Княгиня пепла. Хранительница проклятых знаний (СИ)

— Возможно, возможно, — покивал лорд-князь, в нерешительности теребя рыжевато-седую бороду. — Хотя есть тут один подводный камень. Другие ведь увидят и тоже смогут так солить рыбу. Чем мы тогда их удивим?
Я подняла руку, делая знак, что сейчас все объясню.
— Конечно, распробовав нашу сельдь, вскоре этот способ ее приготовления переймут у нас и другие кланы, но есть один немаловажный момент: нигде не ловят столь жирной и вкусной сельди, как в наших северных течениях. Поэтому наша рыба всегда будет стоить в два, а то и три раза дороже обычной. Да и всех секретов посола мы пока открывать не станем. Поверьте мне, он может быть очень разный, и нам найдется, чем удивить будущих покупателей.
  
Брат Мойны склонил голову, рассматривая меня сквозь скептический прищур, но потом, видимо, что-то для себя решил, и на его лице вдруг возникла легкая улыбка.
— Что ж, давайте для начала посмотрим, что выйдет из той кадки, — постановил он.
  
Глава 25. Соглашение
 
Чтобы торжественная проба засоленной сельди прошла действительно незабываемо, я сделала безотказный ход: собственноручно сварила для Стетхэмов картошку. Ну в самом деле, какая селедка да без рассыпчатой золотистой картошечки, горячей и душистой, истекающей желтым маслом и с хрустящим белым лучком! Вот я и расстаралась.
Картофель здесь благополучно выращивали даже после Великой Казни, его не пришлось повторно завозить с соседнего континента, так что с ним проблем не имелось. Единственное, чего не хватало нашему пиршеству, так это буханочки черного хлеба. Но, увы, с рожью тут было туго — климат не способствовал ее активному произрастанию, посему обходились в основном части овсом, ячменем и пшеницей. А иначе все негласные селедочные каноны я бы соблюла в точности.
Попросив всех Стетхэмов и Мойну собраться в большой комнате за общим обеденным столом, я, хитро улыбаясь, удалилась вместе с выделенными мне слугами на кухню. Кадушку как раз подняли из погреба, и я, тщательно рассмотрев и обнюхав рыбу со всех сторон, убедилась, что все в порядке. А дальше все просто — разделать, удалить кости, порезать на кусочки, разложить в глиняной миске, полить льняным (за неимением подсолнечного) маслом и посыпать сверху кольцами свежепорезанного лука.
Попробовав кусочек сельди, я улыбнулась. И видимо, столь загадочно это сделала, что столпившиеся вокруг слуги начали намекать, что им тоже хочется отведать рыбы по-новому рецепту, так что пришлось пообещать накормить алчущих, но только после того, как свой вердикт вынесет вождь клана.
Рядом уже дымился и исходил манящими ароматами чан с вареной картошкой, а в корзине под холстинкой лежали испеченные заранее лепешки. Эх, сюда бы еще укропчику! Ну да ладно, будем обходиться тем, что есть.
Стетхэмы ждали нас с нетерпением, и когда на стол наконец-то водрузили еду во главе с долгожданной селедкой, они разразились громкими одобрительными возгласами.
Великосветской дегустации по всем правилам, конечно, тут ждать было глупо, но я ее и не ждала. Сначала, конечно, все запринюхивались, ожидая привычного мерзковатого запаха жареной сельди, но не почуяв ничего такого, с любопытством уставились на меня. Однако спустя пару секунд Стетхэмы просто принялись накладывать из общей посуды в свои миски картошку и селедку, а затем — живо наворачивать новое кушанье.
— Ох ты ж, духи морские и горные! — воскликнул Джейми, едва дожевав кусок рыбины и заполировав его луком. — Леди-княгиня, ну вы и придумали. Теперь вижу, что и впрямь боги холмов вас благословили, как мне сестра и говорила. Это ж надо какая вкуснотища получилась!
— Да, кто б раньше знал! — поддержали его другие члены клана. — Дороговато, конечно, каждый день не полакомишься, но того стоит, ох, и стоит!
Мойна сидела довольная, в обсуждение не лезла, громко не высказывалась, но жевала так, что аж за ушами трещало.
Ну вот, теперь и я могла спокойно перекусить…
Уезжали мы от Стетхэмов с заверенным у жрецов межклановым договором, а еще груженые рыбой по самую завязку. Не мог же Джейми отправить сестру обратно без даров моря. Так что я предвкушала, что завтра на замковой кухне будет праздник, и еще радовалась, что договорилась с вождем о поставках морской рыбы в наш клан. Новый продукт разнообразит меню не только Ламбертов, но и всех их подданных. А устроить доставку будет проще, когда наступят холода: отправляй рыбу во льду на санях по снегу — и нет проблем. Да и засолка теперь тоже будет в ходу.
Я рассказала и объяснила лорду-князю и его рыбакам все, что на данный момент могла, про бочковой посол, договорилась пустить прибыль от первой ходки на постройку солеварни, а потом, в случае удачи, расширить ассортимент продаваемой сельди с помощью разных способов соления. Перед моим взором уже проплывали целые косяки селедки в можжевельнике, пряных травах, с перчиком и лавром. А еще же ее можно мариновать, даже в алкоголе… В общем, было куда развернуться. Самое главное, чтобы первый рейс прошел удачно и Стетхэмы не потеряли задор.
Посовещавшись, мы решили первую партию отправить в Нижние земли — так здесь называли местность, когда-то давно именовавшуюся Голландией. Плыть туда было быстрее всего, рыбу там понимали и уважали, а кроме того, не было тех рисков, которые поджидали нас при отправке товара на юг Преттании или на побережье, заселенное франкскими кланами. Ведь нижнеземельцы не планировали нападать на наш остров и ни к какой войне не готовились.
Еще одним вариантом безопасной торговли была Скандия, располагавшаяся на территории бывшей Норвегии, но тамошние жители не отличались особым богатством, так что ее мы постановили опробовать попозже. В целом же, я надеялась, что и южный рынок будет для нас открыт, ибо война войной, а кушать хочется всем и всегда. Но это попозже. Когда мы убедимся, что наша сельдь — хороший и надежный товар.
Мойна очень устала в дороге, поэтому по приезде домой сразу отправилась спать. А я еще потратила время, отвечая на приветствия и раздавая указания слугам. Свалилась я в свою холодную постель уже под утро, полностью вымотанная, но с чувством радости и выполненного долга.
А следующий день начался для меня с новости, что все подготовительные работы у Лох-Саланн закончены, и, стало быть, можно приступать к ритуалу умилостивления богов и духов и расколдовывания озера.
Что ж, не будем откладывать. Чем раньше заработает наша солеварня, тем быстрее жители смогут ощутить на себе добрые перемены, столь нужные им. И мне самой.
  
Глава 26. Разрушение проклятия
 
«Освященное горнило» — так помпезно я назвала огромную яму, обложенную огнеупорными камнями, вырытую на северном берегу Лох-Саланн. На ее дне покоилось несколько слоев дров и угля, чтобы было из чего создавать мощный жар, а поверх них — до самого края ямы — лежали светлые куски известняка, перемежавшиеся такими же угольно-дровяными прослойками. Рядом высились аккуратные пирамиды из хвороста и толстых поленьев — огонь придется поддерживать около двух суток.
Холодный рассвет застал нас у озера. Сегодня с гор дул довольно сильный ветер, и, наверное, я была единственной, кто ему искренне радовался, ведь он сдувал токсичный газ, не давая ему слишком сконцентрироваться у берега. Благодаря этому я и жрецы оставались в относительной безопасности. А что касается остального народа, пришедшего поглазеть на ритуал, то их я и вовсе отогнала подальше, мотивируя тем, что боги еще не сняли проклятие и непосвященным приближаться к Лох-Саланн по-прежнему нельзя.
  
Я думала, что людей соберется немного, разве что карннанцы, все-таки это их усилиями было создано «горнило», но я недооценила человеческое любопытство. Мало того, что Карннан здесь присутствовал в полном составе, но еще было множество жителей Дунмора и Гленкаррика, не говоря уж о, собственно, Ламбертах — эти пришли все. Только старого Стэна уговорили остаться в замке, да и то едва справились: дед ни в какую не соглашался пропустить обряд умилостивления духов. Нам с Мойной еле удалось убедить его, что, если он поедет, то там же, на берегу озера, его и похоронят, так как он либо не выдержит дороги, либо — проклятия богов.