Похороненный дневник

Глухие отзвуки голосов, разносившихся за стенами, все усиливались. Интонации не оставляли сомнений: где-то рядом кто-то затеял ожесточенный спор. Джаспер напряг слух, пытаясь разобрать отдельные слова, но так и не смог понять, о чем шла речь. Неподалеку с шумом распахнулась дверь, и над его головой снова показались три светлые полоски. Джаспер втянул в себя воздух. Раз, два, три…
— Посторонним сюда нельзя, — голос спрятавшей его полуголой дамы. Каблуки цокали, приближаясь к шкафу.
— Еще как можно! — рявкнул детектив.
— Поверь, Джон, я его не видала.
— Тогда просто дай осмотреться. Не против? — тень детектива легла на прорези вентиляции.
— Сколько угодно. Чувствуй себя как дома, — женщина вздохнула и понизила голос, замурлыкав совсем по-кошачьи. — Брось, Джонни. Неужто ты только за этим затащил меня сюда?
Шаги детектива смолкли.
— Готова спорить, твоя жена так не сможет. Давай сюда пятерку и рассуди сам.
— Великодушное предложение, но сейчас я на службе. Показывай шкафы.
— Как пожелаешь, только я не смогу открыть их все. Некоторые принадлежат другим девушкам.
Металлические дверцы соседнего шкафа распахнулись, от чего убежище Джаспера заходило ходуном. Когда створка громыхнула, захлопываясь совсем рядом, он едва не вскрикнул.
— Ты здесь совершенно одна?
— О да. По воскресеньям публика не валит.
Задергалась ручка шкафа, в котором сидел Джаспер.
Он зажал рот ладонью, лишь бы не скулить в голос.
— Чей это шкаф?
— Там хозяйничает Дикси, у нее сегодня выходной.
С щелчком включился фонарик; полосы вентиляции вспыхнули, изливая свет в глубины шкафа. Джаспер съежился, припав к полу, пока лучи танцевали над его головой.
— Ну же, красавчик. Ты уверен, что не хочешь хоть немного пошалить? Со мной тебе будет хорошо, как никогда, — снова замурлыкала женщина в чулках с дырочками по другую сторону тонкой металлической дверцы. Луч фонарика прекратил метаться. За тихим треском расстегивающейся застежки-молнии последовали звуки поцелуев. — Все равно денек насмарку.
Что-то тяжелое врезалось в дверцу шкафа по соседству, звонко хлестнула пощечина.
— Повторяю, я на службе. Мог бы засадить тебя под замок за домогательство, но не стану. Если увидишь, что поблизости бродит мальчишка, набери этот номер, слышишь? Или я вернусь, и тогда тебе точно не поздоровится. Теперь идем, покажешь мне остальные кабины.
Размеренные шаги твердых подметок миновали шкаф с сжавшимся внутри мальчиком; помедлив, за ними последовали и щелкающие каблуки. Свет погас вновь. Джаспер таращился в темноту, приоткрыв рот. Слова женщины вызвали в нем прилив отвращения, но он все равно был невероятно ей признателен. Эта леди спасла его! И даже была готова целоваться с ужасным детективом Руссо, только бы помочь.
Но что-то она не торопилась выпустить Джаспера из заточения.
Комната оставалась погружена в темноту и тишину. После первых минут облегчения и благодарности Джаспер ударился в панику. «Она что, забыла обо мне? А если детектив арестовал ее и забрал в тюрьму?» Джаспер по-прежнему был слишком напуган, чтобы издать хотя бы писк, и сидел пока что в темноте, отсчитывая долгие секунды.
Проведя за этим занятием, как ему показалось, не менее часа, Джаспер встал и расправил затекшие ноги. Шкаф был достаточно высок, чтобы мальчик сумел пошевелить руками над головой, но узкое пространство не позволяло развернуться; мешали резиновые сапоги и чемодан на полу. Потянувшись, Джаспер задел локтем висевшую на крючке сумочку. Ощупал в темноте бугорчатую кожу и услышал, как внутри забренчало что-то металлическое. «Ключи! — догадался Джаспер, и к нему вернулась надежда. — Она ведь не могла уйти, позабыв свои ключи в сумке». Запасясь терпением, он снова уселся на чемодан.
Тут же в сознании мигом возникла сцена в разгромленной квартире: кровь, забрызгавшая стены и полы. Джаспер уткнул локти в колени и закрыл лицо руками, шепча: «Это не мамина кровь. Не мамина», — только и сам в это не верил.
«А чья же еще, Джас? — спросил он себя голосом Уэйна. — Кончай тупить, включи голову. Чья это кровь?»
 
Джаспер выпрямил спину и воззрился во тьму, воображая себе злодея в черном, со скрытым под маской лицом. Тот бежит по квартире из комнаты в комнату, круша по пути все, что подвернется. Может, это его кровь? Джаспер только головой покачал. Если кровь принадлежит злодею в маске, объяснение только одно: кто-то пытался ему помешать. Но кто?
Явно не Уэндел. В этом Джаспер был вполне уверен, своими глазами увидев, как остолбенел отец при виде раскиданных повсюду вещей. А если это детектив Руссо? Борьба с преступниками как раз и входит в обязанности полицейских, но Джаспер отчего-то сомневался. Детектив Руссо совсем не похож на отважного героя. «Вот же сученыш!» — выругался он за дверью ванной комнаты. Герои так не разговаривают.
Джаспер постарался вспомнить, о чем говорила по телефону миссис Карбо, закрывшись в спальне. Кажется, что-то сильно ее расстроило. «Господи помилуй! Выстрелы?..»
Так она сказала? И еще упомянула какого-то сержанта, правильно?
Слова, произнесенные миссис Карбо, потускнели и смешались, оставив Джасперу единственное, в котором он был вполне уверен: «приют».
Полуголая дама все не возвращалась. Чем дольше он сидел здесь, тем громче стучали жуткие мысли в его голове. Мальчик вообразил себе, как злодей в маске за волосы затаскивает маму в спальню и швыряет ее о стену. И почти услыхал ее крик.
Нет!
Джаспер встал и принялся царапать металлические стенки своего ящика. Ему нечем было дышать. Глотка пересохла и сжалась; с каждым выдохом он сипел громче прежнего. Совсем как Салли, застрявшая в колодце, только на месте коровы оказался теперь он сам. И, подобно Салли, слепо бился в темноте, пытаясь найти выход. Ощупал трясущимися пальцами края дверцы, наткнулся на громоздкий механизм у правого косяка. Подергал его, стараясь повернуть или хотя бы сдвинуть с места. Безуспешно. Бросился на дверцу всем телом — та даже не вздрогнула.
— Эй? — сипло выдохнул Джаспер в темную комнату за дверцей. Детектив Руссо наверняка уже ушел. Он рискнул позвать еще раз, уже громче: — Эй!
Ни шороха в ответ.
— Эй, кто-нибудь! — заорал он и принялся бить в дверь кулаком. — Выпустите меня отсюда!
Уже в полном отчаянии Джаспер метался в шкафу, беспорядочно колотя руками и ногами, подвывая от ужаса и роняя слезы.
— Выпустите меня! Выпустите! На помощь!
В комнате зажегся свет, и Джаспер замер, похолодев. Что, если это не она?
Еще через секунду дверца распахнулась.
— Да что с тобой, сладкий? Хочешь, чтобы Мо сюда заявился? Ну-ка, угомонись! — Та же накрашенная дама. Густой макияж потек от пота, искажая черты, но это была она.
Всхлипывая, Джаспер вывалился из шкафа.
— Тсс! — зашикала женщина, подхватывая его с пола. — Тише!
Захлопнув рот, он шумно дышал носом, пытаясь найти силы говорить.
— Я решил… Я подумал, вы ушли.
— Не валяй дурака. Моя смена закончится только в пять. — Она усадила мальчика на один из табуретов и примостилась на соседний. Нашарила салфетку и промокнула ею залитое потом лицо. — Как зовут-то тебя, сладкий?
— Джаспер, — ответил он и схватил вторую салфетку. Окруженное яркими лампочками зеркало повергло его в оторопь. Физиономия Джаспера выглядела в нем измятым лоскутным одеялом из красных пятен и соплей, а правый глаз и вовсе казался пульсирующей подушкой в лилово-синих разводах.
— Сколько тебе лет, Джаспер?
— Девять.
Накрашенная дама медленно и тихо присвистнула, вслед за чем пристально изучила его отражение в зеркале.
— Ну, и куда двинешь теперь?
Закусив нижнюю губу, Джаспер опустил взгляд на упертые в колени руки. Он не представлял, куда мог деться отец, но не хотел рисковать, возвращаясь в квартиру. С таким лицом он не мог направиться в гости к кому-то из друзей-одноклассников: их родители тут же вызовут копов. Миссис Карбо — единственный взрослый человек, кто был способен понять, но она уже звонила детективу Руссо. Во всем мире оставалось только одно место, куда он мог бы вернуться.