Суворовец. Том 1 (СИ)

Annotation
Честный и справедливый опер никак не продвинется по карьерной лестнице. Продажный "полкан" предлагает ему сделку с совестью в обмен на скорое звание подполковника. Герой отказывается и погибает в схватке с преступниками, но судьба дает ему второй шанс. Сознание майора переносится из 2014 года в далекий 1978 год, в него же пятнадцатилетнего. Теперь он - снова суворовец! Андрей твердо намерен снова пройти все невзгоды суворовской жизни и исправить свои и чужие ошибки юности.
  
Суворовец. Том 1
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
 Суворовец. Том 1 
 Глава 1 
— Разрешите? — громко спросил я, постучав в дверь служебного кабинета.
Уже под вечер меня "на ковер" к начальству дернули. Старенький служебный телефон на моем рабочем столе хрипло затренькал, когда я уже натягивал куртку и хотел "делать ноги" после рабочего дня в любимом УМВД.
Делать нечего — пришлось топать в знакомый до боли кабинет на второй этаж. Субординация-с. Никуда от нее не деться. Ни старому прапору, ни молодому безусому "летехе", ни майору полиции вроде меня.
— Кого еще там нелегкая принесла? — не сказал, а, скорее, пролаял из-за двери хриплый голос. — Не понос, так золотуха!
Да уж. Гостям тут явно не рады. С хлебом-солью точно не встретят. Даже на чай можно не рассчитывать.
Оно и понятно. У нас, в конце концов, тут УМВД, а не детский сад. Никогда не знаешь, как день закончится. То ли дело о найденном "жмуре" будешь до ночи расследовать, то ли в баре с мужиками футбол зырить. Тут уж как карта ляжет. Хочешь — не хочешь, а станешь тут грубоватым и циничным. Издержки профессии, так сказать.
Я приоткрыл скрипучую дверь. Из-за нее виднелся краешек тяжело вздымающегося пуза в форменном кителе. Его обладатель, развалившись на кресле, сидел за столом среди кипы бумаг.
— А, это ты, Рогозин! — вздохнуло пузо, увидев меня в дверном проеме. — Входи, входи... Из Владивостока, что ли, пешком шел? Давно тебя жду.
— Здравия желаю, товарищ полковник! — привычно гаркнул я, уверенно прошагав в кабинет и не обратив внимания на ворчание начальства.
"Полкан", то есть наш полковник Тополь, будто не расслышал моего приветствия. Покряхтел, поерзал на стуле и оценивающе посмотрел на меня. Я с непроницаемым выражением лица стоял молча, ожидая, что же будет дальше.
Из-за вызова "на ковер" я совершенно не парился. Привык уже, за столько-то лет службы в органах. Всякое повидал. Да и не юнец я безусый давно, чтобы бояться начальственной выволочки. Просто я никогда не любил всю эту официальную мутотень и тягомотину. Поперек горла она мне.
Я пока не знал, зачем меня на ночь глядя к "полкану" дернули. Но надеюсь, надолго этот разбор полетов не затянется. А то намечается у меня сегодня вечерком кое-какая встреча... И совсем даже не деловая... А очень даже личная.
На начальство я не смотрел. Не хотелось. Уставился на настенный календарь 2014 года.
Пухлый приземистый полковник Тополь Макар Михайлович или, как мы с мужиками его сокращенно звали для удобства, "Тополь-2М", оценивающе поглядел на меня поверх очков в роговой оправе. А потом, прищурив и без того крохотные глазки, погладил жирной пятерней свой тройной подбородок. Маслянистые губы "полкана" растянулись в неестественной улыбке.
— Простава с тебя, Рогозин! — неожиданно велело начальство, почесав пухлую ляжку, обтянутую форменными штанами.
Эм-м...
— Что, товарищ полковник?
Я на всякий случай поковырял пальцем в ухе. Может, послышалось?
Да вроде нет. Не послышалось. Уши я регулярно мою. Как говорится, у сотрудников органов должна быть холодная голова, горячее сердце и чистые руки. Вкупе с другими частями тела. Речь там, правда, про чекистов, но не суть.
— Простава с тебя, Рогозин! — повторил полковник, все также улыбаясь.
Мясистое тело Тополя-2М крутанулось на кожаном кресле. Кресло жалобно заскрипело. Пухлые пальцы поддернули брюки, Полковник, закинув ногу на ногу, выжидающе уставился на меня.
Опять он за свое!
Сколько лет с этим Тополем бок о бок работаю! Еще с тех пор, как он только-только майора получил. А знакомы мы с ним вообще тыщу лет. Еще с Суворовского. И каждый день у него эти шуточки!
Ну да меня таким не проймешь.
— Какая простава, товарищ полковник? — спокойно спросил я, равнодушно глядя на "полкана" и не двигаясь с места.
— А такая, Рогозин! — "полкан" откинулся на спинку кресла и продолжил с очень довольным видом: — Жи-ирная простава! Коньячок, балычок, икорка и все дела... Будем звездочки твои обмывать! Подполковником скоро будешь! Я поспособствую!
Ого! Вот это поворот среди чиста поля!
Я буду "подполом"? Надо же! А я, признаться, уже и не ждал...
А все потому, что очень уж я "не лояльный", как любит говаривать наш Тополь-2М. И не "гибкий". Проще говоря, никому не подлизывал. Никого не подсиживал. И шутить над собой не особо-то позволял. Даже начальству. Что ж поделать, другим навыкам в жизни обучен.
Может быть, отчасти из-за этого, а может, из-за чего-то другого мое восхождение по карьерной полицейской лестнице растянулось на долгие годы. Через две ступеньки наверх я не прыгал. Да что уж там таить, и по одной то — еле полз.
Почти все мои однокурсники по институту — давно уже подполковники. А среди однокашников по Суворовскому училищу даже "полканы" имеются.
Я, признаться, уже смирился со своей "нелояльностью" и с тем, что майорские звездочки со мной если не навсегда, то надолго уж точно. Ровно я отнесся и к тому, что приличного жилья мне, кажется, не видать. Был бы "полояльнее" — глядишь, и жилье поприличнее себе сумел бы выбить.
А тут — надо же! Карьера поперла! С чего бы это вдруг?
— Что молчишь, Рогозин? — отвлек меня "полкан" от воспоминаний. — Аль не рад?
— Очень рад, товарищ полковник! — отчеканил я.
Новость и впрямь шикарная!
Но что-то мне подсказывало, но не все тут так просто.
— Погоди-ка, Рогозин! — "полкан" все также барабанил пальцами по столу. Будто хотел сказать мне что-то, что не хотел. —Давай так. Услуга за услугу. Пруткова ты разрабатывал?
Я кивнул.
— Так точно!
История — проще пареной репы. Молоденький парнишка по фамилии Прутков, студент какого-то колледжа, попался на распространении какой-то шмали. И сейчас этот суслик шконку в СИЗО полирует. Сам виноват.
Однако начальство, как выяснилось, считало по-другому.
— Хорошо, что помнишь. Слушай, Рогозин... — Тополь-2М барабанил по полированному столу пальцами, оставляя на нем жирные следы. — Тут дело такое... Парнишка этот... Прутков то бишь... Оказалось, что он родичем каким-то куму моему доводится, полковнику Субареву. Звонил мне Субарев сегодня. Нехорошо вышло. В общем, давай так...
И Тополь-2М предложил мне "махнуться не глядя". Суть "обмена" я сразу понял. Так и знал, что не просто так "полкан" решил "поспособствовать" моему продвижению.
Всех "собак" по недавнему делу со "свертками", которое я вел, предлагалось повесить на кореша Пруткова, бывшего детдомовца Трошина. У Трошина и так биография не ахти — драки, распитие в общественном месте, ну и так, по мелочи. Асоциальный элемент, словом. Самый подходящий вариант, чтобы еще и статейку добавить. Пусть считается, что он и организовал "банду". А "Рафик", то есть Прутков — вообще "неуиноуен". Просто мимо проходил.