Суворовец. Том 1 (СИ)

В их числе был и Денька. Бывший сиделец приглянулся "Черепу" и стал, что называется, его правой рукой. От прежнего улыбчивого пацаненка с пухлыми губами, которого я видел на катке, не осталось и следа. Денька теперь стригся налысо, набил себе несколько тату в тюрьме и слыл крайне жестким и несговорчивым типом.
Банда "Черепа" сначала промышляла грабежами и разбойными нападениями. Было там... чтоб не соврать... несколько сотен гопников точно. Сначала она вся состояла из местной шпаны. А потом туда подтянулись и ветераны Афганской войны, не нашедшие себя в мирной жизни.
  
Ребят из банды "Черепа" члены остальных ОПГ не трогали. Были тому причины. Вроде как с другим авторитетом — "Тайванчиком" — "Череп" дружил. А "Тайванчик", в свою очередь, дружбу с тренером Ельцина водил. Так что у ребят была серьезная "крыша".
Но рано или поздно и эта "крыша" дала течь.
***
В памяти всплыло еще одно воспоминание.
Темная, мрачная комната... Казенная мебель с инвентарными номерами.
За столом, ощерившись на весь белый свет, сидит мужик. Заскорузлые руки с обломанными черными ногтями — в татуировках. Башка — наголо бритая. Лампа в ней отражается. Темные, кустистые брови нахмурены. Будто сведены в одну линию.
— Деня... — осторожно обращается к нему миловидная женщина лет тридцати пяти, сидящая напротив. — Ну ты скажи хоть что-нибудь...
Я знал, кто была та женщина.
Это Настя.
Повзрослевшая, исхудавшая, измотанная выкрутасами братца. Но все так же любящая его. Взрослая Настя смотрела на этого урку так же покровительственно, как тогда, на катке, на мелкого пионера Деньку.
Я тогда проникся сочувствием к Насте. Не помню уже, как и где, но мне удалось устроить ей свиданку с братом.
Но, видимо, зря. Родственной беседы по душам так и не вышло.
Мужик продолжал молчать.
— Деня! — сестра сделала еще одну попытку его разговорить.
Снова молчок.
— Деня! — Настя, теряя терпение, повысила голос. — Я с тобой разговариваю! Не со шкафом!
— Да идите вы все на...! — наконец подняв голову, злобно процедил мужик. — Все идите!
По лицу его покатились злые слезы.
***
 
  Фото:  https://t.me/p_daleko_istoria/5098
— Слышь! — толкнул меня в бок Колян Антонов. — Че смурной такой? Лычки на погоны давят?
— А? — рассеянно переспросил я.
— Че такой квелый, говорю? — повторил Колян. — Смотри, нам девчонок привели! Радоваться надо!
Сегодня и впрямь было чему порадоваться. Наша учительница танцев Мария Федоровна, видимо, решила, что мы уже более-менее превратились в людей и пригласила на занятия девушек.
— А ты чего так намарафетился-то? — я нюхнул воздух и ненароком чихнул. — Фу, надушился! Как барышня!
— Ничего не как барышня! — обиделся Колян. — Нормальный одеколон! Я еще в увале у бати попросил! И притом, я один, что ли?
Наши "мужики" сегодня и впрямь были при параде. Надушился почти каждый. Я будто не в клубе училища стоял, а в парфюмерном магазине.
Новость о том, что нашему второму взводу на урок танцев приведут девчонок, разлетелась быстро. А посему сегодня туфли у суворовцев были тщательно вычищены, да так, что в них, как в зеркало, можно было смотреться. Воротнички у всех подшиты аккуратно, а бляхи сияли, словно медный самовар. Леха Пряничников, кажется, даже волосы какой-то вонючей дрянью намазал, чтобы пригладить непослушные вихры. Да и другие мокрыми расческами что-то вроде укладки на башке соорудили.
Мы все были уже не такие коротко стриженные, как в первый день. Обросли чуток.
А девчонки из бальной студии — очень даже ничего! Худенькие, стройные... Все как на подбор! Хоть сейчас бери и на свиданку зови!
Но меня со вчерашнего вечера волновала только одна. И ее здесь не было. Но я был твердо уверен, что найду ее!
— Движения вальса нужно совершать в три такта, — начала вещать хорошо поставленным голосом Мария Федоровна.
А затем она плавно, почти не касаясь паркета, пролетела по квадрату фойе, вслух считая: "Раз, два, три! Раз, два, три!".
— Во дает! — с восхищением пробормотал Миха Першин. — Ну как так у нее получается? Всякий раз удивляюсь!
— Запал, что ль? — поддел его Тимошка Белкин.
— Отвали! — насупился Миха.
— Начали! — скомандовала Мария Федоровна.
А дальше началась суматоха. Зуб даю, наша учительница мигом пожалела, что девчонок позвала. Суворовцы, которых девочки, разумеется, волновали гораздо больше, чем танцы, ринулись к партнершам. Будто дембеля, вернувшиеся из армии.
Илюха, Миха и один из "ТТ-шек" — Тимур — затормозили рядом с черноволосой красавицей, стоящей крайней слева. Щелкнули каблуками, как учили, и предложили руку. Красавица удивленно вскинула брови.
А Леха так и вовсе чуть не подрался с Коляном. Им обоим приглянулась другая девица — рыженькая и веснушчатая.
— Уйди! — прошипел Колян.
— Сам уйди! — не остался в долгу Леха. — Ты же у нас по училкам! На "Красотку" запал! Вот к ней и иди!
— За такие шутки в зубах бывают промежутки!
— А ну попробуй!
— Э! — вмешался я. — А ну разошлись! Без увала хотите остаться?
Солидного и спокойного Егора "Бати" с нами больше нет. Придется мне теперь такие косяки разруливать. Я ж вице-сержант.
Вот олухи-то! Будто десять лет девок не видели!
Может, самому их по парам разбить?
К счастью, не потребовалось. Не первый год преподававшая уроки танцев Мария Федоровна прекрасно справилась сама.
— Пряничников! — бодро скомандовала она.
— Я! — выкрикнул Леха. Он с огорчением рассматривал пуговицу, которую ему чуть ли не с мясом в пылу ссоры вырвал Колян.
— Вот ваша партнерша! Антонов! Вот Ваша! Белкин... Тимур, не Тимофей! Вот ваша партнерша на сегодня! Второй Белкин...
Через пять минут все уже стояли по парам.
Я выдохнул. Кажись, обошлось. Начинать службу в училище вице-сержантом с драки — такое себе...
— Начали! — бодро скомандовала бывшая балерина. — С правой ноги! Раз-два-три, раз-два-три.
Мы осторожно начали двигаться по фойе вальсовым шагом. Елки-палки, как же это трудно! Еще похлеще строевой на плацу! Только там, если что, ты товарищу ногу оттопчешь. А тут — девчонке... И пол, зараза, как назло, скользкий! Не завалиться бы, не растянуться прямо посредине зала или где-нибудь у колонны.
Мне в пару досталась Марина — симпатичная, русоволосая девочка. С милой родинкой на щеке. На мою соседку чем-то смахивает...
— У тебя очень хорошо получается! — шепнула она вдруг.
— Рад стараться! — заученно отрапортовал я и тут же поправился: — То есть... Спасибо!
Марина стрельнула глазками и смущенно улыбнулась.
Ну вот... обошли фойе! Ни разу не поскользнулся, партнершу не уронил и даже почти никого не задел!
– Раз, два, три, – повторяла Мария Федоровна, бдительно следя за нашими неуклюжими движениями – Хорошо, очень хорошо... Все, вернуться в исходную позицию.
Неужто перерыв?
Как бы не так!
— А сейчас попробуем начать движение с левой ноги! — бодро скомандовала учительница. — Настоящий офицер должен уметь танцевать вальс как в одну, так и в другую сторону. Начали!
Да елы-палы!
С левой ноги хорошо в строю начинать. А в вальсе — ничего подобного! Это как будто справа налево буквы писать!
Вдруг...
Ба-бах!
Неуклюжий Миха Першин таки рухнул на пол. Прямо спиной. Падая, схватил за форму Илюху "Бондаря". Ну а тот, в свою очередь, уцепился за Леху.
  
Взвод повалился на паркет фойе, как костяшки от домино. На ногах остались из наших, кажись, только человек семь. А вот девчонки, надо отдать им должное, почти все удержались на ногах. Кроме Михиной партнерши — черноволосой волоокой красавицы, которая рухнула прямо на него.