Легенда об основателе Великого Ордена Боевой Кочерги (СИ)

— Если подумать, — сказал он, — в чём-то госпожа Хэн права.
— Ну конечно, — закатил глаза монах- паникёр, — кто бы сомневался.
— Нет, дослушайте. Я предлагаю действия, и они вот какие: нам действительно стоит переночевать в этом особняке и обустроить себе удобное логово. Так разумнее и безопаснее, нам есть, куда вдруг что отступать и где перегруппироваться. Но это не потому, что мы собираемся бездействовать! Нет, на самом деле нам нужно составить план, а для этого, в свою очередь, нам необходимы данные. Их должен кто-то собрать, так что я думаю вот что. Госпожа Не Зовут, правильно ли я понимаю, что вы способны хорошо улавливать вибрации духовных полей?
  
— Верно, но что…
— Тогда я полагаю, что вам с мастером Рю стоит прогуляться в ту самую таверну напротив городской ратуши, которую так активно украшали сегодня утром. Господин Рю может выпить, развлечь себя разговорами и расслабиться, госпожа Не Зовут между тем послушает несколько другие разговоры. Ну и, возможно, закажет себе что-нибудь.
— Хм, — тануки Рю покосился на Большого Меча с некоторым любопытством, как будто впервые увидел. — Это мы можем!
— А я?
Большой Меч быстро моргнул и осторожно посмотрел на полную энтузиазма и огня лису, которая смотрела на него с ожиданием и надеждой. Это было немного… нервно.
Большой Меч никогда не был человеком, умеющим общаться, ладно? Особенно с девушками. Он умел разговаривать тогда, когда это касалось стратегии или охоты — тем, которые ему интересны. Люди в целом были… Не совсем понятными. Ему пришлось долго учиться, чтобы просто находиться в их присутствии. А девушки? Он не умел с ними, совсем.
Когда-то у него была невеста, с которой, он верил, они вместе вырастут и однажды разделят и ложе, и будущее, и крышу, и дорогу к другим мирам. Но потом всё… рассыпалось. Ничего не поделаешь, судьба. Ей будет лучше с его лучшим другом, в любом случае.
И он смирился, что, раз разорванная, его алая нить больше никогда не будет восстановлена. А значит что? Правильно, значит — не надо беспокоиться о девушках.
Но госпожа Яо была очень… красивая. Не той удушающей колдовской красотой, что её род распылял вокруг себя, как духи, хотя и это тоже. Но она была похожа… на очень яркий язык огня, упрямый и сильный. Он заметил это ещё там, в таверне, когда она так упорно стояла за то, что правильно. Потому что её слова были правдой, ладно? Она была в своём желании драться за правду почти такой же неловкой, как он сам, с неё смеялись, как и с него, но по сути…
Молодые лисы не должны быть проданы в бордели, Большой Меч тоже так считал. Никто не должен, если совсем уж честно. Большой Меч однажды охотился на неведомую тварь, убивающую девушек и юношей из подобных заведений. Тварь потом оказалась местным наследником богатой фамилии, безумие которого родители то ли не замечали, то ли не желали признавать; ближе к концу, когда пришло время разбираться с “монстром”, то была очень тяжёлая охота. Тогда ему пришлось некоторое время прятаться среди работников, и, хотя многие из них оказались замечательными людьми, очень открытыми и веселыми, их жизнь… Не назвать простой.
Так что да, разумеется, Большой Меч вступился, когда на неё напали. И, возможно, он был слишком эмоционален насчёт этого, и, может быть, влил в духовный меч слишком много сил. После того, как его меридианы покорёжили, с ним эпизодически случалась подобная оказия.
Так вот, госпожа Яо Милэ… На неё хотелось смотреть, и было стыдно, и немного жарко, и вообще. Когда она заговаривала с ним, Большой Меч немного… забывал, как говорить? Все уроки, которые когда-то преподал ему его лучший друг, шли даром.
— Эй, Большой Меч? Я спросила, а я?
..Ах да, он снова уплыл. Дурная, дурная привычка!
— А ты?.. — проблеял он, поймав несколько насмешливых взглядов от сидящих за столом. Ну не знает он, что ей сказать!
— А что буду делать я? Я же тоже пойду в город, так? Лисы — прирождённые шпионы!
Большой меч открыл и закрыл рот, как кои, выпрашивающий корм.
Внимание, вопрос: как сказать такой красивой, пылающей энтузиазмом госпоже Яо, что лисы в целом, да, хорошие шпионы. Статистически. Как и тануки, которые, как бы ни отпирались, по сути являются крайне близкими родственниками лис.
Единственная проблема заключалась в том, что госпожа Яо, как бы так сказать… Явно не умела думать, как шпион. И не контролировала те стороны своего дара, которые важны для шпионажа. Да, она постоянно использовала морок там и тут, но это явно была инстинктивная случайность, которую сама она осознанно не контролировала. Опираться на инстинктивную случайность, составляя стратегию? Нет уж.
В конце концов, какой бы ни казалась дурацкой вся эта ситуация с божественным артефактом, там, на улице, было опасно. И, если Большой Меч правильно уловил принцип действия артефакта, особенно опасно это может оказаться для тех, кто не умеет молчать.
Лучшими в искусстве молчания среди их отряда явно значились Не Зовут, Тануки Рю и Монах-Паникёр. Яо Милэ в этой конкретной дисциплине была… худшей, если честно.
— Тебе будет лучше остаться с нами, госпожа Яо, — выродил в итоге он, надеясь, что этого хватит.
Не хватило.
— Это ещё почему?! — огненные хвосты угрожающе взвились. — Ты не доверяешь лисам?!
Большой Меч слегка икнул.
— Я очень доверяю лисам, но вам лучше не приближаться к проблеме близко…
— Считаешь, что я тут же переметнусь на сторону зла?! — оскалилась Милэ. Её хвосты выстроились в боевом порядке, и глаза запылали яростным алым. Непримиримая аура заклубилась вокруг, напоминая всем присутствующим о вообще-то-демонической породе рода Яо.
Монах-паникёр охнул и весьма красиво упал в обморок.
Упс.
Ну не драться же теперь?..
— А ну успокоилась! — смачное “шмяк”! прозвучало очень громко в зловещей тишине, очень качественно разгоняя миазмы убийственного намерения. Кухарка Хэн, вооружённая половой тряпкой, продолжала наступление.
— Ты что творишь? Что творишь, я тебя спрашиваю? Это наш единственный стол, где мы будем есть, если он сгорит?! Как можно быть такой эгоисткой?!
— П-простите? — предположила лиса, поджав хвосты и уши.
Кухарка Хэн сжала руки сильнее, чтоб не дрожали.
Одному небу ведомо, как она испугалась.
Ей приходилось краем глаза видеть демонов, пока она жила у.. прошлого работодателя. Но те были вечно голодными тупыми образинами. Которые несколько раз пытались её сожрать. Потому Хэн как-то и думать забыла, что хули-дзин вообще-то — демонические лисы. И названы так не за красивые глаза. Просто девочка была такой обычной, такой нормальной…
Оглядываясь назад, возможно, с теми демонами проблема заключалась в том, что они сидели в клетке, и никто их толком не кормил. Он и людей не кормил, что уж о демонах упоминать. Всё же, жадный скот — он и по отношению к демонам жадный скот, ничего не поделаешь.
— Извините, — вздохнула Милэ, делая большие глаза, — вы только не бойтесь меня, ладно? Лисы — не монстры, я обещаю!
Слёзы, блестящие в её огромных глазах, напоминали одновременно об утренней росе и стремительной реке.
Кухарка Хэн очень постаралась успокоить рванувшее вскачь сердце.
— Да кто тебя, оглашенную, боится! — рявкнула она, стараясь казаться больше, как глупая пичужка, что надеется на невесть что, оказавшись в окружении матёрых хищников. — Просто нечего тут всё поджигать! нам твой огонь для другого пригодится, поняла?
— Я просто разозлилась, что он недооценивает лис! И выбрал этого дурацкого тануки!
— Никто тут не недооценивал лис, дура! Особенно этот корично-медовый коржик, притворяющийся героем! — рявкнул раздражённый Рю. — Проблема в том, что ты — истеричка! Кто ж тебе виноват, что вот конкретно ты психованная?
  
— Эй! А ну превратись, жирдяй, и вот тогда…
— Хватит, хватит, — замахал руками Большой Меч, — только не оскорбляйте друг друга. Что мы будем делать, если и правда сожжём стол? И потом, вы можете случайно ранить монаха-паникёра! Он очень хрупкий.