ЯССТ 8 (СИ)

— Не атрофируются. Я включаю режим сопротивления, чтобы такого не происходило.
Моей ноги кто-то коснулся. Я с криками выскочил на берег.
— Там в воде кто-то есть! — Выкрикнул я.
— Разумеется. Вода — основа жизни. Тут много кто есть. — Айрис посмеялась надо мной. — Разводи огонь, я сейчас выберусь и начну готовить. 
Я наломал мелких веток и составил их шалашиком. Нашел в вещах газовую горелку и с ее помощью разжег костер. Когда жена, наконец, накупалась и пришла, у меня уже горели толстые ветки, сложенные крест-накрест. Она встала у огня и протянула руки.
— Замерзла. — Призналась она.
— Возьми полотенце в машине. — Предложил я.
— Принеси, пожалуйста. — Видно было, что ей не хочется отходить от согревающего огня.
Я сходил за полотенцем, а когда вернулся, Айрис стояла совершенного нагая и сушила купальник над огнем.
— Ого, натурализм этой сцены зашкаливает. — Посмеялся я, накинув полотенце жене на плечи. — Дитя природы.
— Иногда очень хочется побыть голышом и не чувствовать себя извращенной. — Призналась она. — Присоединяйся ко мне.
— Да, пожалуйста. — Я снял трусы и бросил их на палатку.
— Только аккуратнее у костра. — Посоветовала Айрис. — Не поджарь сосиску.
— Я вообще думал, что следующая часть у огня за тобой. Пора готовить. У меня уже посасывает под ложечкой.
— Отличная идея, я тоже проголодалась.
Я ушел в палатку и надел трусы. Не мог чувствовать себя естественно без этого элемента одежды в отличие от жены, прекрасно обходившейся без него. Проверил телефон. Связи здесь не было, да и кому она могла понадобиться в таком глухом месте. Это даже радовало. Для современного человека связь превратилась в ошейник, не отпускающий дальше зоны ее действия. Значит, эти места могли быть глухими и не только из-за небольшого овражка, перекрывшего дорогу. 
Жена приготовила гречневую кашу из гречки и тушенки и заварила ароматный чай. — Выходи из энергосберегающего режима. — Позвала она меня. — Идем есть.
Она положила мне кашу в железную миску. Еда, приготовленная на костре, пропиталась дымом, источая неповторимый аромат. Я ел, обжигаясь.
— Так просто и так вкусно. — Заметила Айрис, тоже уплетающая кашу за обе щеки.
— На природе все так получается. Ты думаешь, почему батя любит сбегать из дома на рыбалку? Тут все вкуснее, и нет суеты.
— Я его понимаю. Когда дети подрастут, напрошусь к нему в компанию. 
— Не думаю, что рыбаки оценят. — Я засмеялся. — Неправильно поймут.
— А мне какая…
Над рекой раздался шум приближающейся моторной лодки. Обороты сбросились и она будто бы направилась к нам.
— Оденься. — Приказал я жене.
Она кинулась в палатку. Лодка на самом деле пристала к нашему пляжу. Я тоже облачился в штаны. Гости нам совсем были некстати. Послышался всплеск воды, а потом и топот ног в тяжелой обуви. На берег поднялись двое вооруженных мужчин в форме рыбнадзора и направились ко мне.
— Тааак, и кто это у нас тут? — Спросил старший по возрасту. — Чем занимаемся?
— Отдыхаем. — Ответил я без всякой тени волнения, так как был уверен, что ничем противоправным мы тут не занимаемся.
— Один? — Спросил второй, помладше.
— Нет, с женой. Что вам надо? — Спросил я, доедая кашу.
Айрис выглянула из палатки.
— Здрасти. — Поздоровалась она.
— Привет, красавица. — Инспектор рыбнадзора вульгарно уставился на Айрис.
Она задернула клапан палатки.
— Сети с собой имеются? — Спросил старший.
— Нет. Мы вообще не рыбаки. — Ответил я.
— Багажник откройте. — Попросил мужчина.
Я не стал спорить, зная, что они не имеют права осматривать его. Мне хотелось, чтобы они скорее убрались отсюда. Дураку было понятно, что мы не браконьеры. Инспектор заглянул в багажник.
— Полик подыми. — Попросил он требовательно.
Я поднял. Под ним ничего не было, кроме запаски.
— Документы покажите. — Попросил я его.
— Зачем? — Мой вопрос совсем не смутил его.
— Затем же, зачем я вам показывал багажник. Как гражданин, я просто обязан пресекать противоправные действия, особенно когда вижу со стороны органов власти дикий непрофессионализм. У меня есть основания для сомнений в том, что вы являетесь теми, за кого себя выдаете.
 
— Э, не наглей. — Развязным тоном произнес младший.
— Так, значит, законная просьба проверить ваши документы является наглостью, а незаконный досмотр не является. Документы, или о ваших методах станет известно вашему начальству.
— Смотри. — Старший вынул «корочку» и махнул ею передо мной, думая, что я не успею прочитать. — Убедился?
— Так, Булгаков Сергей Петрович, ничего, что ваше удостоверение уже больше месяца просрочено? — Я посмотрел ему прямо в глаза.
Он смешался. От наглости не осталось и следа.
— Идем отсюда. — Позвал он напарника.
— Аккуратнее тут, туристы. — Посоветовал младший наглым тоном.
— И вам внимательнее быть на воде. — Посоветовал я.
Они спустились к реке. Я напряг слуховые модификации.
— Откуда эти уроды тут взялись? — Донесся голос молодого.
— Городские, не видишь, что ли. Юридически подкованные. Менты или адвокаты. И баба не жена ему никакая. На таких красивых не женятся.
— Да, баба красивая. Даже жаль упускать такой шанс.
— И даже не думай, вляпаешься по полной, еще и меня за собой потянешь.
— Я и не думал.
Мотор на лодке завелся и больше я ничего не расслышал. Инспекторы отчалили от берега и направились вверх по течению в сторону районного центра. Айрис выбралась из палатки. Она была расстроена.
— Как ловко они умудрились обломать нам все настроение. — Печально произнесла она. — Так все хорошо начиналось.
— Не расстраивайся. В жизни так не бывает, чтобы без черных полосочек. Считай, что сейчас мы ее перешагнули и ступили на белую.
— Я теперь голышом ходить не буду. — Заявила Айрис. — Мне так и будут мерещиться повсюду масляные глазки молодого инспектора. Знаешь, как мне хотелось ткнуть в них пальцами, чтобы достать до самого мозга. 
— Да ладно тебе, у него возраст такой, гормоны прут. К тому же ты на самом деле красивая, и я его понимаю. Забудь о них. Они сюда больше не явятся. У них хорошая работа, а я их точно напугал, поэтому они больше не решатся нарваться на неприятности.
— Надо было взять водки. Без рабочих силовых модификаций я чувствую себя беззащитной.
— Перестань себя накручивать. — Я поцеловал жену. — Что там у нас дальше по программе? Животный секс? Предлагаю заняться им на дереве. Могучий Тарзан хочет получить вознаграждение за спасение своей Джейн. — Я звонко постучал себя кулаками в грудь.
— Нет, не хочу Гордей. Обломали весь кураж. Пойду, соберу ветки по округе. Настроение какое-то инквизиторское, хочется сжечь кого-нибудь. — Призналась Айрис.
— Я с тобой. — Напросился я.
Мы пошли в противоположную сторону от берега. Лес там был гуще, дремучее и соответственно дров там должно быть больше. Айрис надела майку-безрукавку и бриджи, открывающие голень. Она была совершенно незнакома с крапивой и смело полезла в ее заросли. Я в этот момент шел за ней и особо не глядел по сторонам, думал про инспекторов, просчитывая их дальнейшие действия. Ни с того, ни с сего супруга начала покрикивать.
— Ай, ой, вот зараза, черт, что это такое? — Она стала хвататься за открытые участки тела.
— Блин, ты в крапиву залезла, юный натуралист. Не касайся листьев, они жгут. Замри, не шевелись. — Я обошел ее со спины. — Разведи ноги. — Приказал я ей.
— Зачем?
— Чтобы голова моя пролезла. Подсажу тебя и вывезу отсюда.
Она поняла, что требуется и сделала все, как надо. Я подсадил ее на плечи и вытащил с опасного участка.
— Я ничего не знала про крапиву. — Призналась она, рассматривая красную сыпь по рукам и ногам. — Начинает зудеть.
— В следующий раз будешь осмотрительнее. Природа не прощает ошибок неподготовленным. Отец всегда мажет ожоги и укусы водкой. Опять все упирается в нее, за что ни возьмись. Может, в город махнем? В гостиницу? — Предложил я.