти не разговаривали. Он вообще не планировал говорить.
— Сейчас ты похож на геморрой.
— Фу, как грубо, — кривится Эрен, но Ривай видит, что его слова от парня отрикошетили, не нанеся его безмерно раздутому эго желаемого ущерба. Аккерман досадливо дергает краешком губ.
Внезапно щелкает замок на соседней двери, и в проходе появляется Клэр в плотном халате цвета мокрого асфальта. Увидев Ривая, она заметно удивляется, и в ее глазах немного тухнет воинственный огонек.
— Ривай, объясните, пожалуйста, что тут происходит, — требует женщина, непримиримо скрестив руки на груди.
— Вечер добрый, Клэр, — тут же встревает Эрен, обворожительно улыбаясь пожилой даме своей белозубой улыбкой. — Как поживаете?
— Весьма сносно, благодарю, — вежливо кивает Клэр, а у Ривая едва челюсть не отпадает. Клэр ведь жаловалась на Эрена, даже говорила о том, что хотела вызвать полицию, тогда какого сейчас происходит? Почему они ведут себя так, будто знакомы? Ривай переводит растерянный взгляд на звезду танцпола и наблюдает на его смуглом выразительном лице еще большее замешательство, нежели у него самого. Бедный, он даже представить не мог, чем обернется этот вечер. Хотя, по правде говоря, Ривай тоже не знал. Он просто хотел потрахаться, а не стать участником циркового представления.
— Извините за шум, — и куда только делось то невоспитанное недоразумение, которое караулило его у порога? Вместо него предстал галантный улыбчивый юноша с озорными огоньками в топких зеленых глазах. Сейчас он – ожившяая голубая мечта Ривая. — Мы сейчас войдем в квартиру и перестанем вас беспокоить, — обещает тоном, что не верить в его слова практически невозможно.
Вероятно, именно поэтому тот телемагазин все еще жив и находится на плаву. Эрен забалтывает людей и умеет предложить так, что расстаться со своими деньгами, чтобы приобрести потрясающую мультифункциональную насадку для шланга, кажется жизненно важным. Даже несмотря на тот факт, что в городской квартире шланга нет и в помине.
Ривай стоически терпит расшаркивания Клэр и Эрена, даже кое-как желает женщине доброй ночи, но как только дверь закрывается, безапелляционно заявляет:
— Я ни за что не пущу тебя в свою квартиру.
— Но его же пустишь, — Эрен указывает на застывшую звезду танцпола. — Чем я хуже?
— Тебе краткий список или развернутый?
— Можно письменный.
— Я, пожалуй, пойду, а вы тут разбирайтесь, — внезапно вклинивается компания Аккермана, которая, похоже, решает умыть руки. — Вам есть, чем заняться, — парень смеривает Ривая и Эрена красноречивым взглядом, словно знает что-то, что не доступно им. — Если захочешь встретиться, позвони, — и звезда танцпола ловким движением выуживает из кармана безбожно узких штанов бумажку с номером и протягивает Риваю, который принимает ее чисто на автомате. — И если твой друг захочет повеселиться, — он подмигивает Эрену, — пускай звонит в любое время дня и ночи.
И с этими словами надежда Ривая на хороший вечер ретируется, призывно виляя бедрами.
Ривай крепко ругается сквозь зубы, сжимая кулаки до побелевших костяшек. Чертовски хочется что-нибудь раздолбать, как-то выпустить пар. Ощущение совсем как когда он был подростком — для того, чтобы успокоиться, он часто ввязывался в драки или ходил бить разный мусор, которого рядом со старым заброшенным вагоном поезда всегда было в избытке. И сейчас в каждой его клеточке горит это желание взять в руки биту и хорошо помолотить ей что-нибудь — все же если он в приступе гнева покалечит человека, получится не очень хорошо.
— Надеюсь, ты не очень расстроился, — Эрен либо совершенно не чувствует атмосферы, либо просто считает себя бессмертным. — А он был ничего так. Хотя тебе не кажется, что мы с ним как-то подозрительно похожи? Или я просто в твоем вкусе?
  
Ривай шагает к нему и, схватив за грудки, с силой прикладывает о стену, с мрачным удовлетворением слыша сдавленный выдох, вырвавшийся из груди Эрена. Немного приподнимается на кончиках пальцев и шепчет почти в губы:
— Доволен собой, да? Что это, блять, за акция «Додолбайся до Ривая Аккермана», а? Тебе в кайф мне жизнь портить? Спешу разочаровать, это было последнее представление, и если я еще раз увижу тебя, разобью тебе нос.