Скиталец (СИ)

Заряд в теле робота был уже на пределе — меньше десяти процентов. Дмитрий решил рискнуть и попробовать зарядится от этого странного устройства. Может быть, произойдет чудо, и отсрочит свой конец?
Медленно подползя к выемке, Дмитрий подтянулся и насадил свой порт в нижней части ладони на иглу. Как только он это сделал, его сознание очутилось в космосе. Первое, что бросилось ему в глаза, — это очень быстро вращающаяся нейронная звезда, которая светила постоянно «моргающим» светом. Но стоило отвести от неё взгляд, как стали видны мириады звёзд, безжизненные планеты и поля астероидов. Это было очень красивое и завораживающее зрелище. Краснов был очарован им.
Сначала он даже не заметил, что вместо металлического вместилища у него вновь появилось живое тело. А когда заметил, то немного приуныл. Нет, конечно, он был рад возвращению старого вида, но это вполне могло быть геймовером. И что дальше?
Как будто отвечая на вопрос Дмитрия, пространство в отдалении дрогнуло. Материальный мир в том месте стал расходиться подобно рвущейся ткани. И на месте прорыва проявилась чужеродная искрящаяся невозможными цветами энергия.
С каждой секундой вопреки законам мироздания в безвоздушном пространстве до невольного зрителя стали доходить звуки. Сначала Краснов не мог понять, что там звучит. А потом, к своему ужасу, осознал, что это смех, безумный и нечеловеческий хор порождений кошмаров, чего-то жаждущий и голодный. Там был не только смех. Но именно он звучал громче всего прочего.
Безумная какофония звуков пленила Краснова. Он бы и рад закрыть уши и глаза, но не мог пошевелиться. А разрыв в пространстве всё продолжал разрастаться, и вместе с этим росла и громкость звуков.
Внезапно позади себя бывший автомеханик почувствовал на себе тяжелый взгляд. Чья-то воля оглушила его и заставила перекрыть веки.
После этого Дмитрий резко вернулся в тело робота. Он спешно снял свою руку с иглы и на всей возможной скорости начал отползать от загадочной шайтан машины. При этом Краснов старался не отворачиваться от иглы. Мало ли что.
Неожиданно для себя Краснов уперся во что-то мягкое. Это заставило его оторвать взгляд от устройств и посмотреть, во что он врезался. Это был мертвый орк. Точнее, целая гора орков, сваленная в кучу высотой чуть меньше двух метров. Мутантов по-прежнему не было видно. Но, судя по всему, это они натаскали сюда это. Что вообще происходит? Они что, запасаются едой?
Предположение робота подтвердилось с возвращением стаи. Они быстро вбежали в комнату, таща на себе массивный мусор. Стоило последнему члену стаи забежать в помещение, как «Бобик» издал очередной командный рык. Но это было сделано скорее для того, чтобы подогнать сородичей, так как каждый из них уже спешно начал заваливать перенесенным мусором проход. Сам Бобик, кстати, тоже присоединился к сему действию. Вскоре проход был завален.
И вовремя, звуки сирены умолкли. На несколько мгновений повисла гнетущая тишина. Но лучше бы она не заканчивалась. Так как ее прервал смех. Тот самый смех, в десятки, если не в сотни разы слабее, но не узнать его было невозможно.
— Боже…
* * *
— (орочий диалек) Ха-ха-ха. Эй босса смотри из стен кровяка сочится и моргалы всякие торчат. Они прикольно лопаются если на них надавить.
Недавно ставший нобом орк самозабвенно тыкал пальцами в глаза, появившиеся на стене. Для него этот процесс вызывал некоторое успокоение. Так сказать, поп-ит на орочий манер.
— (орочий диалект) Не лезь дебил! Оно тебя сожрёт!
Гакул крикнул своему телохранителю, но было уже слишком поздно. Фиолетовая щупальца схватила орка и утащила в кровавый поток на стене. Мгновение спустя кровавые глаза исчезли, и на их месте снова появилась обычная стена одной из множества халуп в Зелёном.
Такая картина наблюдалась по всему космическому кораблю. Сквозь незащищённую обшивку проникало множество разнообразных демонов. В этом не было особого смысла, ведь души орков были защищены полем Вагх и самими Горком и Морком. Даже если бы демоны захотели, они не смогли бы их поглотить. Точнее, они могли бы вычленить какую-нибудь несчастную душу, но на это ушло бы столько сил, что скудная душа орка не покрыла бы затраты. Зачем же тогда лезть на корабль?
  
Во-первых, не все обитатели Имматериума были разумными. Было множество неразумных порождений, которые бросались на всё, что слабее их, включая других порождений.
Во-вторых, это было весело. Почему бы не наведаться в гости и не насытиться страданиями живых существ? В Варпе не только души имеют вес, но и эмоции и чувства, такие как боль и страдания, также играют свою роль в этом нематериальном царстве.
Гакул немного расстроился. Не из-за самой гибели телохранителя — это было неважно. Просто это был последний орк в его группе, не считая его самого. Босс «Зеленого» хоть и любил хорошую драку, но опыт подсказывал ему, что если он останется здесь, то вскоре сам присоединится к трупакам.
Только он собрался уходить, как из-за угла появилась массивная орочья фигура в силовой броне, которая по размеру напоминала его собственную. Гакул уже обрадовался. Появление сильного союзника позволило бы отсрочить отступление и продолжать наслаждаться бойней. Но стоило ему разглядеть фигуру орка получше, как хорошее настроение мигом испарилось.
— (Орочий диалект) Та ты же здох! Я лично постукал тебя!
Это был Острозуб. Старый босс Зелёного. Именно его убил в бою Гакул за звание босса.
— (Орочий диалект) Хренова постукал ты зогово семя! Ты никчемный выкормыш сквига даже прибить меня нормально не смог!
«Мёртвый» босс ответили своему бывшему нобу с самодовольной улыбкой оскалом. В глазах призрака явно виднелось презрение. Это не осталось без внимания.
— (Орочий диалект) Да ты ваще попутал! Откуда такой моргалы у неудачника? Я вызвал тебя на бой один на один и ты проиграл!
— (Орочий диалект) Лишь потому что ты, ничтожество, вызвал меня на бой сразу после того, как я постукал предыдущего придурка и был тяжело ранен. Если бы ты кусок переваренного грота вышел со мной один на один в момент, когда я был здоров, то я тебя раздавил тебе как самого никчёмного из снотлингов.
От неожиданного и отчасти возвышенного слога орк немного растерялся. Гакул потратил пару минут, чтобы в достаточной степени осмыслить сказанное ему. Призрак прошлого, всё это время продолжая бездействовать. лишь насмешливо скалился и делая самодовольную морду.
Весь разум босса Зеленого был сосредоточен на осознании услышанного. Хотя слова были произнесены на орочьем языке, они оставались непонятными. Из-за этой сосредоточенности нынешний босс не заметил странностей: почему орк так витиевато выражается? Почему на нём броня, которую Гакул снял с его трупа? И, наконец, почему его оружие не испачкано в крови демонов?
Наконец, осознав сказанное в достаточной степени, чтобы понять общий смысл предложения, он пришёл в себя.
— (Орочий диалект) Это ты меня трусом назвал! Иди сюда зоговый грот я тя щас ишо раз постукаю!
Орочий вождь бросился в атаку на наглого мёртвого орка. А тот поступил подобающе трусливым гротам, но никак нормальному орку, а именно пустился в бегство. Увидев это, Гакул оскалился. Бегство означало признание своей слабости. А это уже значило, что можно наказать своего бывшего босса за длинный язык.
— (Орочий диалект) Э ту куды побёг? А ну вернись что бы я мог оторвать твою башку второй раз!
Орк устремился в погоню за наглым гротом, который осмелился его оскорбить. Он забыл о своём намерении отступить и теперь отдалялся всё дальше от своих основных сил.
Во время погони Гакул неоднократно стрелял из своего оружия в убегающего грота, но почему-то не мог попасть в него, хотя расстояние было небольшим. Ещё одна странность, на которую стоило бы обратить внимание, но охотничий азарт и желание победить давнего соперника вытеснили все остальные мысли.
Спустя полчаса погони Гакул осознал, что находится за пределами своего поселения. Это запоздалое понимание настигло вождя орков.