Железное небо (СИ)

— Ты с утра пораньше головой где-то пизданулся? — пришёл в себя брюнет, привычно ухмыльнувшись, но всё ещё выглядя немного растерянным. Он и не подозревал о том, что спустя секунду не добро улыбающийся Сора наградит его одним из своих самых сильных хуков с правой…
====== Глава 16. Как человек ======
— Ты что творишь! — взвизгнул мужчина, подскочив на месте и тут же забыв о жуткой головной боли, округлившимися от неожиданности и удивления глазами взирая на своего работника.
  
— Заткнись! — огрызнулся Сора, ощетинившись. Выглядел он растрёпанным, помятым и очень злым.
Взглядом Ямарута вцепился в брюнета, что растянулся на полу, сжимая кулаки и усердно пялясь в небо — тот будто уговаривал себя не продолжать драку на людях, а потому и вставать с земли вообще не торопился. Сора не пожалел своих сил, и удар вышел столь мощным, что мужчина верхней частью тела оказался на улице, а вот нижней всё ещё находился в помещении, не давая дверям закрыться. Прохожие спешно обходили странное заведение и не менее странного парня, лежащего на бетоне и смотрящего куда-то вверх.
Когда Сора в первый раз предпринял дерзкую попытку ударить Томо, тот, пусть и был растерян, но успел увернуться и даже поймать запястье парня. Вот только железный и не думал останавливаться на попытке ударить, а решил всё же завершить действие. Поэтому когда из-за спины уже не скрывающего своей злобы Ямаруты показались два хвоста, у старика и Томо, наблюдавших это, будто земля из-под ног ушла. У Томо, по правде говоря, она действительно «ушла», так как беловолосый сначала наступил на изящно изогнувшиеся хвосты, плавностью своих движений напоминавшие кошачьи, затем третьим хвостом ударил копа по бионической руке — которой Томо поймал его за запястье — а после, ловко развернувшись, мощным пинком в грудь отправил мужчину в полёт до двери.
— Сора, ты совсем обалдел?! Просто сошёл с ума! — завопил старик, подбегая к парню, но, когда тот кинул на него злобный взгляд, непроизвольно отступил назад и проглотил готовые вырваться слова. Анемон, что до этого спокойненько кормила мясом Утку, присела на край стола, расположив животное у себя на коленях, и стала заинтересованно наблюдать за развитием событий. Благо посетителей не было.
— Сошёл с ума? — прошипел парень себе под нос, вновь взглянув на копа, приподнявшегося на локтях. В голову брюнета всё же пришла успокаивающая мысль о том, что если бы Ямарута действительно хотел навредить ему, то таким ударом он вполне мог сломать копу и без того настрадавшиеся за последние дни рёбра, а то и вовсе пустить в ход хвосты. Но он не сделал ни того, ни другого.
— Что это было? — ехидно улыбнулся брюнет Соре, всё ещё не торопясь вставать с пола.
— Что было? Что было, ты спрашиваешь?! Это я у тебя узнать хочу, гнида ты полицейская! — на орущего, чем-то разгневанного парня, а точнее — на заведение, из которого доносились его ласковые речи в адрес Томо, стали озираться немногочисленные прохожие, но никого из самих работников это пока что особо не беспокоило. — Сука! Томо, я убью тебя!
— Не сможешь, — спокойно заявил брюнет.
— О, ты уверен в этом?
— Тебе со мной ещё трахаться, — обезоруживающе улыбнулся парень, у которого теперь и в мыслях не было бить Сору.
Он ведь железный: к боли давно привык, да и свидетелей вокруг полно. Тогда как Сора остро реагировал на любую необдуманно кинутую ему фразу и коверкал её, искажая изначальный смысл и выводя собеседника из равновесия, Томо научился обходить это. За месяцы общения с белобрысым, полицейский понял, что бить, угрожать и пытаться словесно бороться с Ямарутой бессмысленно и бесполезно, ведь парень всегда и везде чувствовал себя в своей тарелке и, кроме как удовольствия от подобной реакции на его вызывающие слова или поведение в целом, ничего больше не получал. Однако Сору легко можно было смутить вот такой фразой. Прямой, точной, резкой, а главное — неожиданной.
Томо всё ещё не понимал, каким образом мог так разозлить железного, но, улучив нужный момент, расплылся в загадочной улыбке и наблюдал за тем, как беловолосый парень заикается в попытках что-то сказать, как вместе с тем его начинает потряхивать, а лицо приобретает бардовый оттенок. Был ли коп доволен собой? Ещё как! У многих ли получалось заставить железного смущаться? А кто-то вообще пробовал?
— Ты! ТЫ!!!
— Я, — кивнул полицейский, поднимаясь на ноги и продолжая улыбаться.
— Так, голубки, заткнулись нахер! Идите сраться между собой где-нибудь ещё, а не то на обоих эту тварь натравлю!
Пришло время злиться старику. Он ткнул пальцем в сторону Утки, лежащей у девочки на коленях и увлечённо жующей кусок сырого мяса, как бы угрожая странным животным. Оба молодых парня синхронно вздрогнули и даже несколько побледнели.
— Да пошли вы все, — спустя минуту беззлобно выдохнул Сора, спешно выскочив из заведения и исчезая среди прохожих. Томо лишь проследил за ним холодным взглядом.
— Ну и что у вас случилось на этот раз? Ты снова сделал с ним что-то ТАКОЕ, а потом свалил, оставив Сору в гордом одиночестве? — старик упёр руки в бока, укоризненно глядя на копа. И хоть мужчина говорил это шутливо, но Томо всё же недовольно фыркнул и закатил глаза. — Чё, реально? Ничего се…
— Блять! Всё, хватит! Я эту консерву по запчастям разберу! И тебя, старик, тоже, если продолжишь в том же духе! — раздражённо пообещал коп и, не долго думая, так же, как и Сора, покинул заведение, скорее всего отправившись на поиски беловолосого.
— Детский сад какой-то, — обречённо вздохнул старик, проводив парня взглядом и обернувшись с этой фразой к Анемон. Та лишь понимающе кивнула, поглаживая довольно урчащую фиолетовую утку по её мягким перьям.
Прошлое…
«Мама, смотри, что я сделал!» — мальчик одарил женщину широкой светлой улыбкой, с гордостью показывая своё «творение».
Ему было два года, когда появился первый в его жизни четвероногий друг. Щенок какой-то непонятной породы сразу понравился ему. Го — так мальчик назвал щенка — был своему хозяину верным другом и всегда понимал, хорошо ли тот себя чувствует. Пёс постоянно рвался играть и гулять, резвился, иногда жалобно скулил, если ребёнок нехотя его игнорировал, вынуждая мальчишку, в конечном итоге, поддаваться порыву и радостно забывать о своих детских делах, тратя куда больше времени на развлечения со своим четвероногим другом.
Однажды Го спас своего хозяина от ребят постарше, которым чем-то не приглянулся мальчик. Тогда, будучи ещё небольшим щенком, Го достаточно было просто громко залаять на обидчиков и оскалить зубы, чтобы те, перепугавшись, убежали в другой двор и больше близко не подходили к ребёнку.
— Спасибо, Го, выручил, — улыбнулся псу мальчик, потрепав его по загривку. Щенок довольно заскулил, виляя хвостом и подставляя хозяину свой бок, чтобы и его погладить не забыли.
В четыре года мальчик воспринимал собаку уже иначе. Не как своего друга, а как обычного питомца, за которым он должен был всего лишь ухаживать: кормить и выгуливать. Игры ему наскучили, а щенок, превратившийся во взрослого пса, перестал быть интересным. Мальчика стали куда больше интересовать те игры, в которых ему не нужна была компания в роли сверстников или же животных.
Нередки случаи, когда чьи-либо питомцы впадали в депрессию из-за чего-либо и отказывались от таких естественных и важных вещей, как еда и вода. Го не смогла накормить даже мать ребёнка, понимая, что собака сильно схуднула и добровольно отказывалась от еды. Когда женщина обратилась к ветеринару, тот согласился прийти к ним домой и осмотреть Го. Но пса дома не оказалось, а мальчик сообщил, что выпустил собаку на прогулку. Разумеется, врач сильно отругал мальчика за такое отношение к живому всё понимающему псу, но мысли ребёнка были больше поглощены новой его поделкой, а не какой-то там собакой. Го не вернулся в тот день. Не вернулся и на следующий. А ещё через неделю мать мальчика поняла, что пёс уже никогда не придёт домой, и лишь бросала разочарованные взгляды в комнату сына.