"Фантастика 2025-192". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)
— Можно запросить подкрепление, — предложил первый сотрудник, явно более умный, чем другие. — К тому же есть обоснованные предположения, что объект будет покидать лесной массив не в произвольной точке, а в местах, примыкающих к остановкам общественного транспорта. А это резко сокращает число точек стационарного наблюдения… до шести.
— Хорошо, — тормознул обсуждение полковник, — что у него с запасной одеждой? В спортивном костюме у нас в транспорте ездить не принято, значит, он должен переодеться.
— Никаких свёртков в руках у Ясеня в последнюю неделю отмечено не было, — сказал ещё один сотрудник, тихо стоявший у окна. — Однако, есть вариант, что такой одеждой его снабдят посольские ребята.
— Что там с прослушкой? — задал следующий вопрос полковник.
— Объект очень опытный, по телефону говорит о чем угодно, кроме того, что нам нужно. С женой и детьми тоже на бытовые темы.
— Нервозность отмечается?
— Никак нет, объект спокоен, видимо нервы очень хорошие.
— Теперь обсудим возможные пути эксфильтрации…
— В ориентировке же сказано, как его будут вывозить, — растерянно возразил сотрудник, — из Выборга в багажнике дипломатической машины.
— И тем не менее другие возможности тоже надо предусмотреть… вдруг его прямо в Москве в багажник положат, например?
— Невозможно, товарищ полковник, это же часов 8, если не 10 до границы…
— По дороге они могут делать остановки, чтобы объект размялся, поел и удовлетворил свои физиологические потребности.
— Очень сложно… — после некоторого размышления ответили полковнику, — но этот вариант нельзя исключать. Давайте всё же ориентироваться на то, что значится в ориентировке.
— Давайте, — неожиданно согласился полковник, — брать Гордиевского необходимо только после контакта с англичанами — это значит, вести его будем до Ленинградского вокзала, а потом до Выборга… о малейших отклонениях в ходе операции докладывать непосредственно мне, — и полковник очистил конспиративную квартиру.
Глава 13
Олег Гордиевский-2
На следующий день он совсем не выходил на улицу, даже на традиционную пробежку не выбрался, так что отчет двух наружников, просидевших все это время в Волге, состоял из одного предложения «За время дежурства объект в поле зрения не появлялся».
Вечером 19 июля состоялось ещё одно совещание на кукушке (конспиративной квартире) в районе метро «Беляево», на этот раз на нём присутствовал даже не полковник, а целый генерал-майор, глава всего седьмого управления КГБ СССР.
— Товарищи бойцы, — начал он свою речь достаточно спокойно, — завтра у нас наступает час Ч, определённый в ориентировке с самого верха, — и он посмотрел в потолок, который должен был символизировать верхние эшелоны власти. — Даже не от руководителя нашего ведомства, а… — и он снова закатил глаза.
— Товарищ генерал-майор, — счёл себя вправе уточнить тему замначальника семёрки, — а не может случиться, что в ориентировке немного перепутаны даты? Или это вообще дезинформация вероятного противника и объект никуда не собирается уходить?
— Может, Анатолий Степаныч, может, — ласково ответил ему генерал, — но известная русская поговорка гласит, что лучше перебдеть, чем недобдеть. Если он никуда не уйдёт, нам никто слова плохого не скажет, а вот если мы его упустим…
Генерал сделал скорбное лицо, и все присутствующие живо представили себе, что произойдёт в этом случае, но генерал на этом не остановился.
— К тому же у нас есть информация, что из английского посольства сегодня утром выехали два Роллс-Ройса. Направление их движения — Ленинград, к вечеру они прибудут скорее всего в местное консульство, так что косвенное подтверждение данных из ориентировки имеется. Доложите о принятых мерах, — генерал сел, наконец, на колченогий стул возле окна и предоставил слово своему заму.
— Все выходы из дома где живёт объект, находятся под нашим круглосуточным наблюдением — даже если он попытается перейти в другой подъезд по чердаку, мы его всё равно зафиксируем. Это раз… можно закурить товарищ генерал? — неожиданно попросил он.
Генерал молча кивнул, он нервно прикурил от зажигалки (многие сотрудники, глядя на него, тоже вытащили сигареты из карманов).
— Все выходы из Битцевского лесопарка также перекрыты постами наблюдения. Особенно плотный контроль осуществляется за шестью дорогами, выходящими непосредственно к остановкам общественного транспорта. Два.
— Какие мероприятия предусмотрены, если объект действительно переоденется в этом парке и предпримет попытку ухода? — перебил его генерал.
— Пост, обнаруживший выход объекта из парка, немедленно переключается на сопровождение, если это будет наземный транспорт. Если метро, то оба сотрудника спускаются туда вслед за объектом. Все остальные посты получают соответствующее сообщение и дублируют наблюдение и сопровождение. Те же, кто проследует непосредственно за Гордиевским, при этом перемещаются на площадь трёх вокзалов и занимают две точки — билетные кассы (скорее всего билеты у объекта уже будут на руках, но нельзя отбрасывать некую вероятность, что он будет их покупать) и выход на перрон, из Ленинградского вокзала он один, очень удобно для наблюдения.
— Если объект сядет в вагон, что тогда? — продолжил пытать генерал.
— Оба наших сотрудника также садятся в этот поезд, на бронированные места — один в тот же вагон, второй в соседний. И следуют за объектом в Ленинград.
— А если он сделает попытку уйти на какой-либо промежуточной станции? Где там ленинградские поезда останавливаются… в Бологом или в Вышнем Волочке?
— Помимо визуального контроля наших двух сотрудников будет осуществляться скрытое наблюдение на всех остановочных пунктах — предупреждение разослано во все без исключения территориальные управления по ходу движения, Калининское, Псковское, Новгородское, Ленинградское, номер вагона им также будет передан.
— Теперь что мы будем делать в Ленинграде? — продолжил генерал.
— Может лучше расскажет товарищ из ленинградского управления? — предложил зам, кивнув на соседа, генерал согласился, тогда тот встал.
— Московский вокзал у нас намечается прикрыть двойным кольцом наблюдения, ориентировочно задействованы будут около пятидесяти сотрудников наружного наблюдения и прикомандированных лиц. Главные посты на выходе с перронов к зданию вокзала — всего у нас восемь платформ, на каждой планируем поставить двоих плюс семь-восемь сотрудников в здании вокзала и на входе в метро «Маяковская». Кроме того, есть небольшая вероятность, что объект попытается уйти по путям, а потом через забор — это в принципе возможно, как в сторону Лиговского проспекта, так и на Гончарную улицу. Здесь также поставим минимум по два человека с каждой стороны.
— Теперь про Финляндский вокзал и Выборг, — напомнил генерал.
— Наши люди будут ожидать Гордиевского возле билетных касс и на двух платформах, откуда отправляются электрички в Выборг. А в самом Выборге ожидается финал операции, верно, товарищ генерал-майор?
— Верно, — буркнул тот, — в Выборг я сам полечу через пару часов, всё, что будет там это уже не ваша забота. Главное — довести объект до этой точки…
Ну и самое главное началось ранним июльским утречком, когда ровно в 7.00 Олег Гордиевский вышел из своего дома на традиционную утреннюю пробежку. Он пристрастился к этому занятию, когда ещё работал в Копенгагене — там у датчан была просто мания к здоровому образу жизни, вот и втянулся. Обычный его маршрут начинался рядом с бассейном Битца, потом продолжался почти точно на запад, пересекал Севастопольский ручей и в районе урочища Сечи он поворачивал назад. Обратный путь был по параллельной дорожке — итого в среднем выходило что-то около пяти километров, вполне достаточно для поддержания физической формы.
— Первый, первый, я седьмой. Объект вошел в парк в районе дома 34 корпус 3 по Балаклавскому проспекту, — сообщил по связи пост от его подъезда, — какие наши дальнейшие действия?