Жизнь во благо Родины
– Вы сейчас говорите от имени правительства республики? – уточнил я.
– Именно так, мы направлялись к вам, но в пути узнали о произошедшем, это очень плохой сигнал… Погибло много людей, и мы считаем, что это только начало. Американцы не отступят от того, что начали. Наш лидер считает, что по большому счету нет разницы, с кем нам сотрудничать, главное, чтобы перестала литься кровь. Американцы также намерены строить и перерабатывать наши природные ископаемые, так зачем лишняя кровь наших сограждан? Их интерес понятен, от нас требуют лишь изменить политическое мировоззрение, как вы понимаете, на Западе очень не хотят, чтобы мы шли по пути социализма. Их устраивал режим Мобуты, плевать, что он вор и диктатор, зато не коммунист.
– Все это так, уважаемый, – выдохнув, решился я, – только есть нюансы. Первое – американцы никогда и никому ничего не дарят, вы должны быть в курсе, что после смены власти они очень быстро нашли у вас долги, ведь так? – Кивает. – А раньше, при Мобуте, их не было. Второе – вы забыли, что все инвестиции будут с их стороны, а вкладывают они только в свое. Думаете, они построят вам производства, привезут технику и подарят ее? Никогда. И третье… Вы будете получать лишь крохи с барского стола, максимум, что произойдет, это всех влиятельных людей в вашем правительстве тупо купят, а на людей, граждан, о которых вы печетесь, просто не обратят внимания. Если не слышали, то могу озвучить главный постулат капитализма: «Ничего личного, только бизнес». Тут опять придется вспомнить, как было при диктаторе, американцев это устраивало, пусть он одиозный и ворует, главное, добыча идет и идет, как надо Западу.
– Вы не понимаете, они пойдут на всё ради высокой прибыли, на всё. Да они уже идут на всё, убивают, калечат, подкупая ваших противников. Снова зашевелились наемники, знаете, что мы пережили несколько лет назад? Они появлялись в любом месте внезапно, грабили, убивали и исчезали бесследно, появляясь вновь уже в другом месте.
– Для этого может найтись решение, но все зависит от вашего правительства. Западу не нужна ваша страна, им нужны только ваши ресурсы.
– А разве не того же самого хочет СССР? – скривив лицо, ответил собеседник.
– СССР никогда так не делал, зачем ему начинать? Наши предложения были честны от начала и до конца. Неужели вы их не видели? Мы не собираемся забирать вашу собственность, ваши недра и богатства. Мы лишь хотим помочь вам их добыть и перерабатывать, а затем и продавать. СССР большая страна, у нас много заводов и фабрик, ваши минералы нужны нам в огромном количестве, а значит, проблем со сбытом у вас никогда не будет. Более того, мы хотели помочь вашей стране с нормализацией жизни простых людей. Все производства, добыча и прочее будут обслуживаться исключительно вашими людьми. Таким образом, мы поможем создать тысячи рабочих мест, от нас будут лишь консультанты, никаких хозяев и приказчиков.
– Я слышал, будто бы СССР хочет строить у нас дома, школы и больницы, это правда?
Да ладно, тон изменился, неужели заинтересовался?
– Конечно, правда, – утвердительно кивнул я, – лучшее подтверждение этим словам перед вами. Я представить Министерства строительства Советского Союза и направлен сюда именно для того, чтобы заключить договора на строительство жилого фонда, коммуникаций и благоустройство территорий. Говоря проще, я должен строить жилье для ваших граждан. Неужели американцы пойдут на что-то подобное? Да никогда!
– Ну, вы же не станете делать это за свой счет? – теперь в его глазах недоумение, при этом глаза-то умные, хоть и печальные, как у большинства представителей негроидной расы.
– Поможем начать, а дальше вы сами. У вас все для этого есть. Вы совсем не нищая страна, которую не поднять из каменного века. Мы поможем наладить важнейшую отрасль, добычу и организовать торговлю. Когда вы ее начнете, у вас будут средства на строительство страны.
– Красиво вы говорите, молодой человек, очень заманчивое предложение. Не совсем понятен интерес вашей страны, просто так никто ничего не делает, уж извините, но в бескорыстие мы не верим. Давайте поступим следующим образом…
– Слушаю вас.
– Отправляемся вместе в столицу, и вы проведете переговоры с главой государства и правительством. Меня вы заинтересовали, но я лишь представитель МИДа и не могу подписывать договоры такого масштаба.
– Я как бы тоже не глава миссии, а лишь представитель Минстроя, но я принимаю ваше предложение. А насчет нашего интереса отвечу просто. Мир при капитализме всегда будет шатким, а наша страна как никто другой на планете знает, что такое война и человеческие жертвы. Мы стремимся к миру на всей Земле, миру без войн, достойной жизни трудящихся и всеобщему благу. Сказка? Да ничуть, просто никто и никогда не ставил такую задачу и не пытался ее выполнить. А мы начали свой путь, и уже сейчас наша страна показывает отличные результаты, ведь именно тот факт, что нам противостоит весь западный мир, является доказательством нашей правоты. Они эксплуатируют народы, а мы освобождаем. Разница, думаю, существенна, – вижу весьма впечатленного оппонента и заканчиваю, сменив тему: – Как будем добираться?
– Нас охраняет армия, мы в безопасности, не переживайте. Да и до столицы совсем недалеко, мы еще не заняли прежний город, Мобута там все испоганил. Вы согласны?
– Конечно, но поеду только со своими людьми…
– Естественно. Тогда отдыхайте сейчас, у вас была трудная дорога, вас разместят в хорошей гостинице и доставят ужин, а утром выезжаем.
– Хорошо.
Вот так я влез совсем не в свою епархию. Так уж вышло, что никого из представителей нашего МИДа с нами не было, а переговоры необходимо было провести, ну не отдавать же Конго американцам, в самом деле? Чую, влетит мне от Шелепина по первое число, а что делать, если из всей миссии один я оказался под рукой? Ну не морякам же переговоры вести? Для себя я вынес один факт, но думаю, самый важный: или влезать сюда как следует, или не стоит даже начинать.
К вечеру следующего дня мы были в резиденции нового руководителя Республики Конго. Заир уходит в прошлое, республика вновь будет называться Конго. Приняли очень хорошо, хоть и смущала меня пища на ужине, но ничего, не умер, тем более голодный был всерьез, поэтому ел всё. Переговоры назначили на утро, но оказалось, утро у них, по крайней мере для дел, начинается в двенадцать часов. После трехчасовых переговоров я реально начал бояться возвращения на Родину. От меня потребовали письменных гарантий, но не дали даже позвонить в Москву, пришлось взвесить все за и против и соглашаться на требования. Но, естественно, были и мои условия, а то как же. Я потребовал не допускать в разработку американцев и гарантии бесперебойных поставок добытого кобальта и других минералов в СССР. Ведь для этого все и задумывается, нам нужны их минералы просто потому, что здесь их легче добывать в нужном количестве. Согласились. С американцами сложнее, конечно, просто так они не уйдут, так что еще придется бодаться с ними, но местные высказали такое пожелание:
– Мы ждем поддержку вашими флотом и армией, без этого нам трудно придется с ними разговаривать.
– Поддержка будет, более того, я предложу чуть расширить сотрудничество, распространяя его на вашу армию. Проведем перевооружение, обучим солдат и будет у вас своя, может, и небольшая, но очень хорошо подготовленная армия.
– Это приветствуется, армия нам необходима. Кроме американцев, есть и другие желающие потеснить нас с нашей земли. Наши соседи не все дружелюбны и честны, так что вы правы, молодой человек, армия нам очень нужна. Есть одна сложность, мы, к сожалению, стеснены сейчас в средствах и не сможем оплатить поставки техники одним разом… Как вы знаете, МВФ выдвинул нам претензии по госдолгу и арестовал все наши счета в Европе и Америке.
– Думаю, наше руководство пойдет навстречу дружественной стране, вопрос, как вы понимаете, за малым. Наша страна часто оказывалась в ситуации, когда вчерашний союзник предает, – я посмотрел в глаза собеседнику, – говорю как есть, юлить, как американцы, я не люблю.