Любовная Эволюция (ЛП)
— Я хотел бы спросить, будет ли тебе интересно послушать песню о моей матери, — Эвери поймала себя на том, что не дышит в ожидании ответа.
Маркус застал ее врасплох, когда одной рукой обнял ее за плечи, а другой потрепал по макушке. Контакт был коротким, но заставил ее пульс ускориться.
— Естественно хочу. Мне жаль, что у меня это дурацкое собрание, иначе я бы послушал ее прямо сейчас.
Эвери постаралась привести в норму свое дыхание и остановить сумасшедшее биение сердца. Маркус бросил на нее озадаченный взгляд:
— Ты в порядке? У тебя как будто одышка.
Эвери сжала губы, чтобы не рассмеяться. Если бы он только знал.
— Я в порядке, — заверила она его.
— Ну, если ты так говоришь. Почему бы мне не послать за тобой Рэя, чтобы он привез тебя ко мне после собрания?
— Конечно, конечно. Эй, вот мы и на месте. Джапа Дог, кухня для нормальных людей, — Эвери жестом указала на уличную тележку одного из известнейших в Ванкувере производителя.
Пока они ждали свои хот-доги, Маркус признал, что он всегда хотел их попробовать.
— Ты хочешь сказать, что вырос в Ванкувере, достаточно авантюрен, чтобы попробовать сырую рыбу, но боялся попробовать хот-дог с уличной тележки? Для этого есть специальный термин. Это называется…, — она сделала драматическую паузу, совершая пальцами круговые движения у висков, — сумасшедший.
Маркус в шутку схватил ее за руку, нажав на то самое место, которое ей прижег Кампанелла. Эвери вздрогнула и вскрикнула от боли. Ее глаза наполнились слезами, и когда она отдернула руку, освобождаясь от его хватки, ее рукав приподнялся, открывая заживающую рану.
— Какого черта? — воскликнул Маркус голосом, полного беспокойства. — Черт, Эвери! Что случилось с твоей рукой? Выглядит так, будто тебя кто-то прижег сигаретой или чем-то вроде того, — Маркус поднял на нее вопросительный взгляд.
— Что? Да, нет, — Эвери поспешно опустила рукав. — Я просто доставал кое-что горячее из духовки и обжегся.
Глядя вниз, Эвери не заметила, как Маркус сузил глаза. Он не купился на это. Ожог был слишком симметричным. Маркус уже не в первый раз задался вопросом, на что была похожа жизнь Эвери там, в Нью-Йорке. Он уже было открыл рот, чтобы потребовать правды, но заметил готовый защищаться взгляд Эвери, и решил не форсировать события.
Эвери вздохнула, успокоившись тем, что Маркус не стал развивать тему. Она несколько раз откусила свой Джапа Дог, который приправила чили, горчицей и луком. Показывая на Джапа Дог, который держал Маркус, Эвери спросила:
— Как твой?
— Нормально, — пробурчал он.
— Тебе не нравится, верно?
— Нет. Ты права. Это дрянь, — рассмеялся Маркус.
— Ну, должен согласиться. Жареные рыбные хлопья на хот-доге. Это просто отвратительно.
— Эй, один парнишка сказал, что все местные так едят.
— Не важно. В следующий раз, когда будешь заказывать хот-дог, спроси жителя Нью-Йорка. Да, кстати, никто не ест хот-дог вилкой, — сказала Эвери, свернув губы трубочкой и слегка поддразнивая его.
Маркус слегка ударил Эвери по спине и усмехнулся:
— По крайней мере, у меня нет адского лукового дыхания. Как ты собираешься найти себе подружку, поедая ерунду вроде этой?
«Как будто я хочу, чтобы это случилось, — подумала Эвери, — может, стоит просить двойную порцию».
Пока они ели, Эвери заметила девочку-подростка в футболке с «Брутальной Силой», прямо перед собой.
Девочка дотронулась до плеча Маркуса:
— Эй, а вы не Маркус Энтони из «Бутальной Силы»? — застенчиво спросила она.
Маркус напрягся, но повернулся с вежливой улыбкой.
— Да, могу я тебе помочь?
— Мне очень нравится ваша музыка. Вы не могли бы дать мне автограф?
— Конечно, — Маркус кивнул и расписался ей в блокноте ручкой, которую она протянула. Многословно поблагодарив его, девочка повернулась и ушла. Маркус, наконец, выдохнул.
— Почему ты выглядишь таким напуганным, Маркус? — удивленно спросила Эвери.
— Против одного фана я не возражаю, — ответил он. — Но иногда, — Маркус нервно оглянулся, — толпа растет как снежный ком и быстро выходит из-под контроля.
— Звучит как личный опыт.
— Да, к сожалению, такое было, — он показал Эвери шрам на руке, — в торговом центре в Далласе в прошлом году. Пришлось швы накладывать.
— Не может быть, — ответила Эвери, недоверчиво качая головой.
— Вот почему мой отец настаивал на круглосуточной охране, более постоянной, чем та, которую обеспечивает мне Рэй. Но если я соглашусь, то могу послать в задницу любое подобие нормальной жизни, понимаешь?
Прежде чем Эвери ответила, появился Мерседес Маркуса.
— О, а вот и Рэй. Я написал ему сообщение, сообщил, где мы находимся.
Неожиданно Маркус наклонился к ней, его лицо оказалось в дюйме от нее, и глубоко вдохнул.
Сердце Эвери дико застучало, она гадала, в чем дело:
— Эй, черт возьми!
— Ух! Дыхание дракона, — Маркус изобразил кашель, помахивая рукой перед своим лицом. Испугавшись мести, Маркус отбежал на свою сторону машины.
— Увидимся, вонючка.
К тому моменту, когда Эвери вышла из ступора, Маркус уже был в машине и отъезжал от обочины.
Глава 10
Выйдя из личного лифта Маркуса тем же вечером, Эвери вошла в квартиру и направилась прямо к нему, стоящему в холле, и ущипнула за плечо. Маркус отшатнулся, притворяясь, будто ему больно.
— Это все, на что ты способен? — выпрямился Маркус, улыбаясь. — Только не говори, что ты еще переживаешь по поводу дневного инцидента?
Ухмыляясь, Эвери покачала головой.
— Нет, я уже в порядке.
Теребя подол рубашки, она прошла за ним в гостиную.
— Я сделал несколько наложений на «Братьев» сегодня. У тебя получилось прослушать их?
— Да, я прослушал. По-моему, звучит фантастически.
Эвери нахмурилась.
— Немного утомительно играть одну и ту же часть снова и снова, но мне нравится, когда композиция звучит полнее.
Маркус кивнул.
— Пойдем на кухню, я сделаю нам чай. Мне не терпится послушать о твоей песне.
Эвери взяла теплую кружку. Они вернулись в гостиную и сели напротив друг друга. Колени Эвери подрагивали. Маркус внимательно смотрел на нее.
— Эй, прекращай это, — потребовал он. — Не нервничай. Я уверен, песня отличная, поэтому не беспокойся. Если, на мой взгляд, она не подойдет для альбома, поверь мне, я скажу тебе об этом. Давай всегда будем честными друг с другом. Вокруг меня более чем достаточно людей, которые дышат мне в спину.
Эвери съежилась внутри, но просто кивнула в ответ. Она распаковала гитару, вытащила свой блокнот и пролистала страницы. Маркус обратил внимание на поношенное состояние тетрадки и на то, что страницы были заполнены стихами и зарисовками.
— Ты еще и рисуешь?
— Немного, — Эвери виновато пожала плечами и ее изумрудные глаза встретились с его. — Джастин всегда говорил, что эта песня слишком эмоциональная, чтобы использовать ее.
— Позволь мне самому судить, Эвери. Может, для него она была слишком эмоциональной, чтобы иметь с ней дело.
— Может, ты и прав, — согласилась Эвери, положив блокнот на стеклянный кофейный столик, а гитару на колени. — Джастин также говорил, что последовательность аккордов слишком простая, и звучит немного похоже на песню «Аэросмит» «Dream On». — Эвери замолчала, начав наигрывать мелодию и петь тихим голосом, практически переходящим на шепот:
Века прошли с тех пор, как видела твое лицо.
Мои слезы льют ручьем.
Детали, которые я не могу вспомнить,
Заставляют бояться, что скоро я потеряю их все
Мама, пока растворяются воспоминания, твои песни звучат,
Наша любовь сохранится, мое сердце исцелится.
Музыкальную шкатулку я храню
Для тех моментов, когда ты мне нужна больше всего.