Красная Орхидея

— Профессиональной шлюхой Луиза не была, что-то вроде дилетанта, — сказал он словно про себя.
— Я уже подумала об этом. Очень уж дорогие наряды соседствуют с совсем дешевой одежкой. Причем некоторые — от известных дизайнеров. И парфюм имеется первоклассный.
— Шерон, как мне кажется, занимается проституцией. Но она в этом не сознается. Полностью отрицает. Но когда я спросил, занималась ли этим Луиза, — она пустила слезу. В общем, подцепляли они мужчин в клубах — иногда вместе, иногда по отдельности. В ту ночь, когда Луиза пропала, Шерон за два десятка долларов продалась одному рок-певцу и провела ночь в Дорчестере. Луиза чуть ли не каждую ночь отсутствовала. Шерон сказала, что Луизе подчас не на что даже было сготовить себе поесть и, если у нее не намечалось свидания, она сидела голодной, — так что, подозреваю, кавалеры на одну ночь были для нее вроде талонов на обед. Если верить соседке, Луиза была замкнутая, порой даже раздражающе замкнутая. И очень скрытная: никогда не распространялась о том, где бывает.
Анна закусила губу. Ей Шерон ничего подобного не говорила.
— Этот темноволосый высокий тип, что постарше, — первый, кого следует разыскивать.
— Шерон предположила, что он женат и потому-то Луиза так скрытничала, — тихо сказала Анна.
Ленгтон кивнул:
— У него определенно замашки извращенца. Пару раз Луиза возвращалась со свидания с ним в растрепанных чувствах, с синяками на лице и на руках и часто плакала в своей комнате. Она никогда не рассказывала соседке, что ее расстроило. Но, судя по всему, ей не нравилось делать кое-какие вещи.
Анна уставилась в окно. Ленгтон выяснил так много подробностей — и так быстро.
— Наркотиков при вскрытии не обнаружили.
— Да, — вяло отозвалась Анна.
— Однако она употребляла кокаин. Шерон сказала, что из-за этого между ними даже возникла ссора: после одного из свиданий с этим своим солидным кавалером Луиза принесла немного кокаина домой и предложила соседке. Шерон совершенно уверена, что у Луизы с этим парнем были какие-то нешуточные сексуальные игры. Однажды, за пару дней до того, она вернулась домой совершенно вымотанная.
— У нее есть дорогое нижнее белье.
Ленгтон крутанулся на сиденье, повернувшись к ней:
— Знаешь, они зашли куда дальше эротичных трусиков.
— О-о… — Анна покраснела.
Он одарил ее своей кривой усмешкой:
— О-о? Думаю, мы много чего узнаем, когда завершат аутопсию. Но на это нужно время. Хотя и то, что мы уже знаем, отвратительно. — И он снова уставился вперед.
Последовала долгая пауза.
— Ну и как жизнь? — спросил он, не оглядываясь.
— Чудесно, благодарю.
— Нашла себе хорошего парня?
— Слишком много работы.
— Да уж! — фыркнул он. — Что-то по результатам такого не скажешь! Черт возьми, у вас же ничего нет! Потерять столько времени на одно опознание — это надо уметь. Хотя старина Морган никогда умом-то не блистал.
Ответить ему Тревис не успела: они уже вкатились на полицейскую автостоянку. Ленгтон быстро вышел из машины и направился прямо ко входу в участок, словно Анны вовсе не существовало. Она поспешила за ним и чуть не получила в лоб дверью, которую он, пройдя, отпустил. Повторялись те же выходки, что при предыдущей их совместной работе.
— Я с тобой, — сказала она коротко, но Ленгтон, не слыша ее, уже несся вверх, перепрыгивая через ступени, к комнате следственной бригады.
Ленгтон стоял перед своей командой, поглядывая на часы и нетерпеливо ожидая, когда стихнет шум. Перевалило уже за половину седьмого. Он поднял два альбома, что доставили с квартиры Шерон:
— Все это нужно хорошенько прошерстить: друзей, бойфрендов — короче, всех, кто мог бы хоть как-то прояснить для нас подробности жизни погибшей. Также, что очень важно, надо обойти все клубы, где она бывала. Переговорить со всеми, кто знал девушку или, может быть, даже встречал в ту ночь, когда ее в последний раз видела живой соседка. Нам известно, что она пропала за три дня до того, как ее тело было обнаружено. Куда она отправилась? С кем? Известно, что жертва была сексуально доступной, что она употребляла кокаин и экстези, хотя в организме пока не нашли следов наркотиков или медикаментов. Известно, что кровь из ее тела была дренирована. И это важная улика, поскольку какой-нибудь юный кавалер вряд ли был бы способен не только откачать кровь, но и разделать девицу надвое. Результаты токсикологической экспертизы, возможно, дадут нам больше деталей, но на это понадобится не менее трех-четырех недель. Первичный отчет о вскрытии содержит много малоприятных подробностей, и я подозреваю, таковых будет еще больше. У типа, который изувечил эту девушку, имеется дом или квартира, где он проделал всю эту «операцию». Предположительно у него есть машина — как-то же он доставил жертву к месту преступления!
 
— Возможно, убийца у кого-то позаимствовал транспорт, — вставил Льюис, — или взял напрокат.
Ленгтон согласился, что следует немедленно проверить машины, сдаваемые напрокат, на предмет времени и местопребывания в ту ночь, когда к реке доставили тело.
Льюис скривился: это предполагало долгую и нудную работу — и буркнул Баролли, что лучше бы он держал язык за зубами.
— Мы не обнаружили ни одежды погибшей, ни каких-либо других принадлежавших ей вещей, а потому придется, к сожалению, проделать весьма непривлекательную работу: проверить помойки, мусорные контейнеры, свалки, мусоросборники, выяснить, когда опорожнялись мусорные баки в этом районе, — продолжил Ленгтон. Он повернулся к информационному стенду. — Инструмент, которым резали ее тело, использовался профессионально, так что, возможно, тот, кто держал его в руках, имеет медицинскую или даже хирургическую практику. Это сужает круг подозреваемых, и так — исключая лишнее — мы наконец подберемся к наиболее вероятному кандидату в убийцы. Наша задача — выследить высокого мужчину с темными волосами, который ездит на автомобиле… — Он с раздражением махнул рукой. — На черном автомобиле дорогой модели. Известно, что у этого мужчины было свидание с нашей жертвой. Имя мужчины жертва держала в тайне; он принимал наркотики и вовлек Луизу в извращенные сексуальные игры. Наш подозреваемый предположительно женат. Начните с ближайших окрестностей. Нас интересует любой врач, хирург, отстраненный от практики за врачебную халатность. Любой человек с медицинским дипломом, мелькнувший в полицейской базе данных. Перетрясем этот район — раскинем сеть пошире. Но этот мужчина должен быть найден!
Ленгтон сунул руки в карманы:
— Информация по делу должна быть известна лишь малому кругу лиц: помалкивайте насчет того, что конкретно сделали с убитой. Стоит газетчикам заполучить этот кошмар — и нас ожидает сценарий Фреда Уэста [2], чего нам совсем не надо. Мне и так начальство дышит в затылок в ожидании итогов расследования, не говоря уж про отдельных амбициозных дамочек, метящих в высокие чины.
Анне показалось, что эта шпилька направлена в ее адрес, но, если это и было так, Ленгтон даже не глянул в ее сторону.
— Я подал рапорт с просьбой подключить к расследованию больше полицейских.
Летучка Ленгтона тянулась больше часа. Почти никто его не перебивал, даже когда он весьма уничижительно отозвался о том, как доселе велось дело. Он подчеркнул, что более не допустит пустой траты времени, что они обязаны выдать результат в максимально сжатые сроки. Когда он закончил, Льюис и Баролли передали делопроизводителю список обязанностей, что велел составить Ленгтон. Теперь не будет учитываться никаких сверхурочных. Если понадобится, они будут работать круглосуточно. Наконец шеф удалился в свой кабинет. Точно смерч пронесся по комнате.
Анна решила узнать, что же выяснил Льюис по месту работы Луизы. Оказалось, негусто: она всегда опаздывала и была далеко не лучшим работником; очень привлекательная девушка, но с изрядной ленцой.
Дантист подтвердил, что предупредил ее об увольнении. Он согласился, что она получала мизерную зарплату, но зато он бесплатно и в большом объеме оказывал ей стоматологические услуги. Другие девушки, работавшие в клинике, прекрасно с ней ладили, но она всегда держалась замкнуто и редко — если вообще такое случалось — бывала в их компании. Дантист был женат, имел четверых детей и в ту ночь, когда Луиза в последний раз отправилась в «Стрингфеллоу», присутствовал на званом семейном ужине. Он нигде не бывал с Луизой и мало что, а скорее, вообще ничего не знал о ее личной жизни. Между тем одна из медсестер припомнила, как однажды утром, где-то за месяц до исчезновения, Луиза намеревалась сбежать с работы. Она сказала, что у нее важное свидание. Медсестра видела темную машину, возможно «ровер», припаркованную напротив клиники, но не смогла описать сидевшего в ней мужчину. Она сказала, что на следующий день Луиза опоздала на работу и похвасталась флаконом дорогих духов и кашемировым свитером, которые ей подарил ее «друг».