Суворовец. Том 1 (СИ)

Настя тоже опасливо отошла чуть назад, глядя на Тополя с глубочайшим презрением. И сразу же подле нее притулился какой-то "первак" из четвертого взвода.
— Разрешите! — пропищал он и хотел бы предложить даме руку.
Та даже растерялась. Только и успевай отбиваться от кавалеров!
Ешки-матрешки! Да тут глаз да глаз нужен! К девушке моей уже очередь из пубертата в форме выстраивается!
  
— Не разрешаю! — гаркнул я и специально взял Настю за руку. Занято, мол, товарищ суворовец. И даже не пытайся.
"Первак" пожал плечами, но не особо расстроился. Мигом окрутил какую-то девицу из бальной студии.
— Что, Макарон? — насмешливо окликнул Тополя его однокурсник — широкоплечий здоровяк Сема Бугаев. — Не подфартило? Бал уж скоро закончится. А ты за весь вечер так ни с кем и не потанцевал... Ну хочешь, Тополь, я тебе пару составлю? Так сказать, в виде исключения.
И он, щелкнув каблуками, галантно предложил Тополю руку.
— Разрешите Вас пригласить, товарищ суворовец?
"Старшаки" вместе с Семой захохотали.
— Пошел ты! — прошипел униженный Тополь и, смерив меня злющим взглядом, вышел из зала.
— Я б пошел, да ты оттуда! — отбрил Тополя Сема и равнодушно отвернулся, негромко сказав: "Придурок!".
Перерыв закончился. Вновь заиграла музыка.
Сема глянул на большие настенные часы в зале, повел широченными плечами и деловито сказал:
— Полчаса до конца! Пойду-ка напоследок еще потанцую!
— И я! — отлип от подоконника его приятель — Саня Раменский. Одернул на себе мундир и деловито сказал:— Давай, Сема, на абордаж! Не подведем гордое звание суворовца!
— Ты как? — спросил я Настю. — Хочешь еще потанцевать?
Но та вдруг наморщила свой прехорошенький носик.
— Ой, Андрей, я так натанцевалась сегодня! — воскликнула она. — Кажется, на год вперед! Ноги просто гудят! Я даже на тренировках так не уставала! Может, пойдем присядем?
— Один минут! — с готовностью отозвался я и галантно повел рукой в сторону выхода: — Прошу в фойе, мадемуазель!
Что ни говори, а есть в балах своя изюминка, своя особая атмосфера! Приятно хоть на мгновение почувствовать себя этаким бравым юнкером... Ну, из тех, которые свободно говорили по-французски, умели играть на рояле, петь романсы... И, конечно же, очень-очень нравились дамам...
Здорово хоть на мгновение окунуться в девятнадцатый век! Пусть я сейчас и в СССР семидесятых!
— Слушай! — сказала вдруг Настя, когда мы присели на лавочке. — А я его помню! Ну, мальчишку нахального этого! Это же он тогда на катке ко мне подходил!
— Подходил... Подъезжал... — хмуро сказал я и подтвердил: — Да, он самый.
В мозгу снова всплыло воспоминание о том памятном дне, когда я понял, что пропал, едва увидев миленькую хорошенькую девчушку на коньках, в красно-белом свитере и милом беретике с помпоном.
А сегодня Настя и вовсе чудо как хороша! В бальном-то платье и с прической! Небось всю ночь на бигуди спала, чтобы локоны были "как надо"! Обнять бы ее, прижать к себе да затискать вдоволь! Но нельзя! Этикет, чтоб его.
Да и в фойе мы уже не одни. Еще несколько парочек сюда подтянулись — тоже "поговорить" в укромном уголке.
— Ага.... — согласилась Настя и наклонилась, чтобы поправить замочек на туфельке. — Да, точно он! Фу, мерзкий он какой-то! И липкий! Будто тянет от него чем-то нехорошим.
— Есть такое дело! — мрачно подтвердил я. — Скользкий тип этот Тополь.
Я был абсолютно согласен с Настей. Сказал бы я вслух, чем именно "тянет" от Тополя, но лучше промолчу. Не при дамах такие слова говорить воспитанному кадету.
— Тополь — это кличка? — уточнила девушка.
— Почему ты так решила?
— Ну... вы же все друг другу клички придумываете... — рассмеялась Настя. — "Зубило" там, "Пи-пополам"...
— Не... — пояснил я. — Не кличка. Это фамилия у него такая.
Я присел на скамеечку в фойе, рядом со своей девушкой. Чуть поодаль сидел Миха "Пи-пополам" со своей волоокой красавицей.
— А почему "Пи-пополам"? — допытывалась моя ненаглядная.
— Мелкий потому что... — терпеливо объяснял я. — Число "пи" раздели пополам. Примерно 1.57 и будет. А вот и он! — я указал подбородком в другой угол, где сидели Миха с Верой.
Крошечный Миха, казалось, до сих пор не верил, что ему обломилось такое счастье. Смотрел, смотрел, на свою даму сердца, точно верный рыцарь. И никак не мог насмотреться...
— А этот "Пи-пополам" — кажется, хороший парень... — шепнула мне на ухо Настя. — Вы с ним вместе учитесь?
— Конечно! — ухмыльнулся я. — И живем рядом!
Настя улыбнулась. А потом смущенно и ласково уткнулась мне в плечо. А я, решив, что не стоит обращать ни на кого внимания, склонился и поцеловал ее.
Вечером суета бала уже была позади. Взволнованные парни, вернувшись к отбою в расположение, болтали о том о сем, делились, с какими девчонками познакомились, кто с кем успел потанцевать...
— А наш-то "Пи-пополам" всех обскакал! — восхитился Тимошка. — А с виду такой скромник! Отхватил себе самую красивую!
Миха не обиделся на кличку. Он вообще был добрым малым. Хоть и вырос в суровых условиях детдома. Да и как тут можно злиться, когда ты еще пару часов назад кружил в танце, а потом целовал в фойе клуба училища (тайком от строгих взглядов офицеров-воспитателей) красивую девчонку?
— А ты-то сам чего тормозишь, Тим? — подал голос Димка Зубов.
Он тоже выглядел довольным и счастливым. Вон даже морда лоснится от удовольствия! Видать, все у него на мази было с той самой Сашей, которую, по мнению близнеца Белкина, звали, "как пацана".
— Нашел себе кого-нибудь? Или со стулом, как на уроке, танцевал?
— Со стулом — не со стулом! — деловито сказал Тимошка. — А есть уже парочка вариантов...
— Парочка? — засмеялся Колян. — Ты хоть одну найди! Или ты сразу и Тимуру пару ищешь? Чтоб два раза не ходить!
Даже после отбоя пацаны никак не могли успокоиться. Все обсуждали недавно закончившийся бал. Ну а я, лежа на своей койке, озадаченно думал о том, что сегодняшний разговор с Тополем, скорее всего, будет иметь продолжение.
Так и случилось.
***
— Лучше протирай, Рогозин!
Старшекурсник Тополь с повязкой на рукаве деловито ходил по столовой училища. Вид у него был такой, словно его не старшим в наряде поставили, а уже полковничьи погоны дали. Нос — до потолка задран.
Деловая колбаса выискалась.
— Вон пыль! — ткнул "старшак" мне под нос короткопалую ладонь. — И вот!
Провоцирует. Как пить дать!
Я понял его тактику. Подлый "Макарон" сообразил, что пока я рядом с Настей, не видать ему красавицы, как своих оттопыренных ушей. А посему решил устранить конкурента. В своей привычной, гадливой манере. Специально на "бычку" меня разводит. Чтоб я бросился на него и мигом увала лишился в ближайшее воскресенье. За этим не заржавеет поплакаться офицеру-воспитателю и сказать в детсадовской манере: "Он первый начал!". Этот и мать родную подставит за здорово живешь.
А вот фигушки! Не пальцем делан. И не первый день на свете живу. Не поведусь.
Я молча отошел в сторону и, не обратив никакого внимания, продолжил протирать пыль на подоконниках в столовой. Потом прополоскал тряпку и также тщательно протер столы.
— Грязно! — констатировал Тополь, который парил надо мной, словно коршун. Не отставал ни на шаг.
— Руки чаще мой! — равнодушно сказал я. — Тогда и грязно не будет.
И не успел будущий "полкан" открыть рот, как я уже двинулся к выходу.
  
— Куда пошел, Рогозин? — вновь прицепился "старшак".
— В гальюн, Тополь, — спокойно ответил я. — В гальюн. И добавил: — Проверять, надеюсь, не пойдешь?
— Не забудь! — тоном строгой мамки сказал Тополь. — У тебя еще гора картошки нечищеной. Повариха уже готовить собирается.