"Фантастика 2025-192". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)
Когда герцог окончательно понял, что разум его матери затуманен, а любая связная информация от неё ускользает, он принял трудное, но необходимое решение — позвал своего личного лекаря.
Дверь отворилась, и в комнату шагнул высокий старик в потёртом плаще. Его лицо, иссечённое временем, было суровым, но спокойным. Самое примечательное — на щеке у него отчетливо белела выжженная руна. След древней магии, некогда полной силы, но давно угасшей. След падшего мага. А глаза сияли темнотой, свидетельствуя о его прошлых деяниях. Серая мантия скрывала полностью его одежду. А длинные седые волосы, почти белого цвета падали на лицо.
Мгновение — и весь мир вокруг будто рухнул. Вдовствующая герцогиня, завидев его, вцепилась в подлокотники кресла, а затем, словно обезумев, сорвалась с места. Её лицо перекосило от ужаса, она закричала, а затем с яростью начала швырять в мужчину всё, что попадалось под руку: вазы, подушки, серебряные кубки. И всё время кричала:
— Колдовство! Это всё она! Это ведьма! Оливия привела тьму в наш дом! Ты ослеп, сын! Ослеп!
Она рыдала, металась по комнате, её голос срывался, переходил в визг, а затем в хрип. Это был не просто страх — это была истерика, граничащая с безумием. Герцог понимал: для неё всё происходящее — нечто запретное, невыносимое, разрушающее последние иллюзии.
Он не осуждал её. Он сам… тоже не сразу принял этого темного мага. Первый раз, когда они встретились — в далёкой южной стране, вдали от Диких Земель Севера — герцог молниеносно выхватил меч. Капюшон мага не успел упасть до конца, как клинок уже касался его горла.
И всё же он выслушал его. И всё же, позже, герцог самолично предложил ему работу — тайно, вдали от замка.
Но маг Истат, старец с серебристыми, как инеем, волосами и спокойным, выцветшим взглядом, внушал страх одним только своим присутствием. Шрам в форме руны, выжженный на щеке пугал еще больше. Лицо мага, такое, что хочется отвести глаза.
Именно поэтому герцог никогда не брал Истата с собой в замок. Да и сам маг не стремился появляться на общественных сборищах, он не ожидал спокойствия в коридорах среди шепчущихся за спиной слуг и вельмож. Он не любил сцены, не искал внимания.
Истат поклялся на крови и заключил договор — на магической бумаге, сильнее королевских уставов. Маг согласился подписать первый образец такого договора, не боясь за свою жизнь, не задавая вопросов.
И он объяснил свои мотивы: не власть, не золото и не прощение, а возможность исправить ошибки прошлого, которое, как он сам признал, однажды почти поглотило его. Отказываться от помощи такого мага было бы глупо. Особенно если вспомнить, что именно он пришёл к герцогу в самый тяжёлый момент — когда тот был ранен и умирал. Именно Истат вытянул из его тела тьму, разорвал руну проклятия и исцелил то, что другие лекари посчитали бы безнадёжным.
С тех пор он не подвёл герцога ни разу.
Как сильный маг, владеющий знаниями о рунной магии — Истат не просто мог читать следы, оставленные тьмой, но и разрушать их. В этом замке, в этих землях, он был единственным, кто когда-либо сталкивался с подобным…
Старец, стоял посреди комнаты, смотря в то пустоту, то на вдовствующую герцогиню перед ним, а потом и вовсе заключил:
— Руна с темной магией, слабая руна не умелая, на правом плече. Все еще полна темной энергии. — маг не отрывал взгляда от тела женщины.
Герцог схватил мать в охапку, и даже закрыл ей рукой рот, чтоб можно было позвать слуг на помощь. В комнату по приказу герцога влетел Рей. Талантливый маг, стоило поблагодарить жену. Пока герцог удерживал вдовствующую герцогиню, старец стоял в стороне наблюдая за этой картиной, Рей без вопросов заговаривал вино. Герцог уже понял, на своем опыте, что матушка проспит целую ночь.
* * *Старец постучал в дверь — один, тихий, почти вежливый удар. Не дождавшись ответа, вошёл. Герцог ждал его. Истат сел в кресло у окна, молча, как человек, привыкший, что время работает на него. Он не начинал первым. Он ждал вопросов.
— Как она? — голос герцога звучал глухо, сдержанно, но тревога в нём слышалась ясно. — И… как убрать руну?
Старец поднял глаза, его взгляд был холоден и спокоен, как поверхность замёрзшего озера.
— Я уже забрал тьму с руны. — Он говорил просто, без напускного драматизма. — Повезло, что руна была неаккуратной, слабой. В другом случае пришлось бы работать над ней пару дней… и рисковать.
Он сделал паузу, потом добавил: — И ещё больше повезло, что вы не наделили своей кровью родовой алтарь прошлой ночью.
Герцог чуть откинулся в кресле, чувствуя, как мышцы на мгновение отпустило. — Я хотел сделать это сразу, как только понял, кто он. Темный маг в замке. — Его голос стал хриплым. — Но… кто-то должен был попытаться его выследить. Я не мог провести целый день в постели.
Истат кивнул — коротко, одобрительно. — Вы поступили мудро.
— Что это была за руна? Почему она была такой «слабой»?
Старец слегка нахмурился, как будто с трудом подбирал слова. — Кервин не сильный маг, в нем есть следы духовной магии, но он слаб. Это была руна внедрения мысли. То, что в древности называли «Голос в голове». Очень опасная техника в умелых руках… но работает только при одном условии: если в человеке уже живёт сомнение. Страх. Или гнев.
Маг сделал паузу, наблюдая за реакцией герцога. — Руна не создаёт чувства, она лишь раздувает угли. Делает из мысли — навязчивость, из тревоги — манию. Если же вера сильна — руна слабеет или вовсе не дает результата. Поэтому он и ждал… так долго сидел в замке. Выбирал момент, настраивал вдовствующую герцогиню на нужные мысли. Говорил, шептал, втирался в доверие. Делал саму мысль частью её собственных идей.
Герцог молчал. На душе было мерзко. Предательство начиналось с малого.
— Проверишь всех завтра? Всех людей в замке. — наконец спросил герцог. — Убедитесь, что больше никто не носит подобного в себе. Ни среди семьи, ни среди тех, кто слишком часто бывает рядом.
— Боюсь таких гарантий я дать не смогу, милорд. Но я скажу вам если почувствую тьму.
ГЛАВА 46
УСЛОВИЯ
Я проснулась от ужасного ощущения — словно что-то чуждое, незримое, скользило по моей коже, пронизывало тело, как туман проникает в трещины камня. Это был не мой дар. Это было… другое. Чужое. Обволакивающее, как тончайшие нити, стягивающие запястья, лодыжки, горло. Я не могла дышать полной грудью.
Сердце стучало так сильно, что казалось — оно сейчас разбудит весь замок. Я резко села, накинула первый попавшийся халат, ноги остались босыми. А нити силы, опутывающие мое тело, распались, не оставив после себя следа.
Я влетела в комнату мужа через смежную дверь. Но она оказалась пуста. В комнате не ощущалось следов постороннего присутствия. Но я не могла просто вернуться в свою комнату, как-будто это был просто сон. Интуиция подсказывала мне, что нужно что-то делать.
И когда я открыла дверь в коридор, мне стало по-настоящему страшно.
Стражи стояли по обе стороны моей двери, как ни в чём не бывало. Но я видела, что они опутаны — с ног до головы — теми же самыми нитями, что недавно касались меня. Мелкие, почти прозрачные, они переливались в воздухе, словно паутина под лунным светом, цеплялись за кожу, проникали в плоть.
Стражи даже не замечали этого. Они стояли облокотившись о мою дверь. Мужчины как будто спали, замерли, повисли в воздухе.
Я замерла, и в голове вспыхнула картина: как темный маг — хозяин марионеток — управляет людьми, превращая их в кукол с пустыми глазами. Вспомнилась Селия, сломленная, одержимая, стоящая в темнице с клинком в руках со страшной руной на спине. Это оно. Я была уверенна, что тьма из руны и эти нити схожи.
Сколько таких, как она, уже ходят по коридорам?
Я знала — времени нет. Ждать нельзя. Пока разум ещё мой, пока я ещё дышу, нужно идти к источнику. К тому, кто тянет за нити.
Босиком, дрожа, я рванулась вперёд к источнику нитей. Проскочила мимо стражника, и в этот момент он словно очнулся. Его рука, схватила меня за полы халата. Ткань затрещала, халат соскользнул с плеч, но я не обернулась.