Кровавая кулиса

– Ого, да я тут не один? – весело произнес он, увидев Урядова. – Что, капитан, надоело стенку подпирать, решил в люди выйти?
– Криминалисты будут работать не один час, – объяснил Урядов. – В квартире пока делать нечего, а с опросом лучше поторопиться. Что у тебя? Есть информация?
– Почти никакой, – честно признался Деев. – Узнал имя погибшей, но это мы наверняка и на месте преступления узнаем. Документы-то должны в квартире быть.
– И как тебе новость?
– А что с ней не так? Ну актриса, и что с того? В столице каждый третий актер, в толпе пальцем ткни, обязательно на актера попадешь, – пожал плечами Деев.
– Саня, ты что, с луны свалился? Или сам не в столице живешь? Не знать Марианну Полянскую! – возмутился Урядов. – Тебя в школе в театр спящим привозили?
– Да откуда мне ее знать? Я что, всех актеров по именам должен был запоминать? Ради этого дня?
– Марианна Полянская известна половине Москвы, видно, ты в эту половину не входишь. – Урядов осуждающе покачал головой. – Ладно, проехали. Для нас это означает, что дело возьмет под личный контроль не только полковник Платонов, что само по себе не особо приятно, но кое-кто повыше.
– Да, загоняют нас, это точно, – поддакнул Деев.
– Наверняка. И спрос уже сегодня будет, так что выкладывай, что узнал.
– Так, по мелочи, – отмахнулся Деев и перевел разговор. – Ты четвертый прошел?
– Да, пообщался с любопытным старичком, и с девушкой, если это можно назвать общением. Оба ничего не видели, но старик сообщил, что у погибшей был муж, которого она выгнала за измену.
– Знаю эту историю, – усмехнулся Деев. – Видно, в этом доме любят сплетни.
– Еще старик сказал, что в двадцать седьмой квартире живет неблагополучный элемент. Ты там еще не был?
– Нет, только собираюсь.
– Тогда пойдем вместе, кто знает, что придет в голову трем пьяным мужикам? – Урядов подошел к двери с номером двадцать семь и нажал кнопку дверного звонка.
Дверь долго не открывали, Урядову пришлось давить на звонок больше двух минут, прежде чем за дверью послышались шаги.
– Чего трезвоните? – на пороге показался мужчина лет сорока с недельной щетиной и стойким запахом перегара. – Пожар, что ли?
– Оперуполномоченный капитан Урядов, уголовный розыск. Гражданин Гурьев Алексей Степанович?
Урядов решил, что представление по всей форме быстрее приведет полупьяного мужика в адекватное состояние, и не ошибся. Мужчина весь подтянулся, собрал остатки разума и кивнул.
– Разрешите войти. – Не дожидаясь ответа, Урядов отодвинул хозяина в сторону и вошел в квартиру. За ним следовал Деев. – Ваш брат дома?
– Ванька-то? Дома, где ему быть? – с трудом ворочая языком, произнес Алексей Гурьев. – Они с батей в комнате. Спим мы.
– Давно спите? – спросил Деев.
– С утра. Легли поздно, – простодушно признался Алексей.
– Придется разбудить, – строго произнес Деев.
– Разбудить? – Алексей поник. – Это сложно.
– В чем дело? Не можете сами, придется нам за дело браться, но если дойдет до этого… – Деев не договорил, давая возможность воображению Алексея дорисовать «страшную» картину.
– Не смогу я. И вы не сможете, – угроза не подействовала. – Праздник у нас был, отмечали. Малость перебрали, так что теперь они до завтрашнего обеда не поднимутся.
– О ваших праздниках мы уже наслышаны, – вступил в разговор Урядов. – Уверен, участковый милиционер тоже будет рад получить эту информацию. Попасть на карандаш к участковому – не слишком приятное дело. В ваших интересах поднять родственников, и как можно скорее.
– Да я бы рад, только как?
– Эй, Леха, гони сюда! Воду захвати! – послышался из соседней комнаты голос.
– Проснулись ваши родственники? – усмехнулся Урядов. – А вы говорили «не поднять».
– Повезло, – радостно воскликнул Алексей и помчался в спальню, выкрикивая на ходу: – Ванька, вставай! Буди батю, к нам из уголовного розыска пришли.
– Чего ты мелешь? Какой еще розыск? – снова послышался из комнаты голос.
– Может, вмешаемся? – кивнув в сторону спальни, предложил Деев.
– Подождем здесь, – возразил Урядов. – Пусть хоть оденутся.
 
Спустя пару минут в комнату, где обосновались оперативники, ввалился мужчина, почти точная копия Алексея, только старше. За ним семенил сам Алексей.
– Вот, брат мой, Ванька, – указывая на мужчину, произнес Алексей. – Батя сейчас выйдет, нехорошо ему.
– Неудивительно. Столько пить! – Деев взглядом указал на гору пустых бутылок-чебурашек в углу комнаты. – Беленькую предпочитаете?
– Юбилей у бати, – вступил в разговор Иван. – Водка с похорон матери осталась, так-то мы не пьем почти, а вчера решили юбилей отметить, ну и перестарались чуток.
– Сегодня весь день дома были? – сменил тему разговора Урядов, которому надоело слушать вранье братьев.
– Весь день, – ответил Иван. – Спали мы.
– В котором часу легли спать?
– А в чем дело? Соседи нажаловались? – Иван проявил большую осторожность, чем его младший брат, решив пойти в наступление, вместо того чтобы каяться в собственных грехах. – Врут они! Мы тихо сидели, мирно. Музыку не включали, сами не пели. Телика у нас нет, а в проигрывателе иголка сломалась, можете убедиться.
Иван прошел к окну, отдернул занавеску и указал пальцем на электропроигрыватель для грампластинок. Довольно свежая модель, выпущенная не ранее 1965 года, с прозрачной пластиковой крышкой и механическим переключателем скоростей, в квартире Гурьевых, набитой старьем, смотрелась как инородное тело. Слой пыли на крышке указывал на то, что проигрывателем давно не пользовались.
– Жалобы от соседей не поступали, – успокоил Ивана Урядов. – Но кое-что в вашем доме произошло, поэтому спрошу еще раз: в котором часу вы легли спать?
– Что бы ни произошло, мы к этому не имеем никакого отношения, – воодушевленный первой победой, разошелся Иван. – Мы были дома весь вчерашний день и весь сегодняшний. Даже за хлебом не выходили. И что бы вам кто ни наплел, пусть докажет, а потом обвинениями разбрасывается!
– Вас ни в чем не обвиняют, – теряя терпение, произнес Урядов. – Но на вопросы ответить придется.
– Не будем мы на вопросы отвечать! – внезапно заявил Иван. – Без адвоката ни слова не скажем! Нам ведь положен адвокат? Вот и предоставьте!
– Что, товарищ старший лейтенант, может, уважим просьбу трудящихся? – Урядов развернулся лицом к Дееву. – Надоела эта тягомотина. Вызывай бригаду, повесим убийство на этих клоунов, предоставим им адвоката. Пусть попарятся в СИЗО, раз возникло такое желание.
– Это мы запросто, – весело подхватил Деев. – Допрос вести – дело следователя, а мы свою работу выполнили.
– Стойте, стойте! Какое еще убийство? – вскричал Иван. – Мы ни о каком убийстве не знаем.
– Да как же? Раз адвоката требуете, значит, виновны, – спокойно произнес Урядов. – Мы законы чтим. Положен обвиняемому адвокат, предоставим.
– Не слушайте вы его, – вмешался в разговор вконец растерявшийся Алексей. – Он просто поспорить любит. Задавайте свои вопросы, мы на них ответим без всяких адвокатов.
– Поздно, братец, – менторским тоном заметил Деев. – Вы уже практически признались в совершенном деянии, а нам висяки не нужны. Нам чистосердечка ближе к сердцу.
В этот момент из спальни вышел глава семейства. Невысокий кряжистый мужичонка лет под семьдесят. Он подслеповато щурил глаза, пытаясь сообразить, почему в квартире так много народа.
– Ванька, ты, что ль, натворил чего? – обращаясь к старшему сыну, произнес он. – Мало тебя мать в детстве драла, все лаской ума пыталась прибавить. А откуда ему взяться?
– Ты, батя, не шуми, – Иван предостерегающе поднял руку, останавливая отца. – Тут люди из уголовного розыска. Говорят, убили кого-то.
– Убили? Вы с Лешкой убили? Ах вы ироды! – Отец с неожиданной прытью подлетел к старшему сыну и отвесил тому затрещину. – Когда только успели! Я вас, иродов, для пригляду сутками в доме держу, а вы все равно ухитрились?