Слишком хорошая (СИ)

— Спасибо за разрешение, — иронично отозвался собеседник, вновь мазнув по Диане полным брезгливости взглядом, развернулся и на самом деле быстро ушёл — она даже не увидела куда, настолько расстроилась.
Настроение оказалось испорчено окончательно.
  
58
 
Макс 
Эдуард, естественно, был занят до самого вечера, да и вечером смог выделить Карелину для разговора лишь пятнадцать минут сразу после шести часов. Максу было жаль терять это время, поскольку он рассчитывал предложить Наташе подвезти её до дома, но делать нечего: пообщаться с Эдуардом всё-таки надо было в первую очередь. Потому что только Акопян-младший мог помешать Максу осуществить принятое решение.
  
С Наташей Карелин столкнулся на пороге приёмной. Увидев его, помощница Эдуарда опешила, но сразу пришла в себя, улыбнулась даже.
— Вот неугомонный, — пробормотала Наташа, оглядываясь на дверь в кабинет начальника, и Макс усмехнулся. — Надеюсь, он тебя не слишком задержит.
— Его Алиса ждёт, — подмигнул Карелин и, проходя мимо Наташи, не выдержал, скользнул рукой по её плечам, словно приобнимая. Жаль, что она уже куртку надела… — До завтра, Наташ.
— До завтра, — кивнула она, посмотрев на Макса с такой теплотой, что ему немедленно захотелось попросить её подождать, когда он выйдет. Но Карелин не стал этого делать, понимая, что Наташа всё равно не согласится. Сыновья всегда были для неё на первом месте.
Сидевший за столом Эдуард выглядел устало, но воодушевлённо. Смотрел на экран компьютера и, когда Макс вошёл в кабинет, на мгновение поглядел на Карелина, чтобы сказать:
— Слушай, чем больше изучаю твои выводы по разработке Шмидта, тем сильнее убеждаюсь: надо брать.
— Не торопись, — попросил Макс Эдуарда, подошёл ближе и сел на один из стульев. — Дай мне ещё сутки, я приду с докладом отдельно. Есть что сказать, а пока только одно — не надо торопиться.
— Ну торопиться я не стану, — кивнул Акопян-младший, откидываясь на спинку чёрного кожаного кресла. — И честно говоря, я думал, ты пришёл ко мне по поводу Влада. Накопал что-то. Нет?
— Накопал, но мне нужны ещё сутки. А пока я по другому вопросу.
— Я тебя внимательно слушаю. Пятнадцать минут, — Эдуард постучал по часам на запястье, — а потом мне нужно будет уехать.
— Надолго не задержу, — криво улыбнулся Макс, вновь чувствуя непривычное волнение — словно школьник в кабинете директора. — Я просто хотел предупредить тебя и кое о чём попросить. Дело в том, что я собираюсь начать ухаживать за Наташей.
Акопян-младший, в этот момент делавший глоток воды из стакана, поперхнулся и, прокашлявшись, уставился на Карелина с недоумением.
— Не уверен, что понял тебя правильно. За какой Наташей? За моей Наташей?
И с такой это прозвучало претензией, что Макс сразу понял — легко ему не будет.
Впрочем, иного он и не ждал.
— Ты так говоришь, будто она твоя жена, — хмыкнул Карелин, но Эдуард к шуткам был явно не расположен.
— Не жена. Она мой секретарь, моя помощница, которую я очень ценю и которой не хочу лишаться. А ты собираешься организовать мне проблемы, — весьма категорично и холодно высказался Эдуард. — Что за детский сад, Максим? Я думал, вы с ней всё выяснили десять с лишним лет назад.
— Детский сад был тогда. А сейчас я как раз собираюсь повзрослеть.
— Устраивая диверсии по соблазнению моей помощницы? — Эдуард, кажется, начал звереть. — Даже не вздумай!
Карелин вздохнул. Да, объясняться с Наташей было проще.
— Поэтому я и решил сначала поговорить с тобой, Эд. Понимал, что ты будешь резко против.
— Это ещё мягко сказано!
— Не горячись, прошу, — искренне попросил его Макс, помня, что перед ним всё-таки не только его шеф, но и друг. — И выслушай меня.
Эдуард, хмурясь и глядя на Карелина с откровенным неодобрением, процедил:
— Я слушаю. Я понял, что ты хочешь ухаживать за Наташей. Видимо, тебе прошлого фингала не хватило, решил ещё один получить. Только, Макс, в этот раз мы с ней будем бить тебя вместе.
— Не придётся бить. Я буду умнее.
— Да? — Эдуард иронично поднял брови. — Извини, конечно. Ты гениальный программист, Макс, отличный управленец — этого не отнять. Но в личной жизни у тебя такой кавардак, что мне иногда даже страшно становится.
Карелину мгновение хотелось огрызнуться, сказать: «Кто бы говорил», но такой взбрык точно стоил бы ему многого. Как минимум этот разговор точно не получилось бы довести до конца.
— Вот и мне страшно, Эд. Что-то я не то делаю со своей жизнью. Хочу изменить её. Хочу, чтобы рядом со мной был единственный человек, которого я не смог забыть, как ни старался.
— Это всё фингал виноват, — хмыкнул Эдуард, но уже гораздо дружелюбнее. — Вот не врезала бы тебе Наташа, ты бы её вмиг забыл.
— Сомневаюсь. Я призна́юсь тебе — мне кажется, я встретил своего человека. Как ты встретил Алису.
— Я Алису встретил недавно, а не одиннадцать лет назад, Макс!
— А я тугодум, — пожал плечами Карелин. — И идиот. Только сейчас понял, что пора менять наши отношения.
— Так. — Эдуард, вздохнув, скрестил руки на груди. Ему всё ещё не нравился этот разговор, Макс это понимал, но огромным плюсом было то, что он тем не менее его не прекращал. — А теперь объясни мне по пунктам, пожалуйста. «Ухаживать» — это слишком размытое понятие. Что ты собираешься делать? Тебе нужна Наташа в качестве кого? Ты же постоянством не страдаешь. Попользуешься, а она потом заявление напишет.
— Эд, ты тоже до Алисы постоянством не страдал, — всё-таки не выдержал и упрекнул его Макс, стараясь говорить без агрессии и претензий. — Но теперь тебе ведь не нужны другие женщины. Думаешь, я так не смогу?
Эдуард окинул его взглядом, полным сомнений.
— Не знаю. У тебя сильная воля в том, что касается карьеры, но личная жизнь… Думаю, если ты захочешь, то сможешь всё, но надо же ещё захотеть.
Это была почти победа.
— Эд, — Карелин улыбнулся и откровенно признался: — Я уже хочу. Поэтому и пришёл к тебе, а не сразу полез к Наташе.
— Да уж, прагматичный подход.
— Фингалы мне не нужны, — пошутил Макс и с радостью заметил, что лицо у Эдуарда постепенно расслабляется. — Я просто хочу, чтобы у меня была семья.
— Честно говоря… — Акопян-младший разжал руки, сцепленные в замок на груди, и Карелин понял, что победил. — Честно, Макс, я не представляю, как ты будешь уговаривать Наташу, но это твоё дело. Я не стану мешать, но в одном случае. Если я замечу, что она стала хуже работать, огорчена или расстроена, и узнаю, что это из-за тебя…
— Я понимаю, ты открутишь мне голову.
— Твоя голова — слишком ценный ресурс, Макс. Я просто прекращу это, как прекратил в прошлый раз. Ясно?
— Конечно, ясно.
— Тогда иди, — Эдуард, улыбнувшись, кивнул в сторону двери. — Пятнадцать минут истекли.
Приглашать дважды Карелина было не нужно, и он, попрощавшись со своим начальником, выскользнул за дверь, не услышав, как Эдуард, тяжело вздохнув, пробормотал себе под нос:
— И чего одиннадцать лет ждал? Столько времени упущено…
  
59
 
Наташа 
Хорошо, что она поговорила с Максом.
Всё-таки из-за того, что не объяснилась с ним тогда, Наташа постоянно чувствовала себя человеком, которого мучает сухой кашель. Вроде жить можно, но раздражает, и в груди постоянно болит.
Теперь стало легче.
Но, несмотря на их разговор, тем не менее оставалось нечто, что её беспокоило. Что именно, Наташа понять не могла. То, что Макс не договорил? Да там наверняка какая-нибудь ерунда, не стоящая внимания.
  
Тогда в чём дело?
Когда Карелин в конце рабочего дня пришёл к Эдуарду, Наташа не слишком удивилась — хорошо знала Акопяна-младшего, который мог позвонить и в выходной день, и в праздники, и ночью, если дело было срочным, так что ничего особенного в визите Макса не было.