Трон галактики будет моим! Книга 2 (СИ)

Мы поставили глайдеры в ряд вдоль улицы, чтобы сориентироваться в этой кинодекорации, поскольку никаких общедоступных информационных ресурсов, рассчитанных на помощь новоприбывшим, Солепорт похоже не имел за ненадобностью, никто в своем уме сюда извне не ездил.
Ну и началось всё с того, что я собственно вполне невинно спросил у первого встречного показать дорогу:
— Подскажи, милейший, а в вашем славном городке найдется хороший отель?
  
— Че? — озадаченно выдал этот встречный просоленный оборванец, неподдельно шокированный нашим появлением на его тусклом жизненном пути.
Ну, вот что значит, в данном случае, это его «Че»? Вот чего я сейчас непонятного сказал? Я же не как пройти в библиотеку среди ночи спрашиваю?
— Отель, — терпеливо повторил я.
— А? Отель? — безжалостно испытывая моё терпение тупо переспросил оборванец.
— Да, блин, отель, чтоб его! — вывел он меня, всё же. — Ну какие еще бывают отели⁈ С номерами, рыбной кухней, с видом на море! Я по-клингонски говорю, что ли?
— Щаз поспрошаю по знакомым, — пробормотал оборванец, быстренько удаляясь из поля моей досягаемости. — Слышь, братва! Тут какие-то мамзеля расфуфыренные отель себе ищут! Чё думаете?
— Ну если сильно хотят, значит найдут, — получил он расслабленный ответ из глубин окрестных трущоб. — У нас с этим запросто. Мы тут все находчивые.
Братва, что начала подтягиваться к разговору из темных переулков, была действительно отмечена печатью некоей хищненькой пронырливости, какую замечаешь у каких-нибудь токсичных многоножек, под вывороченным трухлявым пнем. В их находчивости оснований сомневаться у меня нисколько не возникало.
— Ух ты! А кто это у нас? — развязно обсуждали нас, новые внезапно нарисовавшиеся персонажи. — Свежатинка залетная! Братва, тут нам мясной подгон! Подтягиваемся!
И они подтягивались, и становилось их уже как-то многовато против нас.
Ну, ничо, бластеров у нас, по идее, больше, чем во всём этом населенном, так сказать, пункте, чёрной жемчужине у знатно пересоленного моря…
— Ой, а кого это к нам ветром занесло? — воодушевленно выкрикивали с той стороны.
— Надуло из пустыни! — отвечали оттуда же
— И чего им надо? — верещал особо активный оборванец. — Тепла и приюта? Ну, так я душа широкая, я всех приютить смогу!
Довольный хохот поддерживал его тонкий публичный юмор. Толпа заметно разогревалась.
— Мы же не собираемся сжечь этот городишко, господин учитель? — не вставая с кресла в глайдере, тоном пресыщенной туристки громко, так, чтобы всем хорошо было слышно, поинтересовалась Иоланта.
— Это было бы невежливо с нашей стороны, — усмехнувшись отозвался я, стоя перед толпой с руками на поясе.
Между нами ещё оставалась полоса истоптанной дороги, которую никто ещё не рискнул пересечь, видимо, чуяли собаки, что за мной не заржавеет пристрелить прямо с бедра.
Но только вопрос времени, когда в нас начнут стрелять оттуда…
— Ха-ха-ха! — вы смотрите, какая горячая красотка! — закричали из толпы. — Мелкая, а огонь!
— Даже не понимаю, с чего так вам весело ржать, — оскалился я в ответ этим записным юмористам. — Она действительно может сжечь это гнусное местечко дотла. А мы ей поможем.
— Ути-пути, да вы стра-ашные! — весело провели из толпы.
— Ты даже и не подозреваешь насколько, добрый незнакомец, — с удовольствием продолжал я валять дурака.
Я увидел в руках у одного из парней бластерный ствол. И что самое стрёмное — стоял он не в первой шеренге, а во второй. Такие часто готовы шмальнуть ради общего блага, как им кажется, из-за спины соратников, и плевать, что первую шеренгу повалят первыми же.
Мне почему-то валить никого из этих шавок не хотелось. Слишком мелкие соперники, чтобы тратить на них бластерные патроны и время. Да и жечь городишко не хотелось — как-никак, мы тут под прикрытием, туристы, все дела.
Ну и чего прикажете делать? Показать зубы, или, всё-таки, пожалеть эту детсадовскую группу?
И в этот момент Макс, чей глайдер остановился подальше, просёк, что самое время. Можно подумать, что он ворвался в ряды шакалов и раскидал их, но нет. Во-первых, мы ему говорили делать так только при крайней необходимости. Во-вторых, его человеколюбие… В общем, для начала он просто поднялся из сиденья и подошёл поближе.
Ну, и этого оказалось практически достаточно. Его рост и выражение лица, конечно, впечатлили всех. Толпа портовой гопоты приутихла на миг, а некоторые отступили на пару шагов назад. Но потом снова началось:
— Да что вы сделаете!
— Ну, давайте, сожгите тут всё! — злобно подбивали нас из толпы. — Церберовы вам счетец-то знатный выставят, не утащишь!
Ага! Уже пошёл неймдроппинг, как говорили у нас в Пантеоне, то есть хвастовство знакомством с известными личностями — верный знак, что парни готовы отступить.
— Да за такое зажигательное развлечение мы заплатим Виктору Витальевичу вперед, — зловеще усмехнулся я.
А Илья, похоже, не догнал, что битва уже выиграна. Вышел вперёд и уже приготовился наставить ствол на ближайшего, как вдруг в нашу зажигательную беседу ворвался новый рычащий голос.
— Так! А ну все! Хорош ржать! Языки прижали, и по норам, крысы вяленые!
Ого, неужто это у кого-то голос разума прозвучал?
— Чего? — послышались в ответ реплики.
— На кого вы тут пасть разеваете, салаки позорные? По норам, я сказал! Зубы вырву, ногти пооткусываю!
Точно, это он. Голос разума. Тут других аргументов не рассматривают, если разум кусачками ногти вместе с фалангами не откусывает. А то не доходчиво.
— Ладно-ладно, Галлахад, остынь, — обиженно бросили из мгновенно поредевшей толпы. — Опять ты за чужаков встреваешь. Смотри теперь, мы тебе это ещё припомним. Мы тебя ещё одного подловим.
— Да я тебе прямо сейчас хребет вырву, — ласково прорычал Галахад, и я, знаете сразу поверил, что сможет. Никаких проблем при его габаритах. Масса мышц на теле и теплая белозубая улыбка на загорелом дочерна лице.
Всего на голову с небольшим поменьше нашего Макса.
Ответить ему никто уже не стал, некому оказалось, алчущая мясца толпа рассосалась быстрее, чем собралась. Впечатляюще.
— Впечатляюще, — произнес я. — А вы умеете владеть словом, почтенный Галлахад.
— Что-то мне подсказывает, что вы и сами с этими шпротами бы управились, — усмехнулся смуглый здоровяк в просоленном комбинезоне и тяжелых ботинках.
А сам взглянул на Макса и коротко кивнул. Тот сперва опешил, а потом тоже коротко кивнул в ответ.
— Это так, но массовые убийства, это не то, что мы здесь ищем, — поморщился я.
— Да? — усмехнулся в ответ Галлахад. — Слышал, вы тут отель искали?
— Да, нам нужно пристанище на день-два — согласился я.
— Отелей здесь отродясь не было, но я приглашаю вас принять мой кров и пищу, — сказал Галлахад.
— И мы благодарны тебе, прибрежный брат, — внезапно ответила за меня Стальная Кукушка, выбираясь из глайдера и кланяясь.
— А что ты тут делаешь, сестра из пустыни? — удивился Галлахад.
Ух ты, да они кажется из родственных культур, я даже слышал о них. Пустынгеры и Сольтынгеры. Только сольтынгеров практически не осталось уже, с ростом городов в Западной Гербере ассимилировались обратно в колониальное общество. Так Галлахад из этой ветви? Интересно.
— Наш путь ведет к далекой цели, — тонко улыбнулась Кукушка, кланяясь снова.
— А-а, — протянул Галлахад. — Так ты из этих. Из двоИшников. Понятно. Ну, я не ортодокс, мне это всё поровну, верь, во что хочешь. И будь гостем моего корабля. И все твои спутники конечно. Давайте за мной, нам нужно попасть на пристань.
Хоть берег тут и продолжал отступать, пристань оказалась не так уж и далеко, мы не преодолели до неё метров сто всего. Там стояли корабли скованные соляной прибрежной коркой.
  
— Добро пожаловать на мой солеход «Король-рыбак», — бросил Галлахад махнув рукой в сторону особенно крупного судна у причала. — Комфортабельнее корабля не найдете на этом побережье.