Ты – чистый адреналин

Я мысленно пообещала себе, что обязательно отплачу Тополевой тем же, как только устроюсь на работу и получу первую зарплату.
С аппетитом перекусив, мы продолжили смотреть заезды. Алина по-прежнему не проявляла большого интереса к происходящему на треке, сделалась молчаливой и задумчивой, словно её мысли в эту минуту находились где-то далеко.
Но всё изменилось, когда ведущий объявил очередную пару пилотов – Никиту Шараева и Леонида Колмагорова.
  
Алинка выпрямила спину и буквально впилась глазами в начало трассы, куда как раз подъезжали заявленные спортсмены на своих прокачанных автомобилях.
Всё стало куда интереснее, когда они сорвались с места и понеслись по треку.
Моя подруга сцепила руки в замок и поднесла их ко рту, выглядя такой напряжённой, что лично у меня не осталось никаких сомнений, за кого она на самом деле болеет.
– Кто это? – спросила я шёпотом, наклонившись к уху Алинки, не в силах сдержать любопытство.
– Что? – дёрнулась она от меня, будто я её напугала.
– Кто такой Никита Шараев?
– Неважно, – буркнула Тополева, принимая невозмутимый вид. Но я заметила, как её голос дрогнул.
– Ну скажи? Ты явно его знаешь! – заныла я, вцепившись пальцами в её локоть.
– Да так. Бывший друг Демьяна, – произнесла она тихо.
 
14 глава
 
Надо сказать, Никита тоже ехал достойно. Я, конечно, в этом всём ещё совершенно не разбиралась, но если верить словам ведущего, этот парень почти не уступал в мастерстве Демьяну.
Алинка следила за поединком пилотов Шараева и Колмогорова буквально затаив дыхание.
– И давно ты к нему неровно дышишь? – не выдержав, поинтересовалась я, сделав это максимально тихо, чтобы никто из соседей по трибуне не услышал.
– А что, так заметно? – не отрывая глаз от трассы, хмуро спросила Алина.
– Да, ты конкретно палишься, подруга. Не зря та девка, с которой ты чуть не сцепилась, когда мы сюда пришли, до тебя докопалась по этому поводу. Кстати, а кто она такая?
– Да никто она. Временная подстилка Демьяна, которая слишком много о себе думает.
– Ух, какая ты злая, – фыркнула я, снова удивляясь тому, что подруга в принципе способна на такие высказывания. Но с другой стороны, она всё-таки была сестрой своего брата, и я бы удивилась, если бы между ними не обнаружилось вообще ничего общего.
Повернула голову и посмотрела наверх, где через несколько рядов от нас сидела та самая брюнетка в компании двух подруг. Значит, это она и есть. Та самая заносчивая подружка Демьяна. Как ни противно было это признавать, но у Алинкиного братца имелся вкус. Как минимум на внешность. Как я уже отметила ранее – брюнетка отличалась незаурядной женственной красотой. Вот только внутренняя красота её вызывала большие вопросы.
– А ты намекнула, что она того… Тут со всеми пилотами уже перемутила, – снова повернулась я к Алинке, продолжая удовлетворять своё разыгравшееся любопытство. Очень уж хотелось убедиться в наличии изъянов у этой особы. – Это правда?
– Не знаю, свечку я не держала, – к моему неудовольствию, не подтвердила мою догадку подруга. – Просто она со всеми подряд флиртует, такая у неё манера общения с противоположным полом. Выглядит это довольно мерзко со стороны.
– И с Никитой, я так понимаю, она тоже флиртовала? – поиграв бровями, спросила я.
Тополева моего игривого настроения явно не разделяла.
– Да какая разница, это не важно, Марьян. Давай забудем, – прохладно попросила она.
Но меня такое совсем не устраивало.
– Ну нет, ты с ума сошла? Я жажду подробностей! – воскликнула я. – Что там произошло между твоим Никитой и Демьяном, почему они перестали дружить? Ты из-за этого не можешь быть с ним?
– Во-первых, Шараев – не мой, – строго отчеканила Алинка, повернувшись ко мне лицом. – А во-вторых, мне неприятно об этом говорить, Марьяна. Давай сменим тему, пожалуйста?
– Хорошо, хорошо, – быстро сдалась я, не сумев скрыть разочарования в голосе. Любопытство съедало изнутри, так хотелось узнать все подробности этой истории. Но давить на подругу я бы не осмелилась, и без того уже чувствовала себя какой-то стрëмной бестактной личностью. – Извини.
– Ничего страшного.
Алинка снова сосредоточено уставилась на трассу, а я наблюдала за ней, совершенно с новой стороны открывая свою однокурсницу, которую раньше принимала за беззаботный и наивный божий одуванчик.
Хит завершился, и ведущий объявил победителем Никиту Шараева.
Алинка изо всех сил старалась делать вид, будто ей нет до этого никакого дела, и даже снова уткнулась в свой телефон, но я-то видела, как её всю колбасит. Казалось, ещё немного, и она просто разревëтся: нос покраснел и глаза увлажнились.
Был объявлен перерыв перед следующим этапом соревнований. Четверо участников выбыло. Четверо остались.
– Пойдём-ка прогуляемся. Разомнём кости, – предложила я, вставая с жёсткого пластикового сиденья.
Тополева возражать не стала. Тоже поднялась и, взяв меня под руку, повела прочь с трибун. Мы спустились вниз, где свободно перемещался народ. Кто-то танцевал у сцены, кто-то отправился перекусить, кто-то просто общался с другими болельщиками, ожидая продолжения шоу. Мы же с подругой просто шли куда-то, не имея чёткой цели.
Я чувствовала подавленное настроение Алины, теряясь в догадках, что именно так её расстроило. Но задавать вопросы больше не решалась. И завести разговор не знала как.
К счастью, Алинка первой нарушила тишину.
– Следующий хит поедут Демьян с Никитой, – сообщила она.
– И? Это плохо?
– Да как тебе сказать. Это было ожидаемо. Но если честно, я до последнего надеялась, что Шараев вылетит до этого момента.
Я округлила глаза.
– А я-то подумала, что ты, наоборот, болеешь за него. Значит, ты в другом смысле к этому Никите «неровно дышишь»?
Алина тяжёло вздохнула, а потом внезапно остановилась и развернулась ко мне.
– Я люблю его с пятнадцати лет. А он меня ненавидит. И Демьяна ненавидит. Только не спрашивай почему, ладно? Я не хочу рассказывать. Да и вообще, пофиг на него. Давай лучше веселиться? Пойдём потанцуем!
– Э… Может, не надо? – растерялась я.
Танцевать я могла максимум дома одна перед зеркалом. А в публичных местах, даже в специально предназначенных для этого ночных клубах, чувствовала себя скованно и неловко.
Но Тополева уже тащила меня в сторону сцены, вцепившись в руку мёртвой хваткой. Она воистину обладала каким-то необыкновенным талантом заражать всех вокруг своим хорошим настроением. А иначе как объяснить, что уже через пару минут мы раскачивались в такт битам музыки у сцены вместе с остальными желающими потанцевать, коих было не так уж и много. И я не стеснялась совершенно. Наверное, потому что мы не столько танцевали, сколько дурачились с Тополевой, толкались бёдрами, строили друг другу глазки, смеялись.
Даже не заметили, как пролетело время. Перерыв закончился, и ведущий объявил дуэль Демьяна Тополева и Никиты Шараева.
Мы с Алиной всё ещё находились у сцены. Совсем рядом с участком трека, отгороженного бетонными отбойниками, по которому спортсмены выезжали к старту.
Первым ехал Демьян, Шараев за ним. На голове у каждого был глухой шлем. Пилоты двигались медленно, с открытыми окнами, высунув наружу ладони в кожаных перчатках, и давали каждому желающему «пять». Это смотрелось так мило.
Болельщики ринулись к краю металлического заграждения перед отбойником.
Мы с Алинкой остались стоять на месте, хоть меня и тянуло тоже туда, как магнитом. Когда Демьян проезжал мимо, он повернул голову и будто специально посмотрел на меня. Не знаю, показалось мне это или нет, но сердце забилось часто-часто. Словно я вдруг очутилась там, вместе с ним, в его машине. А вот Алинка смотрела только на Никиту.
  
Демьян отвернулся и газанул. Прошлифовал по асфальту, поднимая столб дыма из-под колёс, чем вызвал массу восторга у толпы. Никита не стал отставать от соперника и тоже принялся выделываться.