Ректор (СИ)

— Кати, а ты в столицу когда собираешься? — задала вопрос баронесса и сделала небольшой глоток кофе.
— Еще не решила, — отвела взгляд Островская, — необходимо чтобы папенька поправился и окреп.
— Матвею Андреевичу уже давно ничего не угрожает, — внимательно глядя на подругу, сказала Сухарева.
И вновь Кати быстро отвела взгляд, печально улыбнулась и возразила:
— Он слаб, случаются приступы головокружения, кошмары, головная боль и нехватка воздуха.
— Это тебе Матвей Андреевич сказал? — поинтересовалась помощница врачевателя.
— В том числе, но ты не забудь, я сама за ним наблюдаю и ухаживаю, — пожала плечиками Островская.
— Он здоров, — произнесла баронесса. — Немного слаб, признаю, но не более того. Конечно, возможны возрастные недомогания, однако, они на общее состояние не влияют. Это тебе как ученица господина Воронова говорю.
— Ты уверена? — фальшиво спросила Кати, и сама поморщилась, вздохнула и продолжила: — Натали, ты права, папеньке намного лучше, но я боюсь его одного оставить.
— Не обманываешь? — улыбнулась баронесса. — А не потому ли, что боишься вернуться к Александру Ивановичу.
— Лучше скажи как твои дела, — не стала отвечать Островская. — Максимилиан Степанович продолжает оказывать знаки внимания? Вы с ним помирились?
Настал черед баронессе отвести взгляд. Она еще продолжает сердиться на Его Светлость. Ишь, чего удумал! Приставил к ней соглядатаев, повелев отваживать от кабинета врачевателя больных мужчин определенного возраста. Она, как дура, сидит и ждет пациентов, а ее мнимые охранники клиентов разворачивают и еще имеют наглость им угрожать. Ух, как она была зла, когда случайно подслушала разговор между идущим на прием и одним из телохранителей. Оказалось, что по величайшему повелению, мужчинам от семнадцать лет и до пятидесяти путь заказан. А иначе они отправятся в тюремный лазарет до выяснения намерений и обстоятельств побудивших явиться к помощнице врачевателя. Взбеленившись, Натали отправилась прямиком в резиденцию великого княжича. Тот в это время принимал какую-то французскую фифу и ручку ей лобызал. Еще и имел наглость улыбаться. Так бы его собственными руками где-нибудь и придушила! Вот только этикет, будь он не ладен, не позволил через толпу придворных пробиться и по наглой роже пощечин надавать. Ну, это только в мечтах, в реальности она так никогда не поступит и не упадет в собственных глазах. Тогда же ее Минако перехватила. Железной ладошкой за локоть ухватила и с милой улыбкой сказала:
— Баронесса, не представляете, как я счастлива вас лицезреть! Есть несколько неотложных вопросов, которые без вас не решить. Пойдемте со мной!
Принцесса ее чуть ли не волоком в свои апартаменты втащила, на ходу «чирикая» и неся какую-то чушь, при этом мило всем улыбаясь. Зато, когда они остались вдвоем, не считая преданных телохранительниц японочки, то последняя сразу перешла к делу:
— Натали, что ты творишь⁈ Решила закатить при всех скандал? И так по двору ходят разные слухи о ваших с Максимилианом отношениях. Так зачем их подтверждать, что твоя оборона пала и ты являешься фавориткой?
— Это еще почему? — поморщилась Сухарева.
— А какая другая способна помешать общению наследника империи и его возможной супруге? — криво усмехнулась Минако. — Только та, у кого есть на это право, но нет ума!
— Ты считаешь меня дурой? — прищурилась баронесса.
— Ты бы себя со стороны видела, — усмехнулась японочка. — Ведь готова была его придушить. Или я не права?
— Права, — призналась Натали, — но только в мыслях, на деле такого не смогла совершить. Поверь, скандалить не собиралась. Дождалась бы, когда он один останется и все ему высказала!
— Из-за прибывающих на смотрины или есть другой повод? — уточнила Минако отсылая куда-то одну из своих телохранительниц.
Японочка выигрывает время, в ее покои великому княжичу путь временно закрыт. А вот Софья вскоре должна подойти.
— Мне плевать, пусть он женится на это французской цапле! — мрачно изрекла баронесса.
Ее слова услышала входящая в двери Софья и улыбнувшись сказала:
 
— У Элен не такой и длинный нос, но на цаплю она чем-то смахивает, тут не поспоришь. Но, госпожа Сухарева, чего ты волнуешься, мой брат методично отшивает одну за другой, находя у девушек изъяны.
— Софи, ко мне в кабинет заказан путь мужчинам! Твой брат повелел не пускать больных на прием. А на меня Саша рассчитывает, как никак, а мы зависим от клиентов. Помогаем им справиться с недугами и за это деньги получаем, на которые живем, — возмущенно заявила помощница врачевателя.
— Да, он перегнул палку, — согласилась великая княжна. — Не поспорю, точнее, он не стал нас слушать, — кивнула в сторону японской принцессы. — Пойми, Макс ревнует и бесится от мысли, что ты с кем-то из господ останешься наедине и будешь оказывать тому помощь. Увы и ах, но к нашим словам он не прислушался. Во всем ревность виновата, ты же сама ее ощутила, когда увидела француженку.
— Так вы знали и молчали⁈ — возмутилась Натали, переводя взгляд с Софи на Минако.
— Не желали тебя нервировать, и чтобы ты с Максимилианом поругалась, — невозмутимо ответила Софья и подошла к Сухаревой. — Прости.
А чуть позже, состоялись-таки выяснения отношений между великим княжичем и баронессой. Последняя решительно добивалась, чтобы запрет отменили, но Максимилиан стоял на своем и даже не пересмотрел возрастные рамки тех, кому требуется лечение. С той поры она показывает великому княжичу, что тот не прощен. Подарки не принимает, от совместных прогулок и ужинов отказывается. Ну, немного поплачет в подушку и ждет, когда парень сдастся. Увы, но этого не происходит. А вот видеться они стали реже, всему виной прибывающие невесты из разных частей света.
— Как дела у господина Воронова? — прервала ее воспоминания Софья.
— Все нормально, — скоро завезут медицинское оборудование для университетской больницы, а потом начнется набор слушателей.
— Господин Воронов нам задолжал, — улыбнулась велика княжна.
— Это точно! — потерла ладошки Минако. — Уверена, мы в первых рядах и получим статус вольных слушателей. Натали, ты обещала замолвить за нас словечко.
— С чего бы это вам должен? — возмутилась баронесса. — Забыли, что произошло на Дворцовой площади?
— Он нам обещал, — широко улыбнулась Минако, — поэтому и долг на нем. Александр человек слова и его обязательно выполнит. Да и как он нам отказать может? Мы же такие хорошенькие! — она подошла и посмотрела в глаза великой княжне: — Согласна? Эй, чего ты так смутилась?
— Вы еще не получили величайшее дозволение императора, — напомнила Натали.
— Мне он точно не откажет в такой прихоти, — усмехнулась японская принцесса, а потом серьезным голосом продолжила: — Софи, не переживай, за тебя словечко замолвлю.
Великая княжна кивнула, но не представляет получит ли от батюшки разрешение. Макс почти уже императора прогневал, ото всех потенциальных невест отказывается. Вряд ли у Коршунова-старшего окажется хорошее настроение, когда они перед его грозным взглядом предстанут.
Баронесса сделала очередной глоток кофе и отогнала от себя недавние воспоминания. Внимательно посмотрела на Кати и сказала:
— Я бы на твоем месте уже собирала чемодан и мчалась к господину Воронову. Не боишься, что он кого-нибудь встретит?
Возникла небольшая пауза, Натали ждет ответа.
— В его окружении хватает интересных особ, — закусив губу, произнесла Островская. — Натали, пойми меня правильно, все очень сложно, никак в себе не разберусь. Как его увижу, сразу же готова в объятия упасть, но нам точно вместе быть не суждено, да он и не горит желанием, — она потупила взгляд.
Натали встала и немного сухо простилась. Не понимает она такого поведения подруги. Чего той не хватает? Всем известно, если произошла близость, то обручальное колечко на пальчик заполучить не просто. Впрочем, она и сама никак не определиться, как с Максом себя вести. Наверное, лучше тихо любить на расстоянии, как это пытается делать Кати. В чем-то их ситуации схожи, но сильно разнятся. И все же, зря Островская так поступает, сама себя от Саши отталкивает. Но они уже расставались, а потом вновь сходились. Глядишь и снова окажутся вместе. Натали откланялась, посещать Матвея Андреевича больше нет необходимости, а вскоре предстоит готовиться к переезду в столицу. Вещей набралось приличное количество, одних подарков на пару чемоданов! И что ее ждет в Москве? Нет, она не беспокоится, просто любопытно, своему компаньону доверяет и ощущает его старшим братом, который не подведет.