Наследник пепла. Книга IX (СИ)

  
Наследник пепла. Книга IX
   
Глава 1
 
Бельзияр предпочитал держаться в тени. Но Максвелл не жалел жертв для своего покровителя, кровь лилась рекой, позволяя божеству уже ненадолго покидать свою тюрьму, пусть и в астральной проекции. Ничего, скоро он взломает стены своей темницы и вырвется на свободу. И тогда все те, кто запер его, умоются собственной кровью.
  
Максвелл чувствовал волны ненависти и безумия, расходящиеся от божества. Более того, Бельзияр выказывал нетерпение. Он буквально подавлял, требуя как можно скорее сломить последние очаги сопротивления в демоническом мире.
— Ты желал муас и получил его! — хрипел Бельзияр предсмертными криками своих жертв. — Почему же ты медлишь?
— Минерал — это ещё не всё, — возразил Максвелл, не поднимая головы. Незачем лишний раз провоцировать безумное божество. — Но мне необходимо создать из него стационарный усилитель, воплотить структуру, которая поможет моим менталистам. А это дело не одного дня, потому что до этого у нас были лишь теоретические наработки. Нужно научиться работать с муасом и провести серию опытов, чтобы всё было идеально!
— Так создавай свою структуру, — рычал и бесновался Бельзияр. — Необходимо развивать наступление на наших противников. Отзови практически все легионы из мира людей. Там сейчас нам никакие битвы не нужны. Необходимо сломить хребет сопротивления здесь — в замке Огня. Уничтожь его вместе с Землёй. Это — первоочередная задача. Мы должны подчинить этот мир. А после падения этого мира, человечишек ничего не спасёт.
— Да, покровитель! Мы сделаем всё, что нужно, — ответил на это Максвелл. — И даже более того.
Ему не нравилось, как с ним разговаривает божество, но сделать он толком ничего не мог. Потому что подчиняться было необходимо.
— Я не вижу твоих стараний! Где легионы низших, готовых лить кровь с моим именем на устах? Где разрушенные храмы Саламандры и Скалотуры? Где мой собственный храм? Почему постройка его идёт так медленно?
— Легионы низших питаю своей кровью ваши жизнь, покровитель! Храм строится. Его алтарём станут осквернённые алтари чужих огня и земли. Дайте мне немного времени, чтобы создать идеальный конструкт-усилитель, и к вашим ногам упадёт весь демонический мир! Ваша власть будет безгранична.
— Ты не понимаешь! — рычал на него Бельзияр. — Как только мы уничтожим всех их последователей, я буду властвовать в нескольких мирах.
— Но другие боги взбунтуются, — Максвелл понимал, что чего-то не знает, и очень хотел это выяснить несмотря на то, что рисковал навлечь на себя гнев божества. — Или у вас есть оружие против них?
— Как только боги лишатся верующих, их сила уменьшится в разы, — пояснил Бельзияр. — Без поддержки верующих они ослабнут и будут вынуждены либо сдохнуть, как простые смертные, либо уйти в другие миры. А у тебя есть всё необходимое. Поэтому пока они не прознали про муас, готовь массированное наступление.
«Ах, так, — решил Максвелл. — Получается, уничтожив своих врагов, я заодно уничтожу и их божков. Чванливых, спесивых, отказавших мне в покровительстве лишь по причине скудоумия и узости мышления».
Он понятия не имел, что можно от них избавиться разом. А тут оказывается, решение есть.
Уйдя от божества, Максвелл задумался. Он понял, что ему очень даже пригодится грязнокровка, которая сломила Оега. Чем больше он думал о ней, тем больше осознавал: она — результат невероятного, даже в чём-то удивительного эксперимента. Бастард, без всевозможных усилений из муаса, смогла не просто сломить демона с муасом, а ещё и уничтожить его?
При этом она не просто выстояла, она построила целую систему, защищавшую людей от ментального воздействия, сплела такую сеть, что любо-дорого было посмотреть. Всё это он успел считать в разуме у своего сына перед тем, как уничтожить его. Слабакам в его роду не место.
А вот грязнокровка, судя по всему, оказалась самородком в плане ментальных способностей. Терять такого представителя с редчайшим даром он не мог и не хотел. И поэтому он подумал, что нужно воспользоваться подвернувшейся возможностью.
Пока полукровка, выжатая после сложного боя, лежит обескровленная и обессиленная, он без труда сможет её умыкнуть. С ослабленной защитой, он легко покопается у неё в разуме и слегка поправит часть её воспоминаний. Только ментальные закладки нужно будет упрятать так, чтобы в момент, когда она очнётся, у полукровки не возникло бы вопросов о том, на чьей стороне нужно воевать.
Для этого ему нужно было сделать не так уж и много, всего лишь открыть портал в мир людей, сделав привязку на свою собственную кровь.
Сначала он подумал, что это может быть опасно. Но затем лишь усмехнулся: вряд ли сейчас в стане людей после боя царит порядок. Скорее всего там хаос и продолжается зачистка. Вряд ли кто-то вообще заметит её отсутствие и хватится искать эту полукровку. Поэтому Максвелл собрал десяток своих воинов-ближников и открыл портал к внучке.
Но мир людей в очередной раз смог его удивить.
Потому что первым, кого он увидел, был ещё один полукровка, который мгновенно при виде Максвелла изменил свою ипостась на демоническую и закрыл собой девушку, лежащую без сознания ан больничной койке.
* * *
После ухода Кости, Тагая и Артёма мы ещё немного посидели и пообщались с Белоснежкой и Гризли. Ада в наш разговор практически не вмешивалась.
И вот если Михаилу всё же было проще, потому что он видел всю ту нашу жизнь во снах, то Зимовит Медведев ничего этого не знал. И только качал головой, иногда хмыкал. Я понял, что прямо сейчас ему этот разговор немного неудобен. Возможно, надо было чуть больше его подготовить.
Я решил не усугублять ту неловкость, которую он ощущал. В конце концов я хотел, чтобы рядом со мной всем и всегда было комфортно. Вместо этого я сказал:
— Ребята, я действительно очень рад, что мы все собрались в этом месте. Но я очень хочу пойти проведать Мирославу. Ведь именно она внесла огромный вклад в нашу общую победу. Да и потом, она сделала практически невозможное: сумела сломить и уничтожить чистокровного демона. Видимо, её прошлое и её способности в плане ментала оказались не так просты, как кто-либо вообще мог подумать. Потому что она объединила в себе и сильную демоническую магию, и невероятно сильную человеческую кровь со способностями Полуночников. Но и дар главного селекционера-менталиста Максвелла оказался в ней очень силён. Из Миры получился этакий самородок, вобравший сильнейшие черты двух рас. Но даже и это ещё не всё.
— А что ещё? — Белоснежка ухмыльнулся. — Я её ещё ни разу не видел, а знаю о ней уже больше, чем о ком-либо. Кроме нашей пятёрки, разумеется.
— А она ещё и рунолог, имеющая относительное покровительство от богини Арахны, взявшей под патронаж ещё Тагая и Радмилу. Так что вот вся эта тройка, неожиданно сплотившаяся и сработавшая, пока меня не было, приводит меня, если честно, в некоторое замешательство.
— Ну всё правильно, — сказал на это Гризли. — Тебя не было. Ты там, по храмам, разным прохлаждался. Они могли положиться только на себя, что они и сделали.
— А я, на самом деле, искренне рад, что они так сплотились, — ответил я. — То есть смогли объединиться без центральной фигуры. И если раньше, они были лишь спутниками, то теперь всё сумели и без меня. И это самое главное.
— Для тебя это важно? — уточнил Инеев.
— Очень, — кивнул я. — Ты не представляешь, как это круто — понимать, что круг твоих друзей не рассыпался, а продолжил действовать совместно. Для меня это, наверное, одно из самых важных достижений, наравне с перерождением и обретением Агнеса.
  
— Это действительно здорово, — согласились со мной друзья.
После чего мы всё-таки решили, что нужно проведать Миру в лазарете.
Сначала я хотел посетить Радмилу, которая сидела над своим отцом. Но на входе в лазарет я практически нос к носу столкнулся с Тагаем.