ЯССТ 8 (СИ)

— Мы очистили помещение! — Раздался громкий голос. — Опасности больше нет.
Тишину окончания боя нарушали многочисленные приступы кашля. Народ надышался газа и фактически был недееспособен. Мы здорово рисковали, находясь в беспомощном состоянии.
— Поднимайтесь на второй этаж, там концентрация газа должна быть меньше. — Произнес я в микрофон.
Взял Айрис за руку и поднялся с ней на длинный балкон. У одной из дверей, прислонившись к ней спиной, сидели Егерь и Атаман, оба краснолицые со слезящимися глазами.
— Вот они нас подловили. — Признался Егерь. — Могли бы положить, если не эти синепланетяне. Красавцы. Таких в друзьях иметь надо, а не во врагах.
— Обстоятельства были сильнее нас. — Я пожал плечами. — Что кабинки открывать пробовали?
— Пробовали, но они закрыты изнутри. — Доложил Атаман.
— Интересно, наш техник-всезнайка не сбежал под шумок? — Я посмотрел вниз, в редеющий аэрозольный туман.
На полу лежали десятки людей, одетые в точно такую же форму, как и работники станции. Балкон постепенно наполнялся кашляющими и трущими глаза николаевцами, и «антиподами», без всяких признаков удушья. Среди бойцов мелькали работники шоу, спасающиеся от газа. Нашего техника среди них я не увидел.
— Мы проверили, никто из вооруженных людей не выжил. Все машины уничтожены. — Доложил мне «антипод».
Тот ли это был, который стрелял в блок связи на станции или другой, я не понял. Модификации не дали однозначного ответа.
— Спасибо. Ваше умение долго не дышать оказалось в этой сложной ситуации очень кстати. — Я похлопал его по холодному доспеху в районе плеча. — Очень рад, что мы больше не должны убивать друг друга.
— Нам нечего делить. Что делать дальше? — Спросил инопланетянин, дав понять, что считает меня главным.
Я не тщеславный человек, но мне было приятно, что вокруг было полно земляков, которые видели этот момент.
— Вот здесь, — Я показал в сторону кабинок, — сидят зрители гладиаторского шоу и, наверное, уже сходили под себя от страха. Это богатые и важные люди, изощренные в мерзких удовольствиях. Их жизни важны организаторам гладиаторских боев и поэтому нам нужно взять их в заложники, чтобы иметь гарантии собственной безопасности.
— Хороший план. — Согласился «антипод». — Что надо сделать, чтобы открыть кабинки?
— Найти среди работников того, кто сможет это сделать! — Я произнес громко, чтобы слышали все.
Испуганные и плохо соображающие работники не удостоили меня ответом. Я увидел рядом Славку, трущего красные глаза.
— Ботаник, найди того, кто сможет открыть нам кабинки со зрителями. — Приказал я ему.
Задание помогло ему собраться с силами и перестать тереть глаза. Вскоре он вернулся с женщиной, трясущейся от страха. В ее представлении мы выглядели жуткими убийцами, готовыми убивать на потеху. Наверняка, «мясорубку», свидетелем которой она стала, вменяла в вину только нам, а не себе и своим работодателям, милым и щедрым людям.
— Надо достать извращенцев из скорлупы. — Коротко объяснил я ей суть задания.
— Оборудование… разбито. — Призналась она, судорожно сглатывая пересохшим ртом.
— Черт. — Ругнулся я. — Вентиляцию включить можно, чтобы скорее этот газ вышел из помещения? 
— Это можно. — Она вынула из кармана голографический планшет и запустила вентиляцию.
Воздух шумно загудел в вытяжках.
— Кабинки открываются изнутри? — Спросил я у женщины.
— Да, но…
— Отлично. — Я подошел к ближайшей двери и постучал в нее прикладом. — Уважаемый, если вы не выйдете оттуда, мы будем вынуждены открыть огонь на поражение.
— Что ты сказал? — Переспросил Егерь, не поняв мою космолингву.
— Напугал, что мы будем стрелять через дверь, если они не выйдут.
— И ты собираешься это делать? — Удивился он.
— Не обязательно стрелять в дверь, можно и в потолок, но они подумают, что мы завалили кого-то из них. — Поделился я своими планами с напарником. — А мы вообще, где находимся? — Спросил я у той же женщины, но понял, что она из-за своего состояния не способна понять глубину вопроса. — Мы на планете, на станции, на астероиде?
 
— А, в этом смысле. — Она сглотнула. — На необитаемой планете под поверхностью на глубине трехсот метров.
— Сколько здесь еще помещений и здесь живут организаторы гладиаторских боев?
Она скривилась и заревела.
— Цыц, не реви. — Приказал я ей. — Чего тебе бояться?
— Меня убьют, если я расскажу. — Слезы и без того льющие из ее глаз, теперь потекли ручьями.
— Гордей, не дави на женщину. — Тихо попросила Айрис. — Давай я сама, отведу в сторону и поговорю.
— Хорошая идея. 
Надо было выковыривать зрителей, пока сюда не заявились организаторы с более солидным войском. Я направил автомат в самый дальний угол помещения, где никого не было, и дал длинную очередь.
— Один готов! — Выкрикнул я. — Кто следующий? Даю минуту на размышление.
Минуты не понадобилось. Щелкнул один замок, потом второй. Открылись двери и из них вышли двое существ, явно не земного происхождения. Меня снова передернуло. Николаевцы, открыв рты, смотрели на представителей двух инопланетных рас. Это были паукообразные удэмкваты, о которых говорила Айрис. Я поймал взгляд жены, выражающий «я же говорила». Это они предоставили технологии для преступного сообщества.
— Этих вниз и под охрану. Глаз не спускать. — Приказал я Французу.
— У меня арахнофобия. — Признался он, со страхом и отвращением взирая на инопланетян.
— Ну, ты же не муха, из тебя кровь не попьешь. Лечи подобное подобным. Поговори с разумными пауками о том, как они докатились до такой жизни.
Француз подозвал двух помощников и уже с ними сопроводил удэмкватов вниз. Затем кабинки стали открываться друг за другом и оттуда повалила разношерстая толпа, собранная по всему космосу. Был здесь даже один релианец.
— Хумичё. — Поздоровался я ним, когда он проходи мимо.
— Хумичё тэ. — Ответил он и чуть не оступился.
— Иди, давай, не друг я тебе. — Поторопил я его.
— Кто это? — Спросил Егерь, заметив мою отличную от других реакцию на пришельца.
— Релианец. На заре наших отношений с Айрис довелось побывать у них в плену на добыче экскрементов долбодятлов. Не лучшие воспоминания.
— Представляю, кому-то кусок жизни с гладиаторскими боями сломает психику до конца дней, а кому-то будет просто одним из воспоминаний, которых было множество. — Философски заключил Егерь.
— Тебе он точно не сломал психику. Ты, я вижу, все так же горишь желанием остаться в космосе.
— Огромным. Не хочу домой. Бесполезно живу, много злюсь на всех, превращаюсь в волка-одиночку. Тут, конечно, мерзости похлеще земных творятся, но ведь это одна сторона медали. Я уверен, что мне найдется здесь место по душе.
Я видел, как искренне говорил Егерь и готов был ему поспособствовать, но не знал к кому обратиться после окончания эпопеи.
— Если у меня появится возможность помочь тебе остаться, я обязательно помогу.
Наконец, все кабинки были открыты, и последние любители «остренького» взяты под стражу. Всё это время я ждал, что организаторы дадут о себе знать, но они не спешили. Готовились и просчитывали варианты. Я обратился к женщине, которая являлась начальником смены.
— Повторю вопрос, живут ли здесь организаторы игр?
— Живут. — Ответила она уже более уверенным голосом. — Но грот с машинным залом и помещениями персонала, соединен с их гротом узким проходом, контролирующимся единственным порталом. Если они не захотят, то не пустят к себе никого.
— Ясно. Соединяй нас с руководством, будем говорить.
Она снова воспользовалась голографическим планшетом и дрожащими пальцами вызвала начальство.
— Возьмите в свои руки. — Она протянула мне планшет. — Не хочу, чтобы они видели меня.
Я взял. Тяжело было смотреть на неподдельный страх женщины. Айрис стала по правую руку от меня, Егерь по левую, чтобы видеть экран. На той стороне не спешили соединяться с нами. Мы прождали минуту, глядя на вращающийся круг вызова. Наконец, появилось лицо земного происхождения. Я услышал возмущенный шепот Егеря: