Физрук на своей волне. Трилогия (СИ)
— Слышь, дружище, я чё-то не одупляю… А как оно у тебя тут регулируется?
Водила замер, будто я только что попросил его отдать почку. Потом молча наклонился и ткнул пальцем в маленький блестящий блок сбоку сиденья с рядом кнопочек и пиктограмм.
— Электропривод, — сухо пояснил он.
Я глянул — ну точно, кнопки. Нажал одну — кресло само поехало назад. Наконец устроившись, я откинулся на спинку.
— Ну вот теперь другое дело. Поехали, шеф!
Водила кивнул, пошёл обходить «мерина», а Аня на заднем сиденье чуть подалась вперёд.
— Саш, таксисты не любят, когда пассажир на переднем сидении едет, если заднее свободно.
— Не сахарный не растает, — отмахнулся я.
Водитель наконец сел за руль, и я краем глаза заметил, как он деловито пристегнулся. Во, правильный какой…
— Пристегнитесь, — вдруг раздался женский голос из динамика.
Я аж вздрогнул, будто током ударило. Вот она, зараза… Алиса! Сначала в телефоне со мной разговаривала, теперь в машине. Долго ли ждать, когда и из холодильника её голосок донесётся? «Воды, мол, попей» или «кашу не забудь».
По старой привычке я и не подумал тянуться к ремню. В девяностых нормальный пацан пристёгивался только в одном случае — если в салоне рядом гаишник сидел. Иначе — западло. Но водитель, словно мои мысли прочитал:
— Пристегнитесь, пожалуйста. Здесь камера стоит, штраф за непристёгнутого пассажира немаленький.
Я вздохнул, щёлкнул ремнём через плечо.
— Ладно, братское сердце, убедил, — проворчал я. — Камеры, блин… всю малину портят.
Водитель удовлетворённо кивнул, включил передачу. Машина мягко тронулась, плавно.
— Вам музыка не мешает? Или, может, прохладно в салоне?
От его слов мне даже как-то некомфортно стало. Как будто не такси, а в ресторан попал. Не холодно ли вам, удобно ли сидеть, не мешает ли музыка…
— Давай, включай, — ответил я.
В колонках зазвучала какая-то электронная жвачка.
— Слышь, а повеселее что-нибудь есть? — поинтересовался я.
— Конечно, — кивнул водитель. — Назовите любую песню.
— Ну… дай почитать, что у тебя на кассете, выберу.
— На какой кассете? — я поймал его взгляд в зеркале заднего обзора.
Сзади раздалось тихое, задорное хихиканье. Аня прикрыла рот ладонью, но глаза весело блестели. Всё-таки соседство с прогрессом давалось мне проблематично.
— Дружище, есть у тебя… «Голубые глазки»? — спросил я.
Водитель спокойно нажал пару кнопок на руле:
— Конечно.
— Ну поставь, — улыбнулся я.
И уже через секунду салон наполнился голосом, от которого у меня по коже побежали мурашки:
«Эти глазки эти голубые глазки…».
Из динамика запел голос Ирины Салтыковой. Настроение мигом поднялось.
За окнами машины мелькал аккуратный асфальт и новые дома, а перед глазами вставали гаражи, заснеженные дворы, пацаны в пуховиках, железный термос с чаем, куда по-тихому плеснули из «чекушки»…
Аня сзади снова захихикала. Девчонка явно думала, что у меня такой прикол — переться по старью. Я же не стал её в этом разубеждать. Для Ани это была просто смешная старомодная песня. А для меня… не побоюсь этого слова, для меня это был своего рода гимн.
Через ровно двадцать минут поездки, машина мягко свернула к огромному зданию. Я уставился в окно и даже дыхание затаил. Передо мной высился торговый центр — настоящий дворец из стекла и металла.
Огромные буквы, яркие вывески, гирлянды рекламы, блестящие витрины.
Вот это махина… Я мысленно прикинул, сколько бабок сюда вбухали. И сколько нужно народу, чтобы каждый день сюда ходил и оставлял деньги, чтобы всё это окупилось. Не было, похоже, больше раскладушек прямо на асфальте, с которых торговали сигаретами, джинсами или жвачкой.
Глядя на этот современный «храм торговли», я поймал себя на мысли, что такие перемены только к лучшему. Красиво, удобно, тепло и не надо толкаться на грязных рынках.
Глава 18
Машина плавно свернула на парковку. Перед глазами открылась равнина из асфальта, сплошь уставленная машинами. Огромная стоянка, глазом не окинешь. И какие только тачки тут не стояли: от простых «Лад» до внедорожников, на которых раньше только бандюки разъезжали.
Водитель остановился. Вышел первым, деловито обошёл машину и открыл дверь Ане. Она легко выскользнула наружу, улыбнулась и поблагодарила. Я же, по привычке, выбрался сам, хлопнув дверцей. Вернее, думал, что хлопнул — на двери «мерина» стояло что-то вроде доводчика. Тут даже если постараешься хлопнуть, то всё равно не получится.
Я встал, ожидая, когда водитель назовёт цену. Но тот лишь кивнул нам, снова сел за руль и уже собирался уезжать.
— Э, постой! — окликнул я.
Водитель приостановился, повернул голову. Я уже полез за деньгами в карман, достал купюру.
— Сколько должен?
Тот снова посмотрел на меня с удивлением.
— Нисколько. Всего хорошего, удачного вам дня.
Я застыл с деньгами в руках. Деньги-то я даже не давал… Я проводил «мерин» взглядом, пока он не выехал с парковки. Развернулся к Ане, довольно хмыкнув:
— Слышь, Ань, денег за поездку даже не взял.
— Так у нас же списание по карте, — Аня быстро залезла в телефон, что-то посмотрела и показала мне экран. — Вот, пожалуйста, всё оплачено. Тебе должно прийти сообщение, что деньги списались.
Я достал телефон, ткнул в экран. И правда — высветилось сообщение от банка: «Списание: 807 рублей. Баланс: 17 234 рублей.»
— Погоди… А как он бабки с меня снял, если я даже в курсах не был⁈
Аня закатила глаза:
— Вов, ты сам мне карту давал, помнишь? Когда у меня денег на такси не было. Я её привязала к приложению, и теперь всё автоматически списывается.
Я выругался про себя. Ни хрена себе расклады, всё, значит, через эту карточку. Ну что тут скажешь — как я и предполагал, бабки могут списаться и без моего ведома. Я бросил напоследок взгляд на экран телефона, прежде чем он погас. Помню, как люди на книжках всю жизнь копили, как уже вспоминал — и раз, в одночасье всё сгорело. Поэтому нет, такие риски мне не нужны. Бабки должны быть у меня на кармане.
— Слушай, Ань, есть вариант деньги с карты дернуть? — поинтересовался я.
— Ну да, на входе есть банкоматы, — девчонка коротко пожала плечами. — Можешь снять.
— Показывай.
Мы вошли в торговый центр, и меня будто в другой мир занесло. Огромный холл, высоченные потолки, свет льётся откуда-то сверху. Я задрал голову и увидел не лампочки, а целые световые панели. На полу блестел кафель, отовсюду доносились запахи: кофе, выпечка, духи… а ещё играла музыка из висящих на стенах колонок.
Я замедлил шаг, оглядываясь по сторонам. Масштабы, блин… как в каком-нибудь американском кино — целый город под крышей.
Возле входа стояли два амбала в форме. Припиджаченные, бейджики, гарнитуры в ушах… похоже, местные хозяева поставили присматривать или может «крыша».
Я смерил обоих взглядом, и Аня уверенно повела меня к углу, где сиял какой-то стеклянный монумент с экраном. Я понял, что это и есть «банкомат». Машина, к которой люди выстроились в очередь, как к кассе.
— Вот он, — сказала девчонка. — Сейчас снимем.
Мы подождали, когда народ разойдётся. Я подошёл к банкомату, вытащил карту. Так, и чё по чём? Экран загорелся и тут же высветил опции на выбор — снять наличные, внести и тому подобное.
Аня, пока я замялся, решила ускорить процесс и ткнула пальцем прямо по иконке «снять наличные». Кабан-банкомат снова «раскрылся», прося меня прислонить карту. Я заметил небольшую мигающую приблуду и прислонил карту к ней.
«Введите PIN-код».
— Чего ввести? — уточнил я.
— Код, — пояснила Аня. — Ты что ли опять забыл?
Я промолчал. Можно забыть то, что знаешь, а я никакого кода и знать не знал. Разводняк чистой воды.
— Тебе повезло, что я помню, — девчонка быстро-быстро захлопала ресницами.
Ну и без всяких заминок нажала четыре цифры. Экран мигнул, и через пару секунд банкомат зажужжал, выплюнув купюры.