Измена. Он не твой (СИ)

И еще кое-кто.
Я молча опускаю голову, позволяя его теплу согреть мои замерзшие от страхов пальцы.
– Анна эта сегодня мне написала, что ты у нее ночуешь.
Усмехается.
– Кинуть фотографию, что ты ночуешь дома?
– Много им чести. Сначала узнаем, кто это.
– Угу.
Ярослав осторожно касается пальцами моего подбородка, слегка приподнимая лицо вверх, и я невольно поддаюсь этому движению. Его глаза сейчас мягкие, внимательные, смотрят так, будто пытаются проникнуть в самое сердце, вычерпать оттуда всю боль и оставить только тепло.
  
Он медленно приближается, так близко, что я чувствую его дыхание, теплое и едва заметное на моей щеке.
Но в тот самый миг, когда его губы уже почти касаются моих, я мягко отворачиваюсь, опуская глаза и осторожно высвобождая подбородок из его руки.
– Подожди, Яр… – голос звучит тихо, едва слышно. – Мне сейчас… нужно время. Просто время, понимаешь?
Он застывает, смотрит на меня, не отстраняясь сразу, словно надеется, что я передумаю и сама потянусь к нему навстречу. Но я лишь слегка качаю головой, медленно отступая на шаг назад.
– Я хочу знать всю правду, – добавляю я почти шепотом, – Только после этого мы сможем двигаться дальше.
Он опускает руку, сжимая пальцы в кулак.
– Давай ее спровоцируем.
  
Глава 33
 
– Спровоцируем? – смотрю на Яра.
– Ага. С Мариной все понятно. Вопрос надо решить с этой Анной и с теми, кто у тебя торты заказывает, а потом их не забирает.
– Как?
– Помирись с ней.
– Что? – внутри уже бурлит тревога и странное любопытство.
– Вы с ней на чем разошлись?
– Что ты к ней приставал.
Закатывает глаза и вздыхает.
– Значит, скажи, что пересматривала ваши фотографии, все думала, она как сестра и так бы не поступила, в общем все в этом стиле. Потом скажи, что снова со мной поругалась и я уехал куда-то. И деталь надо сказать, мол, в белой своей толстовке и уехал. Там уже пятно на рукаве, он даже не переоделся. Как будто кто-то ему его будет отстирывать.
– Так она скажет, что ты к маме поехал.
– Не скажет. Ей надо, чтобы ты ей поверила. Поэтому за любую возможность ухватится. Если это все делает она, конечно.
Я беру телефон.
– Твоя цель, чтобы она тебя услышала, а ты ей передала эту информацию. Психология простая. Если она врет, ей захочется торжества. Она захочет, чтобы ты знала и от этой Анны будет пост, как я к ней приехал и ночевал. А если промолчит – тогда будет думать дальше.
Если будет какой-то пост от этой Анны снова, значит, это и есть эта Анна.
– Я поняла.
Эта игра мне не нравится. Но иначе она не раскроется. Не выдаст себя. Так пусть расслабится. Пусть подумает, что победила.
Я опущусь до ее уровня. Только один раз. Ради правды. Ради себя. Ради того, кто растет внутри меня.
Набираю Марину.
– Алло, – Марина отвечает настороженно, но мягко почти сразу.
Я делаю глубокий вдох, чтобы погасить дрожь в голосе.
– Марин… я не знаю, зачем вообще звоню… Просто… мне плохо.
– Даш… ты чего?.. Ты плачешь?
– Да, – признаюсь, и голос срывается. – Прости, что накричала на тебя. У меня в голове все перемешалось. Я не понимаю, кто прав, кто врет, кому верить. Я… я фотографии наши пересматривала… Свадьба, крестины… Ты же мне всегда как сестра. Я всегда думала, если что-то случится, ты будешь рядом. А теперь даже не знаю, куда деваться. И Ярослав опять… Мы с ним снова поссорились.
На том конце телефона слышно, как Марина всхлипывает, будто сама сдерживает слезы.
– Даш, ну что ты такое говоришь… Не надо, пожалуйста. Я так по тебе скучаю. Я переживаю за тебя, правда. Просто… ну, все как-то так наложилось.
– Он приходил сегодня, мы снова говорили, ругались, а потом психанул и ушел, – добавляю глухо. – Уехал куда-то снова…
– Ты веришь, что не ко мне?
Марина задает вопрос врасплох. Ну да, наверное, естественно, что к ней…
– Если бы к тебе, то ты вряд ли бы ответила мне сейчас. Или вообще телефон выключила. – Нельзя, чтобы она больше сомневалась. – Понимаешь, он уехал в своей белой толстовке, даже не переоделся. Хотя видел, что она уже не свежая. Такое ощущение… будто есть кто-то, кто ему теперь стирает и гладит. А я тут одна. Не знаю, что делать дальше. Катя… торты… эта Анна… Я не сплю ночами, у меня уже руки дрожат...
– Дашенька, – перебивает она торопливо, с тем голосом, как если бы я получила двойку или поссорилась с родителями, – прости меня. Прости, что я ушла. Что не поддержала, что сказала тебе всякую чушь. Я не хотела! Ты же знаешь, я бы никогда не предала тебя. Никогда! Все это было так наслоено… А он… ну ты сама знаешь, какой он бывает. Упертый. А ты – вспыльчивая. Я просто не хотела влезать.
Я молчу, позволяя ей говорить, сама же в трубку шмыгаю носом.
– Ты не одна. Ты же знаешь. Я всегда с тобой, хоть и дулись мы как дурочки. Но я же тебя люблю. По-сестрински. От всего сердца. И муж твой мне не нужен. А что было… Давай пока просто не будем встречаться все вместе.
– Спасибо, – шепчу. – Мне правда это нужно сейчас. Просто чтобы одной не быть. Хоть чуть-чуть.
– Даш, давай увидимся? Я могу подъехать к тебе или ты ко мне? Просто посидим, чай попьем. Как раньше.
– Нет, не сегодня. Я пока… не могу. Прости. Я просто хотела услышать тебя.
– Ну, хоть поговорили… – тихо вздыхает она. – Спасибо, что позвонила. Мне это важно.
– Марин, спасибо тебе… правда.
– Ты держись. И если этот козел не ценит тебя – ну и пошел он, поняла?
Я даже улыбаюсь.
– Поняла.
Телефон кладу на стол. В груди тяжело – но не потому, что больно. А потому, что непонятно.
– Если это и была она – сыграла идеально, – говорю Яру. Поддержка, добрые слова, воспоминания. Ни одного фальшивого движения. Ни намека. Ни дрожи в голосе.
Но я жду.
Если она действительно Анна, она захочет использовать ту самую деталь…
И если использует – мы узнаем все.
Мы ждем час, молча пьем чай в кухне. Яр периодически проверяет Катю.
Анна не пишет… И это означает, либо Марина не Анна, либо Марина сдалась, либо Анна все же реально существует и врет Яр.
Опять возвращаемся к тому, с чего начали.
– Ну что, ничего не написала?
– Неа, – проверяю чат. Тишина.
Марина решила успокоиться? Дружбы между нами все равно уже не будет, как раньше. Но я хочу знать правду. Имею на это право.
– Дай мне твой телефон.
– Зачем?
– Я завтра найду человека. Проверим, чей аккаунт. Профиль правда закрытый, придется попотеть. Но надо узнать, на кого зарегистрирован. С какой симки все это идет.
– Думаешь, прокатит? – передаю ему телефон.
– Если не прокатит напрямую, – он поднимает на меня глаза, в которых уже не сомнение, а решимость, – будем копать иначе. Через номера, через локации, через общих знакомых. Даш, а скинь мне еще все фотографии, которые она выкладывала со мной.
– Зачем?
– Проверить кое-что хочу.
Я пересылаю ему все из сделанных скринов.
– Даш, поздно уже. Я останусь? Или хочешь, чтобы уехал?
– Я собиралась к родителям.
– Ну куда уже к родителям? Я уеду. Оставайтесь тут.
И мы встречаемся взглядами. Он уедет, но куда? Я вроде бы доверяю, но пару процентов недоверия и столько же ревности все равно остается.
– Давай так, мне до мамы ехать минут двадцать пять. Как заеду, наберу тебе видеовызов, увидишь, что я у нее, а не где-то еще.
– Хорошо.
Ярослав уезжает к родителям, потому что ночевка вместе – это уже как прощение. А я пока никого не прощаю. Пока не буду знать всю правду.
Ложусь с телефоном в руке. Жду, когда он заедет и наберет. Еще раз проверяю чат. Там тишина.
  
Но не дожидаюсь его звонка Яра и засыпаю.
Утром подскакиваю от будильника. У меня запись к врачу. И Катю надо в сад отвести. От Яра вчера вечером висит пропущенный.