Похороненный дневник
— Приехал помочь и проверить, все ли… Как он?
— Нормально. Немного потрепало, но теперь твой сынишка в полном порядке. До сих пор дрыхнет прямо там. — Чей-то кулак стукнул в стену амбара у Джаспера над головой. — Не желаешь разбудить?
Вскочив, Джаспер сразу обнаружил книжку зарытой в солому, ближе к ногам.
В проеме рухнувшей стены показался отцовский силуэт.
— Ты еще здесь, сын?
— Да, сэр! — делая вид, что стряхивает пыль, Джаспер поспешно впихнул дневник в задний карман комбинезона.
— Дай я на тебя погляжу, — с широкой улыбкой на лице Уэндел прихромал к десятилетнему сыну. — Говорят, шторм малость подпортил тебе прическу.
— Слегка. — Джаспер знал, что никогда не расскажет отцу, какой ужас пережил. Признания такого рода мужчине не к лицу.
— И долго тебе ее таскать? — подергал Уэндел повязку на руке у Джаспера.
— С недельку. Уже почти не болит.
Бледно-голубые глаза Уэндела блестели от слез, проливать которые он не намеревался и вместо этого похлопал Джаспера по спине:
— Работенки у нас невпроворот, верно?
— Да, сэр. — Джаспер уже сообразил, что восстановление хижины, уход за животными и уборка окрестностей едва ли оставят ему драгоценные минуты посидеть, перечитывая мамины строчки. Или вспоминая ее голос.
— Тогда бросай считать ворон и возьмемся за дело!
Пока ферму собирали по кусочкам, утро постепенно угасло, переходя в день. К обеду на дворе объявилась пара дальних соседей с несколькими кусками говядины — пришли поблагодарить дядю Лео с Уэйном за помощь в забое коров. Тетя Вельма развела костер и нажарила стейков, чтобы все вместе могли устроиться на полу амбара и за скромной пирушкой сообща отпраздновать спасение от бури.
Ковыряя свой кусок, Джаспер то и дело поглядывал на лица двоих мужчин, пришедших помочь. Оба были пожилые, старше дяди. Ему стало вдруг любопытно, не держал ли кто-то из них на сеновале бутыль веселящей воды в те времена, когда мама развозила заказы. А может, они водили дружбу с Хойтом и тоже ездили в Черную Реку развлечься? Что еще они скрывали тогда, какие тайны?
— Ничего не болит, сын? — спросил Уэндел. — Ты едва дотронулся до стейка.
— Прости. Наверное, я просто не… — Джаспер поискал нужное слово, но лишь повел плечом, извиняясь.
Отец похлопал его по колену и дрожащей рукой поднес к собственному рту еще одну полную вилку.
Когда тетя Вельма убрала грязные тарелки, дядя Лео повернулся к мальчишкам:
— Джаспер, берите с Уэйном трактор, цепляйте прицеп и езжайте вдоль Джеддо-роуд. По дороге будете подбирать все приличные поленья, какие увидите. Ясна задача?
— Да, сэр, — ответили они.
Через десять минут Уэйн уже вел трактор по Харрис-роуд, волоча кузена в прицепе позади. Мотор тарахтел слишком громко, чтобы разговаривать, и Джаспера это вполне устраивало. Он пристально озирал горизонт: там лежали владения Хойта, открытые взору поваленными деревьями.
Проведя пару часов за выписыванием сложных фигур по усеянным ветками дорогам и за дружной укладкой в прицеп расщепленных, сломанных бревен, они наконец достигли того отрезка Джеддо-роуд, что граничил с фермой Хойта. Джаспер оглядел окружавшие ферму поля, высматривая человека, который сломал жизнь его маме. По ним тянулась широкая полоса голой земли, лишившейся насаждений, но хозяйский хлев стоял на месте как ни в чем не бывало.
— Стой! — крикнул Джаспер.
Уэйн заглушил мотор.
— Чего тебе?
Поблизости не было видно годных к использованию бревен, но Джаспера это не смутило. Он спрыгнул с прицепа.
— Надо бы проверить, все ли у него хорошо.
Джаспер заспешил по дорожке, ведущей к хлеву. Он еще никогда не говорил с Хойтом, лишь мельком видел его обвислую рожу — сквозь грязные стекла да дырки от выпавших сучков. Теперь, когда разговор стал возможным, он даже не представлял себе, что скажет. И слегка переживал, что может просто схватить старого паскудника за глотку и давить, пока тот не испустит дух. Подходя к двери, Джаспер замедлил шаги.
— Есть тут кто? Мистер Хойт! — позвал он, борясь с теснотой в горле, и заглянул внутрь. Ничего особенного: обычный набор инструментов и утвари, — но сейчас все висевшие на стенах хлева веревки, плети, седла да вилы выглядели как пыточные орудия. Содрогаясь, Джаспер вглядывался в тени, заполонившие темный хлев. В его сознании звучал мамин шепот: «Очень многие люди калечатся на сеновалах, Джаспер».
— Он там? — Нагнав кузена, Уэйн встал рядом и прокричал: — Эге-гей! Мистер Хойт! Это Уэйн Уильямс. Вам помощь нужна?
Никто не отвечал, и Уэйн, постояв, тихо присвистнул:
— Вот же черт. Я слыхал, что с той поры, как умерла жена, дела у старика пошли под гору, но такого… Тут же нет ни одной коровы!
Оглядываясь по сторонам, мальчики обошли хлев. Позади начинался огороженный выгон; луга бежали вниз до самой протоки, которая отделяла ферму Хойта от их собственной. Как правило, кузены пробегали здесь по пути в школу и хорошо знали округу. Тут тоже было пусто.
Знаменитый необузданным нравом бык Никодим зафыркал на незваных гостей из-за ветхих стен своего загона.
— Здорово, приятель. Не такой уж ты теперь и страшный, да? — хмыкнув, Уэйн наподдал по ограде ногой. — Где твой хозяин?
Никодим гневно замычал и бросился в атаку. Оба мальчика отскочили подальше, хотя бык стоял за забором.
— Эй, полегче! — Уэйн со смешком повернулся к Джасперу. — Видал? Я же тебе говорю, во всем нашем округе такого злющего быка еще поискать.
Громадный черный зверь еще раз громко фыркнул, потрясая грозными рогами. Настоящий убийца. Глаза Джаспера очертили примыкавший к выгону неширокий загон. «Тут она и сидела, — решил он. — Здесь Хойт заставил ее смотреть».
Никто и никогда не объяснял Джасперу, каким именно образом телка становится коровой, а девушка — матерью, раз на то пошло, но на дядиной ферме ему доводилось видеть, как это происходит у коз. «Мы с тобой уже не девочки, дорогая Дейзи».
Ему пришлось помотать головой, стряхивая видение: мама поймана в загон для спаривания. Вес Хойта прижимает ее к земле.
— Ты в порядке? — Уэйн заметил, как он скривился.
— Мм-м? Ага. В полном.
— Что-то не похоже, чтобы Хойт был здесь. Нам пора возвращаться. — Пожав плечами, Уэйн зашагал назад, к оставленному на дороге трактору. Джаспер в последний раз окинул взглядом луга выгона. В зарослях на дальнем конце что-то двигалось. Может, шляпа? Уж не Хойт ли латает там изгородь?
Темное пятно исчезло из виду. Уже поворачиваясь, чтобы уйти, Джаспер наткнулся взглядом на ворота, отделявшие загон Никодима от луга. Оглянулся на Уэйна, который укладывал бревна понадежнее в тракторном прицепе, и снова уставился на далекие поля.
— Бог тебе в помощь, старый ублюдок, — прошептал Джаспер. И, потянувшись, убрал задвижку с ворот загона.
Глава 50
По описаниям, жертва вела разгульный образ жизни.Вы согласны с такой характеристикой?Всю дорогу домой, до дядиной фермы, Джаспер представлял себе старика Хойта, которого бык Никодим гоняет туда-сюда по пастбищу. Этот грязный негодник заслужил, чтобы ему выпустили кишки, но он, скорее всего, просто перемахнет через ограду, если вообще остался на ферме. И все же образ до одури перепуганного Хойта совсем чуточку поднял Джасперу настроение. Все равно Хойт заслуживает куда худшего.
Мимо пронесся автомобиль.
— Эй! — возмутился Джаспер ему вслед. Невежливо с такой скоростью обгонять трактора. Но затем он сообразил, что это была машина окружного шерифа и что она уже сбавляет ход у поворота на ферму дяди Лео.
Уэйн с недоумением обернулся к Джасперу, сидящему на четырехфутовом штабеле досок и бревен.
— Как думаешь, чего ему надо?
У Джаспера пересохло во рту. Ответ мог быть только один: кто-то нашел тело его мамы. И он лишь помотал головой.