Отражение: Разбитое зеркало (СИ)

Сейчас и гостей было больше, и Франсуа собирался букетом кидаться, что Барнса уже забавляло, и, раз гости, то и церемония более торжественная. Правда теперь все это проходило не в большом городе, и не будет людей, которые обязательно захотят заснять происходящее, и его будущий муж не известный актер.
— Блин, за спину, не глядя! — ответил Франсуа. — В кого попадет! Вайолет и Алекса до сих пор не замужем.
Барнс смотрел на Франсуа через зеркало, а потом развернул его к себе и поцеловал, стараясь не помять рубашку, обнимая, даже зная, что она все равно рано или поздно помнется.
— Совсем забыл, — Барнс хотел отдать их раньше, но действительно забыл, пока сам одевался. — Для завершения образа.
На фиолетовом бархате маленькой коробочки лежали запонки в виде осьминогов, такие же, как пряжка на цилиндре. У самого Барнса были запонки в виде рубиновых звезд, давно переставших у него ассоциироваться не только с Союзом, но и Зимним Солдатом, просто став тем символом, который ему нравится.
— Красота какая! — восхитился Франсуа.
И принялся вдевать запонки в манжеты.
— Пойду машину заведу, — Барнс поцеловал Франсуа в щеку. — А потом Стива за руль посажу, негоже мне при таком параде и самому за рулем. Выходи минут через двадцать.
Барнс ушел за машиной, прошелся по припорошенным снегом дорожкам, оглядывая заснеженную базу, офигевших курсантов, гуляющих без дела по территории, народ даже развлекался игрой в снежки, от одного из которых Барнс ловко увернулся и быстро, не раздумывая, слепил и кинул в ответ, попав точно в голову. На него посмотрели и, кажется, даже не сразу узнали, но он уже шел к гаражу.
Так торжественно и официально Барнс не одевался очень давно, он даже на собрания акционеров приходил попроще, хотя там собирались те еще пижоны. Он понимал, что для провинциального Ярмута они вырядились слишком дорого и слишком вызывающе, но ему было плевать, потому что некому и незачем было их снимать и выкладывать в сеть.
“В гараже” — скинул Барнс сообщение Стиву, чтобы тот тоже подходил.
Стив пришел в гараж в светло-синей «гагаре» поверх сшитого по фигуре серого с искрой костюма. На коротко подстриженные светлые волосы ложились снежинки.
— Хочешь, чтобы я сел за руль? — спросил он. — А где Франсуа?
— Да, этот агрегат ты точно умеешь водить, — улыбнулся Барнс. — Франсуа еще одевается. Вернее, я его оставил дома почти готовым к выходу, поехали, за ним заедем. Не хочу свою невесту всем подряд гоблинам показывать.
— Может, все-таки жениха? — спросил Стив, садясь за руль.
Над ними пролетел и плавно опустился на посадочную площадку большой пассажирский дископлан.
— Может и жениха, но букет ему купили невесты, — усмехнулся Барнс. — Стиви, какая разница, как оно называется? Давай, поехали, хоть буду уверен, что ты еще помнишь, как подобную тачку водить. На трассе до двухсот гнать можно, эта малышка и быстрее может.
Франсуа ждал машину на пороге коттеджа. Неподалеку, прячась за заснеженными кустами, за ним наблюдала Элис Вайс. Франсуа поправил шарф, цилиндр, провел ладонями по белой шерсти пальто и надел купленные специально к этому пальто теплые перчатки.
Стив подогнал машину к дому идеально, хотя Барнс и стебал его все пять минут, которые они ехали, но делал это беззлобно, искренне и по-дружески.
Выбравшись с переднего сиденья, Барнс открыл заднюю дверь.
— Садись давай, — хотел сказать “принцесса”, но от одной мысли обожгло, и он просто не закочнил фразы, устраиваясь рядом с Франсуа на заднем сиденье. — Возьмешь мою фамилию, или свою оставишь? — вдруг спросил он, потому что раньше что-то было не до таких вопросов.
— Эй, ты чего? — удивился Франсуа. — Я ж еще когда мы документы в муниципалитет подавали, поставил метку, что сменю фамилию. Ты что, забыл? Или я тебе не сказал?
— Не сказал, — Барнс слегка обалдел, потому что он тоже заполнял эти документы и, кажется, даже все их видел. Вот и суперсолдат — просмотрел галочку в графе.
— Мне еще предстоит ебля со сменой всех документов, — сказал Франсуа. — Но это уже потом. Стив, ткни в девятнадцатую программу окраски кузова, — попросил он.
  
Стив послушно ткнул и чуть не упустил руль: капот тяжелого внедорожника Баки побелел. На белом фоне расцветились синие орхидеи, а в каждой орхидее сидел, помахивая щупальцами, фиолетовый в желтых пятнах осьминог.
Франсуа довольно хихикнул.
— Я, конечно, тот еще любитель ярких расцветок, — задумчиво сказал Барнс, — но тебе не кажется, что это уже слишком? Стиви, а тебе нравится?
Барнс не ожидал, что Франсуа поиграется с расцветкой его машины, и даже не знал, как ему к этому отнестись, кроме как не обратить внимания на вопиющую самодеятельность.
— Ну, я сначала хотел танк так раскрасить, — признался Франсуа, — а потом ты сказал, что на танке на собственную свадьбу мы не поедем. Пришлось импровизировать.
— Неожиданно, — отозвался Стив.
— Нда, танк такой расцветки точно попал бы в новости, — сказать, что Барнс охуел, — тактично промолчать. — Наверное, хорошо, что мы на машине. Малыш, а давай ты в следующий раз будешь мне новые расцветки показывать, прежде чем их применять по назначению?
Нет, Барнс не злился или был недоволен, Стив очень точно описал его состояние: Барнс такого просто не ожидал.
— Окей, — согласился Франсуа. — Но мне нравится.
Барнс просто его поцеловал. И подумал, что хорошо, что не было мальчишника, потому что на свой он бы позвал только Стива, и они бы сидели и вспоминали прошлое, нахлобучиваясь кофе. И хорошо, что у него Франсуа, а не невеста, которую окружала бы куча подружек, вещавшая бы, что до свадьбы невесту видеть нельзя, или еще какая-нибудь такая муть.
Это были странные мысли о том, что хорошо, что его партнер — мужчина. Почему они лезли ему в голову именно сейчас, Барнс не представлял, и постарался выкинуть их из головы. Поздно было думать, если он уже второй раз выбирает себе мужика.
До Ярмута долетели быстро и молча, Барнс только всю дорогу теребил руку Франсуа, стащив перчатку.
Когда они въехали в Ярмут, Франсуа позвонил Алексе:
— Собирай сестер и давай к муниципалитету, мы уже в городе.
Они приехали раньше почти на полчаса, и сейчас регистрировали другую пару. На стоянке у муниципалитета стояло три гражданских дископлана с яркой расцветкой, но она не шла ни в какое сравнение с их орхидеями и осьминогами. По небу приближался здоровый дископлан с их гостями.
— Ну что, Стиви, — Барнс хлопнул друга по плечу, — вот ты и шафер на моей свадьбе. Все-таки жизнь странная штука, да?
— Не обещаю, что ты будешь шафером на моей, — сказал Стив.
Франсуа выбрался из машины, надевая цилиндр. Даже на фоне свежевыпавшего снега он был ярким. Ярко-белым. Только волосы темные и лицо смуглое.
К нему тут же подскочили сестры - такая же смуглая, как он, носатая Алекса в фисташковом дутом пальто, белокурая пухлая Кайра с длинной косой, сжимавшая в руках букет, и крупная, грубоватая Вайолет в черной куртке с оторочкой из клонированной чернобурки. Они окружили Франсуа, затеребили его, исцеловали, а потом обернулись к Баки.
— Ты решил сделать нашего Франсуа честным мужчиной? — спросила Алекса. Голос у нее был неожиданно низким.
— Сложная задача, — улыбнулась Вайолет.
— И что же в этой задаче сложного? — поинтересовался Барнс, подходя к Франсуа и вставая у него за спиной, приобнимая.
Хотелось положить подбородок на плечо, притянуть к себе еще ближе и вообще быть не здесь, а в спальне, лежать рядом, смотреть какую-нибудь чушь в сети и обниматься.
— Барсук всегда был страшным хулиганом, — объяснила Алекса. — Щеголь такой, как на картинке.
— Я сам костюм придумал, — гордо сказал Франсуа.
— Тебя хоть в журнал, — одобрила Кайра. — На заказ сшили? Видно, что не готовый.
— У него есть целый остров, чтобы хулиганить, — улыбнулся Барнс.
— Ну это твой остров, — возразил Франсуа.
Пока они стояли на улице под падающим снегом, к ним подошли прилетевшие на дископлане старшие с базы. Чарли взяла из рук Франсуа букет.