Тёмный маг. Книга 6. Безумный путь

Ему было известно, как выглядел этот человек, который в своё время навёл немало шороху в Совете Гильдий, подняв воров на первое место. Он слыл очень жёстким и даже жестоким человеком, не останавливающимся ни перед чем. Ему пророчили место главы Совета, пустовавшее уже больше пятидесяти лет, но он отказался от него, уйдя на покой, подготовив себе адекватную смену. И сейчас бывший глава первой Гильдии оставался единственным, кто мог занять пост главы Совета даже без голосования, если изъявит такое желание.
  
– Спасибо, но от выпитого за сегодняшний день чая меня уже тошнит, – поморщился бывший вор. – Лучше бы что-то покрепче предложил в честь знакомства.
– Я не пью. Совсем. И никакого алкоголя в своём офисе не держу, – покачал головой Гаранин.
– Наверное, это хорошо, для всех нас. Но совершенно не гостеприимно, – посетитель покачал головой. – В тебе аристократа, Роман, видно за километр. В этой помойке, где ты сейчас обитаешь, так нельзя себя вести. Нужно быть жёстким главой, чтобы всех отморозков держать в узде, а не сопли им вытирать и устраивать комфортные внерабочие условия. Они знали, что шли не в парк развлечений работать. – Бывший вор подошёл к столу и бросил перед опешившим Гараниным толстую папку. – Именно поэтому представителям Древних Родов запретили занимать подобные места. Вы или тех, кто стоит ниже вас на социальной лестнице, за людей не считаете, и совсем уж по-скотски обращаетесь. Или же потребности каждого человека ровняете по себе.
– Да, но… – Гаранин попытался возразить, но ему не дали.
– Они – не вы, Роман. Конечно, нельзя превращать работающих на тебя людей в скот, но и не нужно закидывать их деньгами и предоставлять условия жизни, к которым привыкли именно вы, – он ткнул пальцем в сторону Гаранина. – Это ничем хорошим не кончится.
– Поверьте, если бы я предоставлял те условия, к которым привык в детстве, меня бы убили гораздо раньше, чем когда это в итоге произойдёт, – глухо ответил глава Гильдии убийц неожиданному собеседнику.
– Иногда отсутствие кнута является лучшим мотиватором. Главное, не перегнуть палку. И нет, вряд ли твоё детство, каким бы оно ни было печальным, может сравниться с детством многих твоих парней. Или Лёшкиных парней, если уж самую жесть смаковать. Орлов смог продержаться на своём месте более двадцати лет, потому что чувствовал этот баланс, и потому что он был одним из этих парней. Да и это ублюдочное дерьмо – Мишин слишком долго задержался в этом кабинете, – продолжил вор, не отводя жёсткого взгляда от светлых глаз Романа. – Ты здесь абсолютно чужеродный элемент, и этого не видит только слепой.
– Зачем вы мне всё это говорите? – Рома почувствовал, как на его лице сыграли желваки.
– Да так, брюзжу по-стариковски, – вор отвёл от него взгляд и указал на папку. – И пытаюсь понять, почему я всем этим занимаюсь? Вообще, ничего сделать не могут. Ни досье собрать нормально, ни кинжал больше года украсть, – раздражённо добавил он.
– Вы это про меня? – недоверчиво спросил Гаранин. В отличие от собеседника, он не отводил от него пристального взгляда.
– Это я про своих дегенератов, – поморщился бывший вор. – Про тебя я вообще говорить ничего не хочу. Не то чтобы ты меня разочаровал, но я явно ожидал чего-то большего. Лошади? Серьёзно? Тебе заняться после работы, что ли, больше нечем?
– Вот это я вообще ни с кем обсуждать не стану, даже с вами, при всём моём к вам уважении, – холодно ответил Роман, тряхнув головой, стараясь выбросить из головы мысль, что взгляд серых глаз кажется ему странно знакомым.
– И всё-таки ты не подходишь для этого места, Роман, без обид, – спустя минуту молчания, во время которой они играли в гляделки, произнёс бывший Глава воров. – Не хочешь уйти, пока не стало слишком поздно?
– Я не смогу найти себе замену, даже если очень захочу уйти на покой живым, – ответил Гаранин, сложив на груди руки. Ему до сих пор было непонятно, зачем к нему пришёл этот человек. За всё время присутствия бывшего вора в кабинете Рома лишь мельком взглянул на папку, лежавшую перед ним, но никаких опознавательных знаков не увидел и решил ознакомиться с содержимым после того, как посетитель уйдёт.
– Незаменимых людей не бывает, – резко ответил вор.
– Я не просто маг, я эфирит. И сильнее мага в Российской Республике вряд ли найдётся, – также резко ответил Гаранин, думая, что своим ответом он уведёт посетителя от неприятного для себя разговора.
– Вот этого я не знал и совершенно не ожидал подобного, – мужчина задумался. – Действительно, замену тебе будет трудно подыскать. Сомневаюсь, что кто-то из оставшихся в живых Тёмных согласится на подобное предложение.
– Ну, один знакомый Тёмный, решивший на старость лет поработать у меня поваром, меня уже послал, – невесело усмехнулся Роман. – Говорят, есть человек, способный разорвать связь с Гильдией, но я до сих пор сомневаюсь, что это возможно.
– Нет ничего невозможного. Я попытаюсь что-нибудь узнать, – вор покачал головой и, развернувшись, пошёл к выходу. – Не могу здесь больше оставаться. Но мне придётся как-то привыкать. Я ещё зайду, я помню, что ты меня на чай пригласил.
– Я не…приглашал вас на чай, – пробормотал Роман в сторону закрывшейся двери.
Он смотрел на дверь довольно долго, прежде чем опуститься в кресло, из которого поднялся, когда в кабинет вошёл его странный посетитель. Нахмурившись, притянул к себе папку. Что-либо высказывать Ольге смысла не имело. Этот человек по уставу Совета был выше многих правил и условностей. Пробежавшись взглядом по первой странице, Гаранин схватил телефон и набрал номер Силина.
– Если ты не при смерти и тебе не нужно срочно что-то украсть, то позвони немного позже, в идеале – никогда! – раздался в трубке раздражённый голос Карпа Ивановича. – У нас здесь самое настоящее ЧП!
– Что это только что было, Силин? – рявкнул Роман, разглядывая фотографию фландрийского мошенника и описание схемы мошенничества с лошадьми.
– Ты о чём? – выдохнул глава Гильдии воров, понимая, что просто так отвязаться от Гаранина у него не получится.
– О том, что меня только что навестил твой наставник. Он меня пять минут отчитывал, как нашкодившего щенка, – процедил Роман, закрыв глаза и потерев переносицу. – А потом бросил передо мной папку с полным досье на мошенника, укравшего мою лошадь, и обещал наведаться ещё раз. Силин, я знаю, что этот человек неприкасаем, но ты мог бы предупредить, что он заявится сюда лично! Что он вообще забыл в моём офисе, если ненавидит убийц лютой ненавистью?! – повысил Гаранин голос.
– Это то самое ЧП, о котором я тебе сообщил в начале нашего содержательного разговора. Он говорил, что хочет с торговцами пообщаться, но, видимо, решил всё же навестить того, ради кого проделал такой длинный путь. Пять минут? Всего-то? Сочувствую, Рома, но ты ему не понравился, – хмыкнул Силин. – Меня песочили около часа, столько же Рогова. Надеюсь, до младших Гильдий он не доберётся. Например, внезапно вспомнит, что отошёл от дел, поклявшись, что никогда не вернётся. И уберётся уже, наконец, в свою Тмутаракань! – голос Силина сорвался на крик. – И это всё из-за тебя, Гаранин! Угораздило же тебя вляпаться в это дерьмо и нас с головой окунуть вместе с собой.
– А при чём здесь вообще моя лошадь? И это не я предложил вам с ним связаться, – Рома остыл, понимая, что ворам досталось от бывшего руководства гораздо больше, чем ему.
– Это всё равно рано или поздно произошло бы. И то, что у нас под носом дела фландрийцы проворачивают, а мы ни сном, ни духом, просто подстегнуло его приехать раньше. Всё, Рома. Я с тобой в ближайшее время даже видеться не хочу, пока мой бывший наставник не уедет, и я не подлечу нервишки. И, пожалуйста, пока он не в духе, не делай никаких глупостей. Можешь даже представить себе, что я тебя умоляю.
  
С этими словами Силин бросил трубку, оставив Гаранина недоумённо смотреть на телефон в руке.
– Неужели у нас всё-таки появится глава Совета? – задумчиво протянул Рома, устраиваясь поудобнее, чтобы уже ознакомиться с тем, что так любезно предоставил ему бывший вор. – Наверное, так будет лучше. Хоть порядок наведёт у своих бывших коллег. Хорошо, что до меня и моей Гильдии ему особого дела нет.