ЯССТ 7 (СИ)

— Вот сейчас это было обидно. — Произнес Трой. — Земляне своих не бросают.
— Ладно, поспеши, Гордей, не хочу в следующий раз увидеться с тобой на твоих похоронах. — Поторопил меня Апанасий.
Они уехали. Сердце мое, глядя на окна родной квартиры, волнительно заколотилось. Я обогнул нашу девятиэтажку и заехал со двора. Места перед подъездом как всегда не нашлось. Припарковался на самом краю дома. Вылез из машины и увидел на детской площадке Айрис и соседку Анну. Они медленно раскачивали качели с Никасом и Таисией. Рядом с женой стояла коляска. От волнения ноги сделались ватными. Никогда не думал, что после разлуки встреча будет настолько непростой.
Я хлопнул дверкой. Никас тут же определил знакомый звук и повернул голову в мою сторону.
— Папка! — Он вытянул ручку в мою сторону. — Мам, смотри, папка вернулся!
Сын спрыгнул с качелей, не дожидаясь их остановки, и со всех ног побежал мне навстречу. Я не смог сдержать слезы. Подхватил Никаса на руки и прижал к себе.
— Папка, ты чё так долго? — Спросил он меня, отстранившись и разглядывая мои слезы.
— Так получилось, сынок, дома расскажу.
Айрис терпеливо ждала меня у коляски. Хоть Полинка и не плакала, супруга все равно качала ее. Она сжала губы, чтобы не разреветься и повернулась к Анне спиной, не желая показывать ей свои эмоции. Соседка поняла суть момента. Подхватила дочь на руки и направилась к подъезду.
— С возращением, Гордей. — Поприветствовала она, пробегая мимо.
— Угу. — Только и смог ответить я.
Айрис бросилась ко мне и тогда уже дала волю эмоциям.
— Мам, хватит плакать. — Никаса, как и любого ребенка, очень пугали материнские слезы.
— Всё, дорогая, не реви. — Я поднял лицо жены за подбородок и поцеловал ее в мокрые соленые щеки и губы. — Все закончилось хорошо, и теперь можно радоваться.
— Я буду рада, только когда наваляю этой Ольге. — Ответила Айрис. — Как можно было так использовать нас?
— Впредь будем умнее.
Мы направились к подъезду. Никас крепко держал меня за руку и время от времени заглядывал в лицо. Уж не знаю почему, не мог поверить, что я вернулся или не мог забыть, что видел мои слезы. Мы зашли в подъезд и поднялись на свой этаж. Айрис открыла незапертую дверь в квартиру. На мой удивленный взгляд она ответила:
— У нас папа дежурит.
Отец сидел на кухне перед ведром, смотрел телевизор и чистил картошку.
— Нагулялись? — Спросил он, услышав движение в прихожей.
— Нагулялись. — Ответил я, заходя на кухню. 
Он уставился на меня и несколько мгновений вообще не мог ничего произнести. Потом встал и обнял меня, держа в одной руке нож, в другой недочищенную картошку.
— Ты где пропадал вообще? — Наконец спросил он.
— Долгая история. Давай расскажу один раз, когда все соберутся.
Айрис переложила дочь из коляски в кроватку. Полинка здорово подросла за время моего отсутствия и стала еще больше похожа на мать. Я подержал ее за маленькую ручку. Она улыбнулась во сне, но не проснулась.
— Чувствует, что ты рядом. — Шепнула Айрис.
Мы позвонили моей матери, и она тотчас прискакала, бросив все свои дела, связанные с бизнесом. Получился спонтанный семейный праздник, организованный в честь моего возвращения. Я чувствовал себя немного виноватым за причиненное родным беспокойство. Рассказал всё, как было, наблюдая, как супруга сдерживает себя, чтобы не помянуть Ольгу недобрым словом.
— Надо твоего мужа приковать цепью к ножке кровати, чтобы хватало до туалета и до кухни и пускай себе ищет приключения насколько цепи хватит. — Отец хорошо поддал на радостях и громко рассмеялся своей шутке. — Вот у нас, когда я был пацаном, Тузик жил, который воровал курей…
Он разбудил внучку. Айрис сходила в спальню и принесла ее. Дочь рассматривала меня внимательно, будто успела забыть, потом широко улыбнулась и что-то проагукала.
— Отлично, вся семья теперь в курсе, что папка дома. — Довольно произнесла мать. Мы очень долго сидели за столом. Родители остались у нас ночевать, потому что отец уже ронял голову на грудь и смотрел на нас одним глазом.
 
Жизнь за пару дней вернулась в прежнее русло. Я снова начал бегать по магазинам и аптекам, и это было в радость. К чести Полинки, она стала старше и иногда просилась на горшок. За время пока меня не было, дочь научилась новым звукам. Выучить их не составило труда. Теперь я запросто отличал ее желание поесть от желания сходить в туалет.
Киана прилетела из Владивостока, и мы отлично посидели в кафе всей нашей компанией. Трой с Апансием из истории моих приключений сделали только один вывод, жалели, что не были со мной. Особенно их впечатлило коварство зловредной Казамии, придумавшей открыть шлюзы корабельного ангара в космос.
— Я очень добрый человек, но у меня не появилось бы и тени сомнения, если бы появилась возможность отправить ее на тот свет. — В сердцах произнес Апанасий. 
Пока мы сидели в кафе, придумали для себя резолюцию, согласно которой договорились больше не участвовать в сомнительных предприятиях, не обсудив их вместе. А еще у нас появилась идея, чтобы не создавалось ощущение, будто мы заперты внутри одних и тех же повторяющихся дней, устраивать раз или два раза в год, увеселительные туры по Земле или даже в космосе, с соблюдением анонимности. Идея нам всем пришлась по душе, и мы решили обкатать ее ближе к новогодним праздникам.
P.S. 
Наступила зима. События недавнего прошлого быстро забылись. Я снова возил пиццу в черной термосумке, мотаясь по городу как юла, чтобы успеть довезти ее горячей до капризных клиентов. И вот, как-то в сотый раз мне пришлось тошнить в пробке перед перекрестком, на котором стоял огромный телевизор. Он показывал рекламу и разные ролики про безопасность на дорогах и вдруг, краем глаза я увидел что-то знакомое. Присмотрелся и чуть не лишился чувств. На большом экране улыбался во весь рот тот самый Саня, криминальный производитель оружия, одетый в представительный черный костюм. Что еще удивительнее, позади него стояли те самые помощники, которые были у него на заводе. Это было настолько невероятно, что я не мог поверить в то, что вижу. Саня пытался стать губернатором нашей области. «Александр Гордеев. Наше оружие — справедливость. Гордимся Гордеевым». Это было посланием не столько народу, сколько мне. Вымышленная фамилия, образованная от моего имени. Решил отчитаться, что он вернулся на Землю к родным корням и отнюдь не ради отдыха. Я ни секунды не сомневался, что у него без проблем получится стать новым губернатором. Или президентом на перспективу. 
P.S. 2
А на Новый Год, как по закону подлости, когда мы с моими родителями и матерью Айрис встречали его в тесном семейном кругу, в дверь позвонили. Это была Ольга в костюме Снегурочки. Надо было видеть Айрис, когда она, услышав ее голос, перехватила бутылку шампанского за горлышко как дубинку, направилась в прихожую, засвидетельствовать свое почтение.
— С Новым Годом, с новым счастьем! — Испуганно произнесла Ольга, прячась за меня. — Дед Мороз передал вам подарки от пограничной службы. Теперь вы можете раз в год использовать ведомственный транспорт для поездок инкогнито в любую освоенную точку космического пространства. И еще приношу свои извинения за то, что так получилось с Гордеем.
— Извинения приняты, но доверия больше никакого. — Холодно ответила Айрис.
— Да ладно, вам девчата, забыли. Проходи Ольга за стол. — Предложил я ей примирительно.
— Нет, спасибо, у меня тут культурная программа. Надо отвезти еще одно поздравление человеку, который мог забыть, что я существую. Всего хорошего в Новом Году.
Айрис проводила ее взглядом, потом посмотрела на меня пристально.
— Ну, что куда теперь поедем?
— В лес. — Ответил я коротко.