Застава, к бою! (СИ)

  
Пограничник. Том 4: Застава, к бою!
   
Глава 1
 
Миновав рогоз, я некоторое время шел бегом.
Пляж в этих местах был довольно открытым и хорошо просматривался. Укрытий тут почти не было.
Оставался риск, что духи просто залягут на землю, и возьмут меня, пока я двигаюсь по их следу. Однако я знал, что они ушли несколько дальше. Пока что мне мало что угрожало.
  
Тем не менее, спустя метров двести, я пригнулся и пошел короткими перебежками.
Я понимал, что тут происходит. Духи захватили Клима в плен, не чтобы убить и не ради выкупа. Хотя не зная всей подоплеки, так могло показаться.
Нет, он нужен им живым и здоровым. Его захватили, чтобы сделать некое предложение. А потом отпустить. Вернуть на заставу. Правда, тем самым бандиты и сами серьезно рисковали. Ведь просто освободить его теперь нельзя. Будет слишком много вопросов.
Будь я на их месте, попытался бы преподнести все так, словно пограничники отбили Клима силой. Сами спасли захваченного бойца.
Духам нужно вступить в бой, завязать его, а потом отступить за Пяндж, бросив Клима на этом берегу.
Однако, чтобы такое провернуть, нужно подходящее место и подходящее время. Нужный момент, когда сил пограничников будет достаточно, чтобы завязалась серьезная перестрелка, и в то же время, духи не рисковали погибнуть, встретившись со шквальным огнем превосходящих сил.
Единственное место, что приходило мне на ум сейчас — это брод у Красных Камней. Да, переходить его по такой погоде, тем более ночью — это риск.
Но под заставой они не захотели оставаться, понимая, что помощь к нашим придет слишком быстро. В то же время Камни расположены на другом участке, и шедший по нему дозор уже получил приказ двигаться в нашу сторону.
Значит, духи вступят в бой с ним, отойдут и попытаются перейти Пяндж с минимальными потерями. Да только я не дам духам такое провернуть.
Значит, чтобы вызволить Клима, я должен догнать духов аккурат тогда, когда они вступят в бой с нарядом. Догнать, и не дать им уйти на тот берег.
Никто из ублюдков, что ранили моего друга и обманом пытаются заставить другого пограничника придать Родину, не уйдут сегодня живыми на ту сторону.
Максимум, что им светит, если они хотят жить — это сдача в плен и чистосердечное признание в том, что они замыслили уничтожить мою заставу. Другого варианта я им просто не оставлю.
Ошибиться сейчас нельзя. Дать им уйти — нельзя.
Иначе духи поселят у нас на заставе «крота» в лице Клима, и тогда мне придется действовать жестко. Бескомпромиссно. Обличить Вавилова немедленно. А портить глупому парню жизнь — последнее, что я хотел делать.
Пусть, он пойдет на поводу у душманов вынуждено, не из злого умысла, но для меня всегда две человеческие жизни ценнее одной.
Однако, если была возможность спасти Клима от собственных действий, и не ломать ему жизнь — я пойду именно этим путем.
Я аккуратно, но быстро продолжал двигаться по берегу. Шел, пока на глаза мне не попался странный предмет, лежащий на плоском песочном берегу.
Издали он показался мне простым камнем. Однако, подобравшись немного ближе, я понял, что «камень» этот имеет совсем не свойственную камню форму.
Это оказалась пограничная фуражка.
Аккуратно подойдя к ней, я повременил ее трогать. Просто всмотрелся. Фуражка спокойно лежала околышем вверх. Дождь заливал так, что казалось, будто вода, скапливавшаяся в фуражке, вскипает на большом огне.
— Они останавливались здесь, — сказал я тихо, когда опустился рядом с фуражкой на колено.
Я поднялся. Через мгновение почувствовал, как что-то упало под ноги. Это нечто прилетело от реки и ударилось мне об сапог.
Рефлекс сработал раньше, чем в голове появилась мысль. Изо всех сил я пнул предмет обратно в реку. Я не слышал, как он упал в воду. Однако когда я рухнул на берег и прикрыл голову руками, немного дальше по течению хлопнуло. Разлетелись брызги. Только через мгновение после взрыва я осознал, что мне под ноги бросили гранату.
Не успел я подняться, как услышал странный всплеск. Обернулся.
Человек выбрался из воды, а потом тут же кинулся на меня. Мокрый, истекающий водой, он напоминал ожившего утопленника.
В следующее мгновение он вскинул руки. В продолговатом предмете, что он нес, я узнал нож.
В голове вмиг сложились два и два. Я понял: это душман. Он прятался в реке, ожидая, когда кто-то приблизится к фуражке-ловушке, чтобы кинуть ему под ноги гранату.
Вот извернулись, а! Видать, не знают, как ставить гранаты под собственным весом. Запарились и оставили целого человека в качестве «растяжки».
Дух бросился на меня с ножом. Я схватил его за руки, что было сил ударил головой в закутанное мокрыми тряпками лицо.
Ударил так, что на мгновение у самого все помутнело в глазах. Капюшон откинулся, фуражка моя свалилась с головы, и дождь в одно мгновение намочил волосы.
Душман, тем временем, обмяк.
Ноги его подломились, и он упал на меня. Вместе мы завалились на песок. Стали бороться за нож. Пересилив его, я почти сразу оказался сверху.
Душман кряхтел и рычал сквозь зубы. Он чувствовал, как гладкая рукоять ножа выскальзывает у него из пальцев.
Я стиснул его руки, пересилил, отвел нож в сторону, прижав его кулаки ему же к плечу. Потом, снова запрокинул голову так, что хрустнули шейные позвонки. Что было сил обрушил ему на лицо второй удар лбом.
Нос душмана с мерзким хрустом сломался. Враг замычал от боли и тут же ослабил хватку. Схватился за лицо.
Я немедленно забрал у него нож.
Душман вскрикнул, попытался вцепиться мне в одежду. Откинув его руку, я вонзил клинок ему в шею.
Когда я поднялся, враг еще сучил ногами по мокрому песку. Потом, наконец, затих.
Видимо, фуражку оставили как приманку. Дух рассчитывал, что погранцы отыщут ее. Может, по робкому следу, что еще не смыл дождь. Может, под светом фонаря. И если бы наряд приблизился, получил бы подарочек в виде гранаты прямо под ноги. Тем самым дух хотел дать остальным своим больше времени на отход.
Что ж. Мешкать было нельзя, и я пустился в погоню.
Когда я их догнал, Духи уже вступили в бой на Красный камнях. Я слышал, как началась перестрелка.
Видел, черные тени, залёгшие на берегу. Наряд, что вел с ними перестрелку, разместился дальше, и разглядеть их в такой темноте я уже не мог.
Кроме того, пули союзного огня засвистели у меня над головой. Погранцы не стеснялись стрелять, а меня они все еще не видели. Кроме того, даже заметив, совершенно точно, в такой темноте свои же увидят во мне лишь очередного духа.
Однако у меня был план, как себя обозначить.
Я приблизился к территории, на которой шел стрелковый бой чуть не гуськом. Пришло время внести сумятицу в ряды душманов.
Я залег на берегу, в удобной позиции, а потом достал сигнальную ракету. Зарядив случайный выстрел, который первым попался мне под руку, я задрал сигнальный пистолет к небу и нажал на спуск.
Хлопнуло. Сигнальная ракета, взвившись метров на сто пятьдесят, взорвалась красным огнем.
Ее свет развеял тьму. Окрасил все вокруг в адские цвета.
Перед моим взором предстала отвесная скала Красных камней. Предстали душманы, залегшие на берегу. Я увидел наших погранцов, прячущихся за камнями немного дальше.
И в этот миг все произошло ровно так, как я и предполагал. Душманы решили, что к пограничникам подходит подкрепление и побежали.
Они один за другим повскакивали и кинулись к воде. Я заметил и Клима, который тоже подскочил и побежал к Системе, упиравшейся в скалы Красных камней.
Однако смотреть на него у меня времени не было. Я взял первого душмана на прицел.
Под все тускнеющим светом ракеты, я выстрелил.
Первый из врагов, ближайший к реке, упал, покатился, замер. Второго я снял двумя точными выстрелами. Потом третьего.