Овладей мной (ЛП)
— Кто?
— Это сюрприз.
— Я хочу знать, — говорит он.
— Винсент Алек Адамс, мамочке нужно, чтобы ты был хорошим мальчиком!
— Позаботься о нем. Я повешу плакат, — говорит Розали.
— Спасибо. — Я бросаюсь в спальню и вижу, что игрушки Винсента разбросаны по всему полу.
Мы с Розали из кожи вон лезли, чтобы подготовить дом для матери Алека.
— Нам нужно убрать этот беспорядок. Твой отец будет здесь в течение часа.
— Я больше не хочу быть Адамсом. Я хочу такую же фамилию, как у папы.
— Мы заняты сменой твоей фамилии. Это займет время.
— Я хочу кекс, — требует он.
Я предупреждающе смотрю на него.
— Перестань быть трудным и помоги мамочке, или я расскажу папе.
Винсент вскакивает и, к моему большому удивлению, спешит собрать все свои игрушки.
Вау, это сработало. С этого момента всегда буду использовать Алека.
Я спешу обратно в гостиную и вижу, что Розали уже закончила вешать плакат. Я иду на кухню, где она расставляет цветы в вазе.
— Ты — дар божий, — говорю я. Я трогаю один из кексов, затем спрашиваю: — Сколько времени им нужно, чтобы остыть?
— Чем дольше, тем лучше. — Она проверяет время на своих наручных часах. — Давай дадим им еще тридцать минут.
— Время поджимает. — Я помогаю Розали расставить розы и лилии. — Большое тебе спасибо за все. Если бы не ты, я бы не справилась.
— Для этого и нужны друзья. — Она улыбается мне. — Кроме того, мне действительно весело.
Поставив цветы на журнальный столик в гостиной, я оглядываюсь по сторонам, чтобы убедиться, что мы ничего не забыли.
— Присядь и отдышись, — говорит Розали.
Мы устраиваемся на диване и обе вздыхаем.
Меньше чем через час я познакомлюсь со своей будущей свекровью.
Боже, надеюсь, мы поладим.
Ради Алека я сделаю все возможное, чтобы завоевать ее расположение.
Глава 49
Алек
Мое сердце выпрыгивает из груди, когда я останавливаю G-Wagon перед домом Эверли.
— Этот дом? — Спрашивает мама, и ее глаза расширяются, когда она оглядывает окрестности.
— Да. Я уже установил самую современную систему безопасности, и с тобой круглосуточно будет охранник.
Мама гладит меня по щеке.
— Ты так хорошо заботишься обо мне.
— Пойдем.
Мы вылезаем из машины, и я обнимаю маму за плечи, провожая ее к открытой входной двери, где уже ждет Эверли.
Моя женщина выглядит чертовски нервной, и в ее глазах темнеет страх.
Я успокаивающе улыбаюсь ей и, когда мы подходим к ней, переключаюсь с русского на английский.
— Мама, это Эверли.
Моя мама пристально смотрит на женщину, чья предполагаемая смерть сломила меня.
— Такая красивая, — говорит мама. Она оглядывает Эверли с головы до ног. — И здоровая.
— Ах… Спасибо. — Эверли делает осторожный шаг ближе. — Очень приятно с вами познакомиться.
Мама пристально смотрит на Эверли, пока моя женщина не бросает на меня испуганный взгляд.
Я подхожу ближе к Эверли и беру ее за левую руку.
— Мы собираемся пожениться.
— Папа! — кричит Винсент у меня за спиной.
Я направляюсь в дом и ловлю своего малыша. Взяв сына на руки, я поворачиваюсь, чтобы представить его бабушке.
Маму охватывает сильный шок, и я быстро подхожу ближе. Ее глаза прикованы к Винсенту, и, подняв дрожащую руку, она касается его щеки.
— Он выглядит как… — Рыдания захлестывают ее, но она раскрывает объятия, и я передаю ей Винсента.
Она нежно покачивает его, как делала это с нами, когда мы были маленькими.
— Мой внучок, — воркует она, и впервые с тех пор, как был убит мой брат, я вижу, как облако печали спадает с ее плеч.
— Кто ты? — Спрашивает Винсент.
— Я твоя бабушка… твоя бабушка.
Его взгляд скользит по нам с Эверли.
— У меня есть бабушка! — Он хлопает в ладоши. — Мне так повезло. Мамочка! Папочка! У меня есть бабушка. — Он снова смотрит на нее. — Бабушка Джонаса всегда дает ему конфеты. У тебя есть конфеты?
— У нас есть кексы, — говорит Эверли. — Пойдемте в дом. Уверена, твоя мама устала после долгого перелета.
— Пойдем, мама, — говорю я и жду, пока она войдет в дом, прежде чем закрыть за нами дверь.
Мама не отпускает Винсента, садится на диван и начинает плакать.
Винсент бросает на нее обеспокоенный взгляд, и в его голосе слышится паника, когда он спрашивает:
— Почему бабушка плачет?
— Потому что я так счастлива, — всхлипывает она, крепко обнимая его. — Мой маленький Винсент.
— Ой… не плачь, бабушка. — Он гладит ее по спине, пытаясь утешить. — Ну-ну. Теперь все хорошо.
— Да. — Она смотрит на него с такой любовью, что мое сердце сжимается. — Сколько тебе лет? — спрашивает она, ее голос намного нежнее, чем я когда-либо слышал.
— Мне целых три года. Скоро мне исполнится четыре.
Господи.
Я смотрю на Эверли.
— Когда у него день рождения?
— Двадцать третьего сентября.
— А когда твой день рождения? — Я чувствую себя дерьмово из-за того, что спросил об этом только сейчас.
Эверли хихикает.
— Десятого июня. — Она поднимает бровь, глядя на меня. — А твой?
— Шестнадцатого октября, — отвечаю я.
Я обнимаю Эверли, и она наклоняется ближе, чтобы прошептать:
— Не похоже, что я ей нравлюсь.
— Нравишься. Если бы ты ей не нравилась, она бы сказала тебе прямо в лицо, что ты недостаточно хороша для меня.
— Ты лжешь, — выдыхает она.
— Моя мама старой закалки и очень прямолинейна. Поверь мне, она бы сказала тебе, если бы ты ей не нравилась.
Нет, не сказала бы. Моя мама запрограммирована подчиняться мужчине в доме, то есть мне. Она сделает все, что я скажу, и она знает, что я люблю Эверли. По умолчанию она примет ее в семью.
Я смотрю, как мама обнимается со своим внуком. Эверли отстраняется от меня и идет на кухню. Я следую за ней и улыбаюсь, когда вижу голубые и розовые мини-кексы.
— Ты испекла? — спрашиваю я.
— С помощью Розали, — признается она. — Потребуется некоторое время, прежде чем я освоюсь. — Она улыбается мне. — Попробуй один.
— Одного будет недостаточно, — предупреждаю я ее. — Ты же знаешь, я люблю сладкое.
— Вот почему я приготовила дюжину. Можешь взять четыре.
Я беру кекс и, сняв бумагу, отправляю его целиком в рот. Сладость заставляет меня застонать, и я притягиваю Эверли ближе, чтобы поцеловать ее в губы.
— Они идеальны. Как и ты.
— Рада, что они тебе нравятся. Я сожгла первую партию.
Я беру поднос, пока Эверли варит кофе, и, прежде чем поставить кексы на кофейный столик, отправляю в рот еще один.
Я смотрю на маму.
— Я скучал по твоему медовому пирогу.
— Я приготовлю его, как только распакую вещи.
Эверли входит в гостиную и ставит поднос рядом с кексами.
— Угощайтесь. Я не добавляла сахар и сливки.
Мама похлопывает по подушке рядом с собой.
— Садись.
Эверли быстро садится.
Эмоции омывают черты мамы, когда она смотрит на женщину, которую я люблю.
— Алек тебя очень любит.
Эверли кивает.
— Я знаю. Я тоже его люблю.
— Мой внук здоров и силен. — Она снова смотрит на Винсента. — Ты проделала хорошую работу.
— Спасибо. — Моя женщина делает глубокий вдох, затем говорит: — Я так рада, что вы здесь. Если вам что-нибудь понадобится или вы просто захотите куда-нибудь сходить выпить кофе, дайте мне знать. Раз в неделю я вожу Винсента на игровую площадку. Вы можете присоединиться к нам. Я могу показать вам окрестности и город, чтобы вы могли увидеть, где что находится. — Она оглядывает комнату. — И не стесняйтесь менять что-нибудь в доме.
Мама улыбается Эверли и гладит ее по щеке.
— Такая хорошая девочка. Алек сделал правильный выбор.
Эверли сияет, и я наблюдаю, как ее нервозность спадает.
Я сажусь на другой диван и беру чашку кофе и еще один кекс.
Винсент слезает с маминых колен и, взяв кекс, протягивает его ей.
— От этого тебе станет лучше. Мама всегда разрешает мне есть мороженое, чтобы я чувствовал себя лучше.