Я царь. Книга XXVIII (СИ)

Люди вокруг зашушукались.
— Да… Пушкин только что спас царя…
— Ему можно доверять…
Царь улыбнулся и, наклонив голову набок, закатил глаза.
— Я бы мог приказать, расстрелять ее на месте… Но не буду, — развел он руками. — Делайте, что хотите, Александр Сергеевич, — и потерял к нему всякий интерес.
Булат предусмотрительно встал рядом с Пушкиным и пихнул его мордой.
— Да… Он нас перехитрил…
  
Подойдя к Карениной, он наклонился и протянул руку.
— Иди со мной, если хочешь жить, — прошептал он.
* * *
Я видел, что происходило снаружи. И…
Да я даже не знаю, как это комментировать? Что вообще происходит? Что задумал Петр Первый?
Нет, в слова Павла про становление Божеством я верю. Но пока не хватало информации. Но сейчас у меня было то, зачем я сюда пришел. Павел висел на правом плече, в кармане Некрономикон.
Вернемся на Сахалин и проведем подробный анализ. Но а пока надо выбраться отсюда. По картам мы поднялись на уровень выше и пошли через подземные ходы.
Дальше, сканируя округу, мы вышли в той же точке, откуда я заходил.
Рядом с моей машиной стояли два агента Первого отдела.
— Господин…– тут же подбежал к нам один из агентов и подхватил Павла.
— Отследите, что будет с Пушкиным. У вас есть мой номер. Как только узнаете, что он сделал с Карениной, тут же доложите мне. Или Петру Петровичу.
— Есть.
Мы сели в машину, и я приказал Лоре отвезти нас домой.
— Сделай полное сканирование.
— Уже сделала, — ответила Лора. — Никаких спрятанных жучков и артефактов нет. Рунические письмена для отслеживания также отсутствуют.
Ну хоть тут все чисто. Но на всякий случай такую же процедуру я сделал и с Павлом. Помимо его воли, Петр Первый мог сделать с ним что угодно. Но к счастью, обошлось, и царевич был в порядке.
По дороге я отправил сообщение Петру Петровичу и сказал, что скоро вся семья будет в сборе. Болванчика от Пушкина я отозвал. Он был достаточно сильным, чтобы тратить на него энергию. А вот деталь, находящуюся в одном из ящиков с болванками тел, я оставил.
— Ты бы хоть музыку врубил, — прошептал Павел.
Его состояние по чуть-чуть, но улучшилось. Даже стало интересно, что это за клетка такая, в которой он сидел…
Я включил радио и через минуту уже вырубил его. Очернение Петра Петровича. Сплошное восхваление Петра Первого, и то, как Пушкин спас нового царя от покушения Кузнецова. Конечно, все вывернули так, что Гоголь пытался защитить царя… Хотя так оно и было.
А про Павла Романова, как я и предполагал, ничего не было сказано.
На трассе я уже поднял машину в воздух, и мы быстренько долетели до моего особняка. Там я и встретил Ростислава Тихомировича. После того, как приземлился, он лично вышел ко мне.
— Это царевич Павел? — тут же возник Андреев и лекарями.
— Он самый, — кивнул я, передавая его в руки более квалифицированных людей.
— Михаил, — обратился граф Бердышев ко мне. — Час назад сюда приехал Арина Родионовна, няня Александра Пушкина. Она хочет с тобой побеседовать. Но для начала, скажи: то, что говорят по радио, это правда?
— О чем?
— О том, что Пушкин спас Петра Первого?
— Нет.
Он как будто выдохнул от этой новости и проводил меня в гостиную. Там сидела маленькая старушка в платке. Но как только я увидел ее взгляд, понял, что с ней шутки плохи. Такая, если возьмется за тебя, то тяжело будет отделаться.
— Князь Кузнецов! — вскочила она. — Я-то вас и ждала.
Лора только хмыкнула. А я не стал ее поправлять, что перед ней уже не князь.
— Я вас слушаю, но хочу предупредить, у меня мало времени.
— Разумеется, — кивнула она и села обратно.
Я сел напротив. Разговор был по поводу ее подопечного. Она хотела знать все подробности происходящего в Кремле. А я узнал, что он сбежал из палаты и сразу направился к Кремлю.
— А еще он хотел чебуреки…
— Чебуреки? — удивился я.
— Ну не важно, — махнула она рукой.
— И все же, Арина Родионовна, я бы хотел знать, что вы тут делаете? Не просто же приехали, чтобы услышать все из первых уст? К тому же, никто не знает, что я был в Кремле. Официально.
— Разумеется, — ухмыльнулась она и протянула свой телефон. Там я прочитал открытое сообщение.
«Дорогая моя няня, срочно езжай к поместью Кузнецова и жди его. Пусть он заберет тебя с собой. Не хочу, чтобы ты пострадала. Твой Саша».
— О как! — удивилась Лора. — Сообщение отправлено тогда, когда мы были под Кремлем! Ну хитрец!
— Что ж, ладно, — пожал я плечами. — Не могли бы вы подождать? Я схожу за Павлом, и мы двинем на Сахалин.
— Ох… Так сразу! — всполошилась она. — Это ж сколько лететь…
— Не переживайте. Одна нога тут, другая там, — загадочно улыбнулся я и пошел к графу Бердышеву.
Тот находился в пристройке у дома, где сейчас лекари колдовали над телом Паши. Он уже был румяный, улыбался. Это меня порадовало. Рядом крутился Богдан с тарелкой фруктов.
— Сестра говорил, что фрукты полезны для иммунитета! — бормотал он, чуть ли не насильно запихивая в царевича кусочки яблока.
— Граф, прошу прощения, но я бы хотел быстрее доставить его на Сахалин.
— Разумеется, — он аккуратно взял меня за локоть и отвел в сторону. — Вы остановили его?
— Нет… — покачал я головой. — Но и задачи такой пока не было. В первую очередь, мне надо как-то спасти Петра, а уж потом думать, как свергнуть его отца.
— Кто остался в Москве из союзников?
— Только Пушкин. Остальные… Скорее всего, они не в городе. Кутузов и Нахимов… заложники ситуации. Так что пока они под вопросом.
— Ясно, — кивнул он. — Мне надо еще что-то знать?
— Нет, — твердо сказал я. — Все вопросы через Богдана и вот еще… — сняв с запястья детальку Болванчика, передал ее графу. — Всегда, слышите? Всегда носите ее при себе. Хотя… Даже если забудете, она сама будет с вами.
— Хорошо.
Я позвал Павла, и мы вернулись в дом.
Арина Родионовна, увидев царевича, всплеснула руками по поводу того, как он исхудал и кинулась его обнимать.
У графа запиликал телефон.
— Слушаю?… Да, понял. Сейчас выйду. Пропустите их.
Он положил трубку и невозмутимо посмотрел на нашу компанию.
— Господа, вам лучше поторопиться, так как у ворот стоят солдаты и требуют проверку и досмотр здания.
Петр Первый быстро сориентировался. Ничего не скажешь. Послал солдат в единственное место, куда я мог бы приехать. Хотя отдаю должное, граф тоже не впал в панику и тут же распорядился пустить их на территорию, чтобы это не вызвало подозрений.
— Так, ну что ж, прошу все в подвал!