Зов пустоты

– Так точно, капитан Раст! – отчеканила я, не совсем понимая, к чему эти разговоры.
– По барам будете таскаться, когда закончите учебу и отработаете контракт на Альянс, – почти зло закончил он.
Я раздраженно уставилась на капитана и кивнула. Не собиралась я унижаться, оправдываясь. Наверняка Раст подумал, что пилоты завсегдатаи увеселительных мест. А мы здесь впахивали как проклятые! Всего парочка вылазок в бар за весь период учебы!
  
Пять лет я училась слушаться приказов и выполнять их. Сейчас я понимала, что этого времени было ничтожно мало. Горячо мечтала вышвырнуть Раста в открытый космос, а не просто из своей комнаты!
– Свободны, курсант Романова! Увидимся завтра на занятиях.
Я уже подумала, что можно расслабиться, и все вопросы, о которых обмолвился капитан, мы решили, но это было не так.
Уходя, Дикксон бросил:
– Что касается нас, курсант, – выделил он слово «нас». – Я не прочь продолжить. Это никак не повлияет на деловые взаимоотношения.
Захлопнулась дверь.
Опешив, я открыла рот и снова его закрыла. В других обстоятельствах я бы могла попробовать – что отрицать, он привлекал меня как мужчина. Но одновременно – ужасно бесил. Особенно после озвучивания «неких» вопросов! Для здоровья репродуктивной системы сгодился бы, а вот нервной – сомнительно! Только Дикксон мой капитан, а значит, и думать о продолжении нечего. Не хватало, чтобы другие курсанты и преподаватели Академии поставили мои успехи под сомнение из-за связи с капитаном! Нет и нет.
Зажужжали курсантские часы, отвлекая от пустых мыслей. А вместе с часами сигнал подал бедный желудок.
«Крис, мы с Марти в столовой. Ты где?»
С землянином Никитой Залесским и глизанкой Марти Корса мы спелись с первого круга обучения. Не раз выручали и подстраховывали друг друга. Неизвестно, по каким краям Вселенной нас раскидает по распределению, мы надеялись попасть на службу в одно место. Если имелись свободные позиции и на курсантов не было других планов – их пожелания учитывали.
Мы уже обсуждали, что у нас велик шанс вместе пристроиться на космическую станцию «Лебедь» у Кеплера-452 b – быстроразвивающуюся базу Космических сил и крупный транспортный узел. Станция у Земли 2.0 часто испытывала дефицит в пилотах.
По дороге в столовую я успела окончательно собраться с мыслями. У меня было твердое намерение выстоять и справиться с любыми трудностями, если из-за моей выходки или отказа, который мне еще предстояло озвучить, капитан усложнит учебу в Академии. Я готова была на многое ради главной цели: поступление на службу Космических сил Звездного Альянса. Что невозможно без удостоверения пилота.
Если капитан Раст не конченый мудак, он остынет, и жизнь вернется к обычной рутине. К тому же я извинилась. Почти искренне.
В столовой я обнаружила половину своего подразделения. С завтрашнего дня все изменится, но сегодня мы еще были почти свободны. Марти и Ник уже почти опустошили свои тарелки и весело хохотали. Заметив меня, Марти громко воскликнула:
– Крис! Ты где была? Мы с Ником тебя потеряли.
– Небольшая помеха! – откликнулась я. – Уже все уладила!
Не стоило уточнять, что это была довольно большая помеха. Рыжеволосая, крепкая, с упругой задницей.
Скосив взгляд в ту часть, где принимал пищу офицерский состав, Раста я не обнаружила. Пружина тревоги разжалась. Хотя бы поем с удовольствием! Запахи еды щекотали нос, вызывая аппетит.
У раздаточной линии с автоматами я немного зависла. Для супа было слишком жарко, но я все же выбрала куриный бульон, чтобы немного успокоить желудок. Взяла еще немного тушеного мяса без гарнира и ягодный чай. Наше питание было хорошо сбалансировано и разнообразно, Академия заботилась о курсантах. Командование и преподавательский состав питались и жили на равных с нами условиях, разве что с небольшими бонусами.
Мы были довольны условиями. Понимали, как повезло учиться именно здесь. Нам не приходилось жить в общих комнатах или казармах, учиться на устаревших кораблях и питаться чем придется, лишь бы выбрать норму калорий и нутриентов.
Но я бы училась и в худших летных школах, только бы иметь возможность реализовать мечту. Помогая отцу и старшему брату в мастерской, я грезила, что когда-нибудь буду сидеть в кресле пилота, а не копаться в двигателях и пультах управления, повидавших жизнь корветов.
Папа и Александр верили в меня больше, чем я. После каждого закрытия смены в мастерской, они переводили на отдельный счет пятую часть заработанных кредитов. Эти деньги шли на мое образование. У нас в Гор Даше, промышленной столице Марса, я посещала типовой колледж с хорошей учебной базой. Альянс боролся с безграмотностью, как с главной причиной регресса общества. Человечество при росте технологий не раз проходило этот путь из-за нищеты и отсутствия доступа к знаниям больших слоев населения. Но было очевидно: общих знаний для получения квоты в Летную школу или другое учебное заведение недостаточно. Так я и металась между колледжем, мастерской и дополнительными занятиями.
В Космическую академию Киршнера я подала заявление под давлением брата.
– Алекс! Подумай! Да кому я там сдалась? Не возьмут! – отмахивалась я от брата, полностью уверенная, что история с арктурианской академией не про меня.
– Кристи, ты сдрейфила? А ты трусиха! – усмехался Алекс так, что мне хотелось огреть его по голове сварочным аппаратом! – Откажешься от мечты, потому что боишься отказа? – Безжалостно проходился он раз за разом по больному.
Его усилия не пропали зря. Я занималась еще старательнее и, удовлетворившись результатами проверочных тестов, разослала их везде, где проходила по условиям. А потом долго не верила своим глазам, когда спустя месяц, курьер вручил мне плотный конверт. Старомодный, из дорогущей шершавой бумаги с золотой печатью Академии Киршнера: внутри солнца двукрылая фигурка с копьем. Древний символ Арктура: Хранитель Небес.
Вся семья затаила дыхание, даже нетерпеливая Майя, самая младшая из нас троих замерла. Дрожащими руками я вскрыла конверт, в ладонь мне вывалился прямоугольник карты памяти. Неужели самые несбыточные грезы могут сбываться? Алекс как всегда, среагировал первым, он схватил карточку с моей ладони и положил ее на считыватель компьютера.
От волнения строчки плыли перед глазами.
«Курсант Кристина Романова…»
Меня взяли!
На карточке еще был договор, я его быстро прочитала и подписала, приложив палец на считыватель. По окончании Академии я обязалась нести службу пилотом пятнадцать земных лет в Космических силах Альянса.
Там же на карточке были: перечень вещей, которые необходимо взять с собой, устав Академии, его мне надлежало выучить дословно в пути. Последним открылся файл с кодом ячейки в банке. Через три марсианских дня после подписания договора, в ячейке меня ждало удостоверение курсанта, курсантские часы, проездные и жилищные купоны, карта с кредитами, на которой уже лежала первая стипендия. Кредитов было в три раза больше, чем зарабатывали мы в мастерской отца за месяц. Улетая, я оставила две трети стипендии родителям. Ртов у них стало меньше, но и помощи в мастерской тоже.
Больше всех переживала мама. Папа и Алекс бодрились, а Майя толком не понимала, что увидимся мы неизвестно когда.
– Не знаете, какой десерт выбрать, курсант Романова? – насмешливо проронил Раст за моей спиной, возвращая меня в столовую Академии. Я с подносом зависла у автомата со сладостями.
  
– Немного задумалась о доме, – не очень вежливо буркнула я и, не глядя, ткнула в автомат, и так же не глядя, поставила тарелку на никелевый лоток.
– Торопитесь оставить нас и вернуться домой? – изобразил удивление капитан, но его глаза смеялись.
Мне хотелось плеснуть в него ягодный чай, чтобы смыть насмешку и ехидство с лица. Я поняла, кого мне напоминает капитан Раст. Арктурианского красного лисопса. Наглое бесстрашное животное, очень хитрое и умное. Они не знали замков и преград, пробирались куда угодно, учиняя беспорядки. И только то, что численность лисопсов была мала, сохраняло обе планеты Арктура от разгрома.