Укрощение невесты (ЛП)

Мама выглядит задумчивой.
— Хм. Я могла оставить их здесь.
Я ставлю свою кружку и следую за ней по коридору. Я наблюдаю, как она касается двери, и та уходит в стену, открывая мою спальню.
— Это моя комната. — Я вхожу внутрь. Здесь все мои вещи. Это похоже на мою старую комнату, с той лишь разницей, что теперь все стены стеклянные.
— Ты думаешь, я выбросила твои вещи? — Ее идеальные брови сходятся на переносице.
— Я подумала, может, ты все упаковала или что-то в этом роде, — признаюсь я.
— Я знаю, что не очень заботливая мать, но ты все еще моя малышка, Дафна. Мне жаль. Я должна была вести себя лучше. Мне следовало проводить с тобой больше времени. Мы с твоим отцом просто хотели, чтобы ты была независимой, но, думаю, мы также отдавались своей работе больше, чем следовало. Мы оба слишком амбициозны. Всегда такими были. — Она улыбается мне. — Я исправлюсь. Обещаю. У моих внуков будет самая лучшая бабушка, — добавляет она. И снова это один из тех случаев, когда я вспоминаю, что мои родители действительно любят меня. Просто немного иначе. Я видела выражение их лиц, когда я появилась живая и здоровая. Облегчение. Мама выглядела так, будто вот-вот расплачется.
— Я люблю тебя, мам. — Я подхожу и обнимаю ее. Она целует меня в щеку.
— Я тоже люблю тебя, дорогая. — Она обнимает меня еще крепче. — Я буду в гостиной, — говорит она, прежде чем оставить меня одну в моей комнате. Я подхожу к своему старому сундуку и нажимаю большим пальцем на экран блокировки. Он открывается со щелчком. Мой папа поставил на него специальный замок. Тогда я думала, что это волшебство. Я смеюсь, вспоминая об этом.
Я протягиваю руку, нахожу то, что искала, и достаю это. По какой-то причине у меня возникает непреодолимое желание показать это Тирнану. Это доказательство того, что я уже некоторое время одержима им. Судьба.
— Это была судьба с самого начала. — Я провожу указательным пальцем по обложке.
— Рыжая?
Я роняю блокнот и вскакиваю на ноги. В дверях моей спальни стоит Тирнан. Я подбегаю к нему и бросаюсь на него.
— Я люблю тебя, — повторяю я снова и снова, целуя его.
— Я тоже тебя люблю. — Он заходит в мою комнату и закрывает за собой дверь. — Ты свободна, — говорит он. — По крайней мере, от тех придурков, которые прислали наемников. Но ты остаешься со мной.
Я разражаюсь смехом.
— Я не против.
Он относит меня на кровать и усаживает к себе на колени.
— Хорошо. — Он хватает меня за запястье и надевает кольцо мне на палец. У меня перехватывает дыхание, когда я вижу гигантский рубин в форме капли, оправленный в платиновое кольцо.
— Мы с твоим отцом пришли к соглашению. Я сохраняю твою маленькую попку живой и счастливой, и ты вся моя. Если я этого не сделаю, он сказал, что мое лицо и местонахождение заполонят Интернет, и, кажется, там упоминалось, о высоком уровне защиты ядерных кодов.
Я сотрясаюсь от беззвучного смеха.
— Послушай, я знаю, что я привлекательна. На самом деле я не думала о том, чтобы остепениться, но… Думаю, я могу выйти за тебя замуж. — Я вздыхаю.
Он поворачивается и прижимает меня к кровати.
— Я не спрашивал. — Он целует меня.
Я стону ему в рот.
— Ты моя, Рыжая. Может, мы и в доме твоего отца, но ты знаешь, кто твой папочка.
О боже. Это не должно меня так возбуждать, но, клянусь, я испытываю небольшой оргазм. Он прижимается ко мне, его член прижимается к моему лону.
— Тирнан. — Я стону его имя.
— Неправильно. Он немедленно останавливается.
— Папочка, — быстро поправляю я, заставляя его улыбнуться. Я еще больше возбуждаюсь, видя одобрение на его красивом лице.
— Ты думаешь, что сможешь вести себя тихо? — Его голос становится тише. — Достаточно тихо, чтобы позволить папочке трахнуть его маленькую девочку в ее постели? — Он прикусывает мою нижнюю губу.
Я киваю, и он снова начинает раскачиваться. У меня вырывается тихий стон.
— Прости, — шепчу я.
— Лгунья. — Может, так оно и есть.
— Ты позволишь мне наполнить твое сладкое маленькое влагалище своим семенем. Потом мы пойдем ужинать с твоими родителями. Ты будешь сидеть за столом, наполненная моей спермой, которая напомнит тебе, кто твой настоящий папочка.
  
Я скоро кончу, слушая его болтовню.
— А потом мы поедем домой.
— В охотничий домик? — Для меня дом там, где Тирнан, но я люблю домик. У нас там появилась своя маленькая семья. И она скоро начнет расти.
— Да, — соглашается он, прежде чем я делаю, как он просит. Я позволяю ему наполнить меня своим семенем, и он дарит мне больше оргазмов, чем я могу сосчитать.
Кто бы мог подумать, что история, над которой я работала столько лет назад, мечтая о большом успехе, на самом деле обернется моим «долго и счастливо»?
Глава 14
Тирнан
Я тихо фыркнул и продолжил читать.
Не знаю почему, но я не могу смириться с тем, что не знаю, что случилось с Лаки. Он все еще жив. Он все еще жив. Должен быть. Я просто не могу его вычислить. Я взламывала, копала и искала везде. Я отказываюсь верить, что он мертв. Он слишком умен, чертовски. Он был так умен, что старался не попадаться на глаза прессе. Его будет трудно заметить кому-либо, кроме тех, кто его знал, особенно если он изменил свою внешность. Боже, чего бы я только не отдала, чтобы узнать правду о нем. Я одержима. Это нужно прекратить. Но у меня такое чувство, что я никогда не перестану искать этого мафиози. Может быть, когда-нибудь я заведу настоящий криминальный блог и буду выкладывать все свои заметки, чтобы люди помогли мне найти его. Тогда я могла бы …
— Эй! — Дафна запрыгивает мне на спину и выхватывает свой блокнот у меня из рук.
— Что? — Я хватаю ее за руку и сажаю к себе на колени. — Я просто немного почитал.
— Ты же знаешь, это личное, — ворчит она, когда я притягиваю ее к себе.
За окном падает свежий снег, а мы обнимаемся у камина. Леонард, огромный кот, проходит мимо и выходит через свою первоклассную кошачью дверь. Мы с Диего установили ее, когда мы с Дафной вернулись из Лос-Анджелеса неделю назад.
С тех пор все было тихо. Хорошо. Я хочу, чтобы так и оставалось, чтобы я мог наслаждаться своей маленькой пронырливой девчонкой. Я покусываю ее за ушко.
— Я думаю, тебе было не просто любопытно узнать обо мне. Ты была влюблена.
Она морщит нос.
— Я была одержима фактами этого дела. Не тобой.
— Да, мной. — Я опускаю одну руку на ее бедро, а другую провожу между ее бедер. — Ты была одержима мной годами.
Она фыркает и закатывает глаза.
— Ну и ладно.
— Все в порядке. Потому что теперь я одержим тобой. — Я провожу рукой выше, под ткань ее фланелевых шорт, пока не нащупываю трусики.
Она задыхается.
— Тирнан!
— Моей маленькой девочке нужно напомнить, кто я такой. — Я отодвигаю трусики и провожу пальцами по ее щелке.
— Папочка, — выдыхает она.
— Так лучше. — Я целую ее шею, медленно, мучительно теребя ее пальцами.
Когда я поглаживаю ее клитор, ее тело напрягается, дыхание прерывается, и она издает тихий стон, который я заглушаю поцелуем.
Она тяжело дышит, когда я подношу пальцы к губам и облизываю их дочиста.
— Вы грязный, мистер Лучано.
— Придержи эту мысль, потому что сегодня я намерен вылизать всю твою попку.
— Тихо, Господи. — Чарльз проходит через гостиную и едва сдерживает смех.
— Как будто ты не вылизываешь попку, — усмехаюсь я.
— Он — да. — Кловер порхает через комнату на кухню. — Как чемпион.
Чарльз рычит и следует за ней. Затем мы слышим хихиканье и стоны с кухни.
Дафни вздыхает и прижимается к моей груди.
— Мне здесь нравится.
— Мне тоже. С тех пор, как вы, леди, появились, этот дом стал настоящим домом. Банально, но это правда.
— Вы, ребята, практически братья.
— Да, это так. Но у нас все равно бывают стычки.
— Ты имеешь в виду, когда вы вчетвером спорите о том, кто убил больше? — Она качает головой. — Я никогда не пойму, как ты можешь быть таким милым, заботливым и любящим, но при этом ты можешь уничтожить любого, кто встанет у тебя на пути.