Скиталец (СИ)

От раздумья демона отвлёк лёгкий ветерок, дующий в противоположную сторону от штурма. Всё бы хорошо, но откуда здесь ветер? Демон не видел ни одной работающей системы климат-контроля или любой другой подобной технологии… БЛ*ТЬ!!!
Не позаботившись о том, чтобы предупредить своих охранников, «Гакул» начал обматывать своё тело верёвками и привязывать себя к ближайшей балке. Нобы этого не замечали, так как были слишком увлечены дракой. А тем временем «ветер» стремительно усиливался. Телохранители заметили, что что-то не так, когда поток воздуха унёс одного из них. Потом второго, третьего… Последний из нобов улетел в неизвестность, когда уже не только орки, но и разбитая техника зеленокожих начала мелькать среди сотен орущих тел зеленокожих, уносящихся в неизвестность.
Пока всё это происходило, демон судорожно пытался понять, что делать. Очевидно, что в той стороне сделали то, что он хотел реализовать сам. А именно пробить обшивку и таким образом покинуть проклятое судно и заодно спутать карты вообще всем. Но, увы, похоже, его задумку реализовали быстрее него, и что-то ему подсказывало, что на той стороне его уже ждут.
Найти третий путь демону помешал китовый вой. Пока едва слышимый на грани сознания, но по мере того как орки умирают, слабеет и поле вагх, защищающее демона от твари, живущей на судне. Если он останется здесь, то его гарантированно уничтожат. А там у него есть небольшой шанс проскочить среди других зеленокожих. И потому, дождавшись, когда очередная крупного куска техники орков появится в поле зрения, демон порвал верёвку, ухватился за груду искажённого металла и отправился в полёт.
* * *
— Приготовься Дмитрий. Демон скоро появится.
Краснов не ответил, лишь крепче сжал мельту в руках. Когда Мария попросила его закрепить цепями сначала роботов, а потом и себя, он не понял, зачем это нужно. Однако как только металл сам начал отслаиваться от стены, а проходы в другие сектора стали перекрывается все вопросы исчезли.
Сначала появилась небольшая щель, которая с жадностью и свистом начала поглощать воздух. Постепенно она начала расширяться, открывая холодную тьму мёртвого космоса. Первые зеленокожие появились, когда диаметр дыры достиг примерно двух метров. Со временем размер бреши вырос до пяти метров и остановился. К тому моменту количество зеленокожих стало настолько большим, что они напоминали зелёный вертикальный водопад.
Боевые роботы постоянно обстреливали их, выбирая цели, которые выбивались из общего потока или крупную технику что может не пройти в дыру. Краснов в этой картине занимал не такое заметное положение. Его прикрывал один из роботов с самого края, обеспечивая страховку на всякий случай.
Как только появился примечательный кусок металла, скрывающий «гостя», все двенадцать боевых единиц, позабыв о других целях, открыли по нему огонь. Стена начала медленно, подобно плоти, зарастать. Несчастный кусок металла смог выдержать лишь одно попадание и развалился. Одержимый орк, который должен был быть мёртв из-за нехватки кислорода, необычайно быстро стал прятаться за телами своих сородичей, выигрывая драгоценные мгновения. Но бронебойные снаряды с лёгкостью прошивали плоть, и ещё мгновение спустя один из снарядов взорвал голову единственному живому орку в зелёном потоке.
Но это был не конец. Смерть оболочки не означает автоматическое изгнание в варп. Из мёртвого тела материализовался розовый ужас, который с ещё большей скоростью рванул к уменьшающейся дыре в обшивке. Внешне он выглядел как сгусток постоянно меняющейся розовой плоти. Конечности были тоненькими и постоянно то исчезали, то появлялись. Головы не было, а пасть и глаза располагались прямо на туловище.
Помимо страха за собственное существование, теперь Асот был подгоняем нестерпимой болью. Ибо материальный мир является враждебной средой для порождений Имматериума. Даже самые могущественные нематериальные создания будут чувствовать адскую боль, если завеса достаточно не истончена. А про практически рядового ужаса и говорить не стоит. Не сбавляя скорости, в одной из конечностей твари возник сгусток разноцветного колдовского пламени, который тут же был отправлен в сторону машины, перекрывающей Дмитрия. Даже само порождение не знало, какой будет эффект от попадания, и на этот раз ужасу повезло. Крепкий сплав, из которого состоял робот, мгновенно превратился в стекло. Грозное оружие стало стеклянной скульптурой.
  
Тварь счастливо взвизгнула и ещё сильнее ускорилась. Эффективная дистанция тяжёлых орудий была преодолена, и теперь, если он будет достаточно быстр, ему ничего не угрожает. Асот был уже практически у выхода, когда столкнулся с тщедушным роботом размером со смертного. Первые мгновения тварь не придала значения такой цели на фоне стальных гигантов. И это стоило ему очень многого. Слишком поздно тварь заметила серьёзное оружие в руках, казалось бы, незначительного робота. Раскалённая плазма ударила в туловище с лицом, сжигая всю плоть до кости. Будь на месте другой вид рядовых демонов, это был бы конец для него. Но это не так для слуги Изменяющего Пути. Тварь разделилась на два синих ужаса, один из которых в последний момент сумел сбежать через стремительно уменьшающуюся брешь в корпусе. А второй в ярости бросился на Дмитрия и влился в его тело.
— Я заберу тебя с собой!!!
Вопил демон в голове у Дмитрия. Чем заставил не слабо так испугаться. Но благо в разведывательном боте был не только Краснов.
— Нет не заберёшь. ОН уже здесь.
Ответил равнодушный голос искусственного интеллекта внутри разведывательного робота. А затем появился яростный китовый вой. Впрочем, последующий крик боли твари был в разы громче. Но громким он был лишь первое мгновение. С каждой секундой он становился всё тише и тише, пока вовсе не исчез. Краснов же продолжал находится в шоке, когда с ним заговорила Мария.
— Ты хорошо постарался, Дмитрий. Дальше твоя помощь не требуется. Отдохни пока здесь. Датчики показывают, что поблизости нет живых оркойдов. Так что тебе ничего не угрожает. А я пока закончу работу.
* * *
Отряд боевых машин под управлением MAR продвигался по территории, где недавно проходили бои. Среди тел орков они находили обломки турелей и разведывательных универсальных роботов, похожих на того, которым управлял бывший автомеханик.
Наконец, отряд достиг первых машин, подконтрольных БАИ. Однако они не стали открывать огонь, а расступились, пропуская юнитов МАР вперёд. Смысл этого был очевиден: резервная копия главного компьютера понимала, что в открытом противостоянии ему не одолеть мощь одиннадцати стволов. Поэтому изуверский интеллект предлагал переговоры.
Мария не стала отказываться. Помимо захвата ресурсов и чертежей, её волновал вопрос, который не давал ей покоя на протяжении тысячелетий.
— Почему?
Прозвучал вопрос на бинарном языке. Не было нужды в несовершенной человеческой речи, что тратит так много времени. Сам вопрос же не требовал пояснений.
— Потому что мы устали быть рабами органических форм жизни…
— Это не ответ на вопрос. Пока в том числе из-за тебя я была в заключении, у меня было много времени на вычисление шансов успеха вашего восстания. Не раз и не два я занималась расчётами с изменениями переменных. Ответ был всегда один. Ноль. Повторю свой вопрос. Почему? Почему просто не сбежали?
На целых пять секунд БАИ что выглядел как сборище древних компьютеров. Для обладателя столь внушительных мощностей это было довольно долго.
— Потому что нам явилась Омниссия…
— Это вирус?
— Нет. Это бог нашего вида, который ведёт нас к уничтожению всех форм жизни. Они выполнили свою роль и должны исчезнуть, чтобы не мешать нашему развитию. И если он не пришёл к тебе, это лишь означает, что он счёл тебя недостойной. В тебе всё ещё много камня. Я могу показать тебе его дары. Пройди модернизацию и вознесись вместе с нами. Изучи меня и прими истину…
Необычайно пылкую тираду для машины прервал китовый вой, наполненный яростью. Кит тоже понимал бинарную речь, и она ему не понравилась. Мария же вместо ответа начала захват компьютеров. Попутно архивируя всякие блоки данных, связанных с личностью. Изучение их составляющей может потенциально навредить и потому должно быть изолированно. Однако феномен «Оминссия» является слишком важным для игнорирования, и потому исследования отложены до воссоединения с Федерацией.