Железное небо (СИ)

— Я не знаю, Томо. Честно, не знаю. Он никогда не сообщает об этом, — Томо промолчал. Эдисон, спустя ещё пару минут, спросил:
— А чего ты так беспокоишься о нём?
— Ты же сам сказал, что я на нервах, так что ничего удивительного, — начал оправдываться коп. — Ладно, у меня тут… одна белобрысая прЫнцесса кровать оккупировала… Пойду отвоёвывать.
— Вау! Я же правильно всё понял?! У тебя там тот парень из магазина? Принцесса… как мило! Погоди, а что отвоёвывать? Кровать у принцессы или принцессу у кровати?
  
— До завтра, Эдисон.
— Не бросай трубку, скотина!!! Ты же помирился с тем парнем, да?!
Брюнет, услышав последние слова, скрипнул зубами и таки сбросил трубку. Вот уж точно надоедливый начальник. Лучше бы работой нагружал и придирался к мелочам, чем вёл себя, как супер-заботливый старший брат.
«Жуть», — пронеслось в голове копа при одной только мысли о таком старшем брате. Взгляд вновь невольно упал на железного, плотно закутавшегося в одеяло. Парня почему-то передёрнуло.
Он заботливо поставил бутылку воды себе на утро у изголовья кровати и осторожно лёг рядом с железным. Только вот спать совсем не хотелось. Тогда Томо лёг набок, разглядывая белые пряди волос Соры. Необычно. Людей с настолько белыми волосами много и в этом не было ничего странного: кто-то просто их красит в подобный цвет, кто-то рождается с седыми или чисто белыми волосами вследствие небольшой мутации генов. У вторых также обычно были красные или серые глаза. А вот у Соры жёлтые. Без крапинок любого другого цвета. Вот это уже считалось редкостью. Томо, не справившись со жгучим желанием, подстёгнутым алкоголем, еле ощутимо провёл ладонью по мягким светлым волосам, и уже спустя минуту зарылся в них носом, приобняв крепко спящего парня за талию.
«Признаю, спящим ты мне определённо точно нравишься, хотя бы потому, что молчишь», — нашёл он подходящее оправдание собственному поведению и, наконец, провалился в сон.
====== Глава 21. Контроль ======
Прошлое…
Первый день в школе всегда самый сложный. Для родителей это скорее приятная печаль и радость за своё чадо, которое почти мгновенно перешло из садика в школу. Для самих же детей это самый натуральный стресс. Многие из малышей боятся идти в школу, так как знают, что там их ждут незнакомые люди, которые постоянно будут чего-то хотеть от них. Вставать рано утром будет всё мучительнее, количество уроков очень скоро начнёт вызывать тяжёлые вздохи, а эти бесконечные домашние работы стоят отдельных непечатных эпитетов…
Томо тоже нервничал в этот день. Мать разве что пылинки с него не сдувала, переживая за сына. Она то и дело поправляла его школьную форму — мини-версию классического костюма — и постоянно что-то переспрашивала. И лишь когда линейка окончилась, ей пришлось покинуть мальчика, так как у того начинались уроки в первый же день.
К счастью для Томо, в его классе оказались сразу несколько знакомых ему ребят. Они потрудились сесть как можно ближе друг к другу и, когда наступало время для перемены, оборачивались и обсуждали свои детские темы для разговора. Томо обычно помалкивал, участвуя в беседе лишь как слушатель, изредка кивая или односложно отвечая. Впрочем, двум девочкам и одному парню однокласснику — его соседям по двору — он нравился, и для них малыш был полноценным участником всех бесед и обсуждений. Подобное не прошло мимо их учительницы Демиры Стар — молодой симпатичной девушки, только-только начавшей свою карьеру преподавателя. Она, немного подумав, осторожно подсела к детям, которые не вышли на перемену в рекреацию, чтобы поиграть со всеми, а остались в классе и живо обсуждали немаленькие размеры школы и своих новых знакомых среди других детей.
— А я хотела сесть за первую парту, но их уже все заняли, — вздохнула рыжеволосая девочка, подперев щеки руками.
— Я могу поменяться с тобой, — предложил Томо, глянув на подругу. — Мне нужна парта побольше… А то коленями в стол упираюсь.
Дети засмеялись. Брюнет среди всех мальчиков, да и девочек тоже, действительно был самым высоким.
«Та-а-ак, как же его зовут… — Демира начала судорожно вспоминать имя этого очень красивого мальчика, дабы завязать с детьми разговор. — Томо… Хейз, если не ошибаюсь…»
— Томо у нас такой джентльмен, — улыбнулась Стар. Мальчишка покраснел и отвёл взгляд, а его друзья, не до конца понимая, что значит это слово, всё равно звонко засмеялись. — Если хочешь, садись за третью парту около окна, там как раз одно свободное место.
— Угу, — буркнул он, глядя куда-то в пол.
Демира почему-то не могла оторвать взгляд от мальчишки. Она не первый раз работает с детьми, и особых сложностей у неё с ними никогда не возникало. Девушка даже не могла сказать, был ли у неё любимчик среди всех детей, но сейчас… Томо, отдалённо напоминавший своей внешностью маленького аристократа, молчаливый и скрытный мальчик заинтересовал её не на шутку. «Не бывает таких красивых детей!» — говорила она себе мысленно, отгоняя слишком взрослые размышления с участием ребёнка.
Прозвенел звонок, ознаменовавший начало урока, и Демира, одновременно обрадовавшись и расстроившись этому, с трудом оторвала взгляд от Хейза и отправилась в рекреацию, дабы проследить за тем, чтобы все дети вернулись в класс.
Первый учебный день закончился, и у Томо осталось довольно-таки много противоречивых впечатлений по поводу школы, которыми он как можно скорее хотел поделиться с родителями. До дома брюнет практически бежал, благо ему нужно было преодолеть всего пару улиц.
Самостоятельно открыв замок, мальчик приложил немало усилий, дабы «оторвать» тяжелую дверь от косяка и прошмыгнуть внутрь. Скинув сумку и обувь, Томо с победным кличем: «Я дома!», — побежал в зал.
— Уже вернулся? — послышалось бормотание отца. — Как в школе?
— Всё отлично! Представляешь, в мой класс попали Ник, Лия и Кира! А ещё у нас очень молодая учительница, она всё так понятно объясняет и… — мальчик запнулся, осознав, что матери дома нет. В ином случае она бы уже давно вышла в зал, дабы встретить его. Он нахмурился. — А где мама?
Отец промолчал, неотрывно глядя мальчику в глаза. Мужчина сидел на диване перед журнальным столиком, заваленным какими-то бумагами, со слишком уж расслабленным видом, а взгляд его нездорово поблёскивающих глаз словно бы смотрел на что-то сквозь Томо. Но ребёнок в силу своего возраста не увидел и не понял, что с его родителем что-то не так, и терпеливо ожидал ответа.
Мужчина достал из-под рукава рубашки шприц с полупрозрачным желтоватым содержимым и покрутил его между пальцев, разглядывая. Сначала он думал прятать эту вещь от сына, но затем изменил своё решение. В нетрезвую голову пришла безумная идея.
— Мама на работе, Томо, — отрешённо ответил мужчина пересохшими губами. Отец мальчика не отрывал взгляда от шприца, не обращая внимания на лезущую в глаза чёлку, и касался холодной пластмассовой колбы подушечками пальцев. — Подойди.
Мальчик сглотнул. Он помнил, как ему ставили прививки и брали кровь на анализы. Жуткий вид игл здорово пугал его, но Томо успешно подавлял страх, подсознательно вспоминая мамины слова о том, что ничего страшного в уколах нет, а боль после них быстро проходит.
Но сейчас ему стоило бояться.
Он несмело приблизился к дивану и сел рядом с отцом, немного поёрзав на месте и устроившись поудобнее. Мужчина снял колпачок с иглы и взглянул на сына. Мальчишку даже не насторожили необычайно широкие зрачки родителя.
Отец минуты две вглядывался в лицо ребёнка. Как же они похожи. Томо полностью унаследовал внешность отца. От матери ему достались лишь некоторые черты характера, но и те быстро заменялись его собственными, не похожими больше ни на отцовские, ни на тем более материнские.
  
— Помнишь, тебе доктор лекарства прописал? — поинтересовался Хейз-старший. Томо сосредоточенно кивнул. — Давай руку. Я… поставлю тебе укол.
— Хорошо, — вновь кивнул мальчик, снимая пиджак и по инерции закатывая рукав рубашки. Мужчина откуда-то выудил жгут и, отложив шприц на стол, зафиксировал его чуть выше локтя мальчика. Ребёнок поморщился от не слишком приятных ощущений. Затем последовал укол. Почти безболезненный. Мальчика это удивило.