Джо 3 (СИ)

— Надо быть ближе к народу! — наставительно попенял ей я, поднимая магией фляги в воздух, — И тогда деньги к вам потянутся!
Дестада мне нравилась куда больше Мифкреста. В этом городе не было волшебных существ, зато были неволшебные люди. Нормальные, в смысле. Злобные и сальные ухмылки, бегающие глаза, кинжалы на поясах, нечищенные зубы… и это я сейчас только про официантку в местной пивной! Отличное место, полное морской романтики и возможностей получить прибыль, но, увы, не для меня. В этот город нужно врастать, стать ему своим, вот тогда да, тогда можно замутить делищщи!
  
Так что, пока будем работать по мелочевке, пристегивая к этому вопросу одну блондинку.
Та пристегиваться совершенно не горела желанием. Мойра, в своей робе мага, волоклась за мной по улице, полной шумного народа, дико оглядывалась по сторонам, держалась за свой жезл как за спасительную соломинку и ныла, то и дело проверяя летящие за нами фляги, которым я придал иллюзию двух коров.
— Ну почему я этим должна заниматься? Я не умею общаться с людьми!
— Тебе не надо будет с ними общаться, — уговаривал её я, — Тебе надо будет с ними вести дела.
— Но почему не в лавке⁈
— Потому что это нужно для сохранения коммерческой тайны, Мойра. Я рассказывал вам про коммерческую тайну. Это очень важная тайна, потому что она приносит доход. А если ты хочешь доход, то должна играть по правилам коммерческих тайн, а не так, как тебе удобно. Понятно?
— Никогда бы раньше не подумала, что ты такой! — игнорировала логику блондинка, продолжая бояться всего подряд.
— Это какой? — уточнил я, вдарив палочкой промеж ушей сорванцу, потянувшемуся с ножом к иллюзорной веревке, на которой я удерживал иллюзорных коров. Пацан, глядя как его руки превращаются в свиные копытца, завизжал и ломанулся куда глаза глядят.
Обожаю иллюзии.
— Хитрый, жадный и жестокий! — проныла будущая бизнес-леди, наступая прямо в настоящую коровью лепешку, — Ты никого не любишь! Кроме своих гоблино-оов…
— Я к ним отношусь точно также, как относился к деканам и ректору, — парировал я, заворачивая нашу процессию в классический темный переулок, — С уважением и симпатией, как и полагается среди взрослых опытных людей. А не люблю я капризных подростков, пытающихся оперировать тем своим куцым представлением о реальности, который они искренне считают работоспособным…
— … 
Не вслушиваясь больше в тоскливое бурчание на тему того, что какой-то кот был в чем-то прав, я осматривал место встречи, в которое мы пришли первыми. Хрестоматийный тупичок, в котором две телеги, облезлая кошка и разбитый кувшин, тень, вонь и грязная солома. Излюбленное темным людом место для проведения сделок, романтических встреч на скорую руку или чтобы отлить. Или все одновременно.
Эх, ностальгия берет. Сколько десятков или даже сотен раз я куковал в таких переулочках, поджидая с самыми разными целями самый разный люд. В таких тупичках встречаются самые разные личности. Негодяи, подлецы, герои, революционеры, мафиози, святые, директора детских домов и трепетные волшебницы, отчаянно ссущие реального мира, после того как разрубили на части и выбросили на мороз одеревеневшую в ходе атаки эльфа-мудреца бабку-наставницу.
Ладно-ладно, преувеличиваю, этим занимался Озз. Частично. Не зря же с ним сексом трахалась, да, Мойра?
Вскоре к нам на огонек заглянуло несколько боевитого вида матросов, сжимающих в руках обнаженные сабли. Осмотрев место встречи, мужики похмурились на скалящих зубы меня и коров (иллюзорных), а затем допустили внутрь еще пару людей — щегольски одетого моряка, в котором сложно было бы не узнать капитана, и, вместе с ним, почти хрестоматийного вида купца, благо что нежирного, а такого, умеренно-активного, смуглого, с усами и большим уважением к себе. По последнему сразу было видно, что человек путешествует вместе со своими товарами.
Он и заговорил первым. Сухо и с подозрением.
— Колдунью вижу, но не товар.
— Вижу покупателей, но не вижу рогожи, — развел руками я.
— Рогожи? — недоуменно моргнул тот, с кем мы договаривались о встрече путем переписки.
— А как вы собираетесь тайно переправить товар на корабль? — вопросом на вопрос ответил я, развеивая иллюзорных коров, — В карман такое не положишь…
Четыре огромные железные фляги тут же приковали к себе внимание купца, а вот его сопровождающих тут же заставили зароптать. Они выглядели увесистыми…
— Фуман, Сирон, за рогожей! — отреагировал подошедший к нашему товару купец, пробующий этот товар шатать, и бросивший на меня короткий острый взгляд, — Как проверим?
— Как хотите, — пожал я плечами, — Вон у вас целая куча экспертов.
— Капитан Чавез? — не стал рассусоливать купец.
Солидно пошевелив усами, роскошно одетый моряк извлек из широкого пояса фигулину, которую щегольским жестом разложил с металлическим щелчком. Это оказался раздвижной стакан, что заставило меня присвистнуть. Ухмыльнувшись, капитан прогулочным шагом дошёл до одной из фляг, а затем, с некоторой натугой раскрутив верх емкости, принюхался. Фыркнув, он аккуратно и ловко зачерпнул полный стакан жидкости, пригубил пару раз, а затем вымахнул и остальное, тут же защелкнув стакан обратно.
— Знатно и крепко, — раздался его густой баритон, — Пивал и лучше, но не так часто, как хотелось бы.
— А как на вкус? — бдительно уточнил купец, — На зелье похоже? По запаху вроде нет.
— Ничего похожего, — уверенно ответил ему пробователь, — Выпивка. Не более того. Крепкая. Я с кувшина в слюни буду, парни с половинки. Разбавлять надо, иначе непотребство выйдет…
Этой проверки нам хватило для заключения «сделки». Отсыпав мне сорок золотых за алкоголь, купец оказался мной представлен молчаливой, но уже куда менее нервной Мойре. Они с волшебницей быстро договорились о том, как с ней будут связываться, а затем мы все подписали несколько бумажек, заполненных убористым текстом. Каждый получил по копии, и на этом наша встреча закончилась.
Ну, точнее, она закончилась ближе к вечеру, когда Эппблум получила на свой банковский счет четыре сотни золотых.
— Шо⁈ — удивилась блондинка, наблюдая, как я, злодейски улыбаясь, прикарманиваю эту гору обналиченного золота, выгребая её из чаши телепортационного зала.
— Это залог, — великодушно объяснил я, — За одолженные ёмкости с расширенным пространством, которые у меня арендовал купец Эпикреней. На год. Если он решит нарушить условия нашей сделки, то деньги перейдут в мою собственность.
— Ааа…
— Он обязательно нарушит, Мойра. Только вот я ему ничего не продавал, выгоды не преследовал, а значит, налогов не уплачу.
— Ооо…
— А вы с Оззом поднялись на тридцать золотых, минус налоги и плата гоблинам. И всего-то за три часа!
— Ыыых…
Люди обладают удивительным даром переобуваться в воздухе, когда видят реальные доходы. Раз — и передо мной испуганная девушка, которую заволокли в темную подворотню, напугав скопищем матросов и темных типов! Два — и эта самая особа задумчиво щурится, прикидывая — а как бы ей снова оказаться там же, но загрести все бабло себе любимой? А то больно жирно для этого Джо, вы только поглядите на его наглую морду! За все-то переживания, доставленные такой умной и замечательной девушке?
— Шайн, заткнись! — блондинка попыталась напасть на злословящую кошатину, но та, обладая колоссальным практическим опытом провокаций, уже драпала, ехидно хохоча.
— А ты что, с нами ходил? — недоуменно поинтересовался я ему вслед.
— Ага! Невидимость, детка! — тон Лунного кота был омерзительно самодовольным, — Мойра, я тоже умею колдовать!
  
Вот так и живем эту жизнь, быстро превращающуюся в дурдом. Колдующий Шайн — что может быть хуже? Ну да ладно, теперь у нас есть каналы слива посредственного бухла, что более-менее окупает себестоимость его производства и эксперименты Озза. Дестада даст гораздо больше, когда я, через Эпикренея, получу связи с другими купцами. Этих моих фляг с двойным дном, открывающимся только после того, как полностью освобождено верхнее хранилище, много продать не получится, слишком часто им нужна зарядка башенного мага. Не подходят они для большинства маршрутов. Зато, наладив связи с купцами Дестады, я получу выход на мировой рынок и, самое главное, доступ к картам торговых маршрутов.