Полукровка для звездных покорителей (СИ)

Прислушиваюсь к тому, как его дыхание выравнивается, а могучее сердце под моей щекой бьется все медленнее и спокойнее.
Я расслаблена.
Наполнена приятной истомой и пульсирующим послевкусием наслаждения.
Его тепло согревает меня.
Рука на моей талии кажется естественным грузом.
Я не слышу, чувствую — мы больше не одни.
И от предвкушения сердце стучит быстрее.
В проеме возникает силуэт Вайлена.
  
В неровном свете его фигура кажется таинственной, но не пугающей: рельефные широкие плечи, плавные линии мускулов… блеск кожи.
Его взгляд скользит по нам, по спутанным простыням, по моей обнаженной коже.
В его глазах разгорается тихое, глубокое обожание.
Его взгляд будто пронзает меня, заставляя быстрее дышать, а кожу — покалывать от румянца.
— Я так этого ждал.
Голос низкий, хрипловатый.
Сердце замирает у меня в груди от этих слов.
Потому что эта правда отзывается и резонирует во мне.
Даже в объятиях Алькиора, даже на пике блаженства, какая-то часть меня ждала этого момента.
Ждала, приближения его шагов. Прикосновения пальцев.
Вайлен медленно подходит к ложу.
Он опускается на колени рядом.
Его пальцы, длинные и умелые, касаются моей щеки, пробегают, лаская по плечам…
Кожа покрывается мурашками.
От наслаждения прикрываю глаза…
Внутри разгорается огонь, который едва только стих.
Прикосновения Вайлена более нежные, более внимательные.
— Ты сияешь, — шепчет он, и его глаза отражают пламя светильников, словно жидкое золото.
— Это он, — так же тихо отвечаю я, поворачивая голову и целуя ладонь Алькиора.
— Это ты, — поправляет меня Вайлен и наклоняется, чтобы коснуться губами моих.
Его поцелуй сладкий.
Неторопливый.
Исследующий.
Словно он делает это впервые… каждый раз — будто впервые.
В нем нет стремительности Алькиора, только бесконечное терпение и ласка.
Алькиор нежно целует меня и поднимается с ложа.
Дыхание обжигает меня.
Он что-то шепчет, едва касаясь меня губами.
Его слова ласкают меня не меньше, чем его прикосновения.
Я закрываю глаза, позволяя ощущениям захлестнуть себя с головой.
Его губы находят мои снова, но теперь поцелуй становится глубже, страстнее.
В нем я чувствую ту самую неукротимую страсть, что прорывается изнутри, сметая все на своем пути.
Он сбрасывает с себя одежду.
Его тело оказывается рядом со мной — не такое исполинское, как у Алькиора, но не менее прекрасное в своей скульптурной, изящной мощи.
— Я хочу почувствовать тебя, — вырывается у меня шепот.
Мои руки сами тянутся к нему, скользя по горячей коже его груди, ощущая под пальцами биение его сердца.
Его глаза темнеют от возбуждения, когда мои пальцы спускаются ниже, скользят по плоскому животу и находят его твердую, горячую плоть.
Он вздрагивает под моим прикосновением, и тихий стон вырывается из его груди.
Его реакция возбуждает меня сильнее любых слов.
Я мягко толкаю его на спину и опускаюсь между его ног.
Я хочу подарить ему блаженство.
Хочу почувствовать его, попробовать на вкус… Свести с ума наслаждением.
— Тебе нравится… так?
Смотрю на него снизу вверх, чуть улыбнувшись и царапаю коготками кубики пресса.
Он отвечает мне сдавленным рычанием.
Его огромный толстый член поблескивает в опасной близости от моего лица — манящий и такой большой, что даже немного пугает.
Облизываю ладонь и провожу ей по всей длине.
Сдавливаю и ритмично чуть сжимаю его.
Мужские ладони обхватывают мою грудь, пропуская вершинки меж пальцев и ласкают.
Ощущения просто сводят с ума.
Стыду, страху, неуверенности — не место в этих покоях.
На этом ложе.
Мой мужчина запускает пальцы мне в волосы и ласкает их, чуть надавливая.
Но я сопротивляюсь — мне нравится сводить его с ума предвкушением.
Слегка постанываю от влажных поцелуев на шее, от прикосновений к груди…
Ладонь скользит вниз, поглаживая лоно и заставляя меня работать руками все быстрее и быстрее.
Рот наполняется слюной, и я не могу сопротивляться больше — одним движением обхватываю его головку, всасываю и за волной наслаждения чувствую вибрацию его утробного рыка.
Я стараюсь действовать медленно, следуя инстинктам и его тихим, сдавленным стонам, которые являются лучшим проводником.
Хочу довести его до пика наслаждения, но благодаря умелым пальцам на своей киске сама дохожу быстрее.
Мой рот занят, и стоны выходят сдавленными, хлюпающими, но от этого еще более возбуждающими — чувствую как он напрягается у меня во рту.
Теперь его пальцы вновь ласкают мои волосы.
В этом прикосновении столько обожания и благодарности, что во мне самой страсть загорается с новой силой.
Я чувствую, как его тело напрягается, слышу, как его дыхание срывается, и понимаю, что он близок.
Но он мягко отстраняет меня.
Глаза горят темным, почти черным огнем.
— Теперь я, — хрипит он, переворачивая меня на бок, а затем помогая мне встать на колени и опереться на локти.
Он встает позади и сжимает сильными пальцами ягодицы — до сладкой боли, до вскрика…
Губы касаются моей спины, плеч, шеи.
Его твердая, влажная от моих ласк плоть скользит между моих ягодиц, дразня и обещая.
Я выгибаю спину, предлагая себя ему, и слышу его сдавленный стон.
— Ты такая прекрасная, — шепчет он.
Он входит в меня одним медленным, невероятно нежным движением.
На этот раз мое тело принимает его легко — готовое, жаждущее.
Он не начинает двигаться сразу, а просто позволяет мне привыкнуть, заполняя меня собой.
Целует мои плечи, поглаживает и чуть ли не ложится сверху — позволяет почувствовать себя полностью, и меня саму — под ним.
Выпрямляется и начинает двигаться.
Его ритм глубокий, волнообразный, завораживающий.
Каждое его движение задевает какую-то новую, неведомую до сих пор точку внутри меня, заставляя меня стонать все громче и бессвязнее.
Его руки на моих бедрах направляют меня.
Губы на моей спине заставляют кожу гореть.
Я тону в океане ощущений.
В запахе его кожи, смешавшейся с моим возбуждением.
В звуке его сдавленного дыхания у моего уха.
В чувстве его твердой, влажной плоти, скользящей в моем лоне.
Наслаждение нарастает, как медленная, но неотвратимая волна.
Оно уже не такое стремительное, но более глубокое, пронизывающее каждую клеточку моего тела.
— Вайлен… я… — я не могу вымолвить больше ни слова.
Сознание уплывает — есть только он, и это всепоглощающее чувство.
— Я знаю, моя прекрасная, — его голос прерывается от наслаждения. — Летим вместе.
Его движения становятся резче, быстрее, точнее.
Он входит тот самый ритм, что сводит меня с ума.
Волна внутри меня поднимается все выше и выше.
Уже ничто не может ее сдержать.
Я кричу, вцепляясь в простыни, когда оргазм сотрясает меня, заставляя мое тело сжиматься вокруг него в сладких конвульсиях.
Он издает низкий, протяжный стон.
Сделав еще несколько глубоких толчков, замирает.
Мы падаем на бок.
Он не выпускает меня из объятий, прижимая к своей груди.
Наше дыхание медленно выравнивается, а сердца стучат в унисон.
Его пальцы нежно переплетаются с моими.
Я лежу с закрытыми глазами, прислушиваясь к его сердцу в тишине покоев…
К собственному счастью, которое заполнило меня до самых краев.
Оно разное.
С Алькиором — это вихрь, страсть, сокрушительный шторм.
С Вайленом — это глубокая, спокойная, бесконечная река наслаждения.
И я понимаю, что мне нужно и то, и другое.
Что я жажду и того, и другого. Что я — их. А они — мои.
И это самое естественное и прекрасное чувство на свете.
Но это еще не конец…
  
Глава 62
   
Я лежу, прижавшись спиной к горячей груди Вайлена.