Суда не будет (СИ)
— В известном тебе будущем? — переспросил Вовка.
Я кивнул и ответил:
— Да. В известном мне будущем. Где Вася Малой третьего февраля девяносто пятого года убил в Нижнерыбинске семью Лаптевых: двух взрослых, троих детей. А пятого февраля того же года тот же Вася Малой убил майора Николая Синицына. Майора Коле в следующем году присвоят. Это к слову. Теперь Синицын, быть может, дослужится до полковника.
— Потому что Вася Малой выпал из окна, — сказал Вовка.
Он скрестил на груди руки.
— Вот именно, брат, — сказал я. — Выпал. Лаптевых теперь Малой тоже не убьёт.
Владимир покачал головой. Его лоб снова рассекли морщины.
— Димка, ты понимаешь, насколько странно звучат твои слова? — спросил мой младший брат.
Я улыбнулся и кивнул.
— Понимаю, Вовчик. Но мне на это наплевать. Ты сейчас не в больнице. Надя жива, пусть и хмурая. Со стороны Соколовского и Фролова вам теперь ничто не угрожает. Серый лежит в морге. Такое будущее мне нравится. Как бы странно мои слова не звучали. А то, что вы с Надей мне сейчас не верите… так это дело поправимое. Потому что… вот.
Я снова положил руку рядом с лежавшим в центре стола конвертом.
Мой жест вновь приковал к конверту внимание Вовки и его жены.
— Дмитрий, — едва слышно произнесла Надя, — что там внутри?
Я кончиком пальца подтолкнул конверт ближе к Надиным рукам.
Ответил:
— Там я подробно записал историю Лизиной болезни. В известном мне будущем болезнь распознали слишком поздно. Но Вовка и Лиза боролись с ней до последнего. Им помогали в этом многие хорошие люди, врачи. Я указал в своих записях их имена и место работы. Ещё вы там найдёте подробные рекомендации по лечению. Они вам пригодятся…
Я посмотрел Наде в глаза.
— … Если вы не пропустите моё предсказание мимо ушей. В известном мне будущем Вовка похоронил жену и дочь. Теперь его жена рядом с ним. Я очень надеюсь, что вы вместе с дочерью отметите тридцать первый Лизин день рождения. В прошлый раз Владимир его отмечал один, сидя в инвалидном кресле-коляске около могил на Кисловском кладбище.
Вовка посматривал на меня исподлобья.
Надя решительно придвинула конверт к себе, накрыла его ладонями. Скрыла от моих глаз надпись «Лиза».
— Дмитрий, я прочту всё, что ты там написал, — пообещала она.
Взглянула на своего мужа и уточнила:
— Мы прочтём.
Владимир дёрнул плечом. Он глазами указал на два других конверта.
Спросил:
— Что ещё ты принёс? Давай, брат, рассказывай. Мы теперь любым твоим историям поверим.
В голосе брата я уловил иронию.
Я придвинул к пачкам сторублёвок второй конверт: тот, где красовалась надпись «Деньги».
— Для лечения Лизы вам понадобятся деньги, — сообщил я. — Причём, большие. Поэтому я накидал список рекомендаций по улучшению финансового благополучия вашей семьи. Все они основаны на предсказаниях будущего. Изложенные там факты в очередной раз убедят вас отнестись предельно серьёзно и внимательно к содержимому первого конверта.
— Что там? — спросил Владимир. — Выигрышные комбинации номеров билетов «Спортлото»? Или координаты места, где спрятали царское золото?
Кончики его губ дрогнули, будто Вовка попытался улыбнуться. Его жена смотрела на меня по-прежнему серьёзно. Я отметил, что в этой новой жизни Надя ещё никогда не смотрела мне в глаза так долго.
— Там я оставил для вас рекомендации по покупке акций и… прочих пока непонятный вам вещей. Указал результаты многих спортивных соревнований, в том числе футбольных и хоккейных матчей. С их помощью вы неплохо заработаете на ставках. Между прочим, на этой зимней Олимпиаде наши хоккеисты возьмут золото. А сборная Испании по футболу получит золото Олимпиады летом.
— Чемпионами СССР в этом году станут спартаковцы? — сказал Вовка.
Он хитро сощурился.
Я покачал головой.
— Не угадал, Вовчик. Первыми станут ЦСКА. «Спартак» займёт второе место. Бронзу возьмёт «Торпедо».
— А киевляне?
Вовка приподнял брови.
Я пожал плечами.
— Этого я не помню. Но среди призёров в этом году их не будет.
— А в следующем?
— В следующем году не будет чемпионата СССР по футболу, — сказал я. — Потому что в конце этого года СССР распадётся на пятнадцать независимых государств. По числу нынешних республик.
Вовка и Надя переглянулись.
— Но ведь на референдуме вся страна проголосовала за сохранение Советского Союза, — сказала Надя.
— Проголосовала, — согласился я. — Но СССР это не спасёт. В конце этого месяца в Москве будет попытка государственного переворота. Позже её назовут «Августовский путч». Вся страна девятнадцатого августа будет смотреть по телевизору балет «Лебединое озеро». Но попытка сохранить СССР провалится.
Я развёл руками, пообещал:
— Новый год вы встретите уже в другой стране: в Российской Федерации. С Новым годом вас по телевизору поздравит Ельцин. А полки магазинов в канун праздника будут идеально чисты и пусты. Так что подготовьтесь к зиме заранее. Деньги для этого у вас теперь есть. Не жалейте их. Купите себе и дочери в коммерческом магазине подарки.
Вовка хмыкнул.
— Невесёлое будущее ты предсказал, брат, — произнёс он.
Я ответил:
— Какое видел, такое и описал.
Владимир дёрнул головой и спросил:
— А что ты нам принёс в третьем конверте?
Глава 22
Я взял в руки конверт, на который указал Вовка. Продемонстрировал его своему младшему брату и его жене. Выждал, пока они прочтут на нём надпись «Работа». Этот конверт был заметно толще и тяжелее двух других, которые я уже передал Владимиру и Наде. Я снова положил его перед собой на стол. Прижал его к столешнице ладонью. Посмотрел на освещённые солнечными лучами лица Вовки и Нади. Увидел в глазах своего младшего брата иронию. Отметил, что его жена выглядела сейчас совершенно серьёзной.
— Этот конверт оставлю тебе, Вовчик, на хранение, — сообщил я. — Спрячь его пока. Не открывай. Иначе испортишь жизнь себе и своей семье. Его содержимое тебя сейчас не касается. Пока это моя работа. Твоей она станет только в том случае, если я вдруг исчезну. Откроешь его, если я в течение трёх месяцев не подам о себе никаких вестей.
— Дмитрий, ты уезжаешь? — спросила Надя.
Я кивнул.
— Да. Сегодня ночью.
— Куда? — спросил Вовка.
— В Ленинград. Здесь я свои дела завершил.
— Лиза расстроится, — произнесла Надя.
Она опустила глаза.
— Я тоже буду по ней скучать.
— Едешь к генеральской дочке? — сказал Владимир.
Он усмехнулся.
— Да. Сейчас я ей нужен.
— На свадьбу пригласишь?
— Обязательно. Если она состоится.
Вовка сощурил глаза и спросил:
— Считаешь, генеральская дочка не выйдет за тебя? Или её папаша не даст добро на свадьбу?
Я покачал головой.
— Не в этом дело, Вовчик. Она согласится.
— Так в чём проблема?
Я усмехнулся и спросил:
— Помнишь, как написал Булгаков?
Надя вновь посмотрела мне в глаза и процитировала Булгаковского Воланда:
— Человек смертен, но это было бы ещё полбеды. Плохо то, что он иногда внезапно смертен.
— Всё верно, — сказал я. — Именно поэтому я оставлю этот конверт вам.
Вовка и Надя скрестили взгляды на спрятанном под моей рукой конверте.
— Что в нём? — снова поинтересовался Владимир.
— Там информация о том, что я сейчас считаю своей работой. Она станет твоей работой, Вовчик, если я вдруг… её не выполню. Там лежит информация об убийцах и маньяках. Списки с именами и адресами их будущих жертв, даты пока ещё не совершённых преступлений. Это важные сведения. Не хочу, что бы они остались… неотработанными. Понимаешь, брат?
Я убрал с конверта руку, сдвинул его на центр стола.
Сказал:
— Это копия. Такой же список есть и у меня. Здесь я написал только о тех преступниках, которых судить не нужно.
* * *В гостях у брата я сегодня пробыл до темноты. Труднее всего было прощаться с Лизой. Я пообещал племяннице, что непременно прочту её оконченный роман, когда приеду из Ленинграда. Поцеловал в щёку Надю, пожал руку Вовке. Отогнал «копейку» в гараж. Вернулся домой — следов пребывание там посторонних людей не обнаружил.